Маркус Кас – Фантастика 2025-46 (страница 78)

— На выход! — подгоняет нас командир, буквально выталкивая наружу.

Свесить ноги, прыгнуть, шаг в сторону. В пыли почти ничего не видно, как и не слышно в трескучем шуме. Но истошный вопль пилота я слышу:

— Атака с воздуха! Уходим!

И вертолёт мгновенно взмывает вверх, унося всех пустынников, так и не успевших выпрыгнуть вслед за нами. Мы стоим впятером, озираясь по сторонам и тут я чувствую знакомый запах гнили хаоса…

Глава 16

— Приготовьтесь! — кричу я, натягивая платок на лицо, песок уже забивается в нос и рот.

Но запах уже дошёл и до друзей, им не надо говорить, что это значит. Саша растягивает над нами защитный купол и мы кучкуемся, вставая вплотную, спина к спине.

— Уменьши и укрепи защиту, — говорю ему, вглядываясь в песчаный туман.

Чем концентрированнее и сильнее будет защита, тем меньше он потратит силы. Пока непонятно сколько тут демонов, надо готовиться к худшему варианту.

— Они вокруг нас, — Володя входит в транс, закатывая глаза. — Несколько десятков.

— Долбануть их Светлячком? — Покровский так возбуждён, что дёргает плечами, готовый сорваться и рвать низших руками, этому и режим берсерка не нужен.

— Прибереги, пока не надо, — мотаю головой, прищуриваясь на движение прямо по курсу.

Там мелькает смазанным тёмным пятном какая-то мелкая тварь. Быстрые, сволочи. При такой видимости будет нелегко. Протяжный визг раздается откуда-то сбоку.

— Не поворачивайтесь! — рявкаю я, чувствуя, что нас отвлекают.

Вряд ли это возможно, твари не настолько умны. Но интуиция орёт об обратном. Или паранойя. Неважно, сейчас я готов доверять этому ощущению. И без того всё слишком странно, на нас не напали сразу же, а медленно окружают.

— Олег, все силы на стабилизацию Богдана, — я понижаю голос, хотя демоны нас и не понимают. Я очень надеюсь, что не понимают.

Все затихает, только шуршание невидимых тел по рассыпающемуся песку говорит о том, что мы не одни. И запах. В застывшем воздухе он тяжело плывёт, давя приторным вкусом, и ощущается на губах так сильно, что хочется их вытереть.

Я кидаю связку поиска с символами, которая работает как локатор. И еле сдерживаю ругательства. Хтонь с ними, с демонами, плотным кольцом стягивающихся к нам.

За ними, на холмах и даже в песке вокруг, пустынники. Наверху засели снайперы, в песке зарылись обычные вояки. Мать вашу, опять проклятая проверка! От злости сила, огибая демонов, устремляется к своим. Оттягиваю её назад, рыча.

Вот бы мы сейчас долбанули Светлячком, все бы в шоке были. Даже немного жалею, что остановил Богдана. Но такой артефакт стоит приберечь на крайне хреновый случай. Полсотни низших — не такой случай. Тем более, под прикрытием снайперов.

Решаю молчать о том, что обнаружил. Во-первых, не известно, слушают ли нас. А во-вторых, нечего расслабляться. Проверка проверкой, а демоны настоящие.

Я пытаюсь их сосчитать, касаясь силой и тут они срываются к нам. Сила вцепляется в хитиновые тела, вызывая в низших настоящее бешенство. И у меня не получается её убрать.

— Атакуют! — кричит Володя и Богдан начинает набирать из потока, готовясь к контратаке.

А мы с ним ещё на основной базе как раз обсуждали один интересный ход.

— Все вниз! — командуя я и пригибаюсь к земле.

Покровский, надув щеки от напряжения, отпускает силу. Тысячи сверкающих лезвий летят во все стороны над нашими головами, как автоматная очередь. Ух, красиво!

Тёмную извивающуюся массу выкашивает через одного-двух. Я от неожиданности даже замираю. Не ожидал такого обширного поражения. Богдан тут же переключается на поддержку защиты.

Истровский больше не выкрикивает, он стоит в кругу из наших спин и хлопает нас по плечам, к кому ближе подбираются. Так быстрее и эффективнее. Олег успевает поддерживать Богдана и Володю, и экспериментировать, запуская усыпляющие связки в напирающих тварей.

Здесь уже знакомые нам псы, змеи, толщиной в пару рук и обожаемые старичком-анатомом скалаящерки. Эх, не хватает бронебойных кулачков рыжей бестии! Приходится брать на себя прочных скелетообразных. Они, как и в прошлый раз, бросаются толпой на защиту.

— Снизу! — вскрикивает прорицатель, подпрыгивая.

Я вижу, как змеи зарываются в песок, ныряя под нас. Саша резво делает из купола сферу, разрезая ею монстров прямо в почве. Одна умудряется проскочить и обвив мне ноги, валит на землю.

— Справлюсь! — кричу я, пока в меня не бахнули силой свои же.

От чешуйчатого тела исходит холод, змея сдавливает меня, закручиваясь вверх, к шее. И я вижу силу хаоса, парящую серой дымкой. Змеиная голова резко устремляется вперёд, к моему лицу.

Я только и успеваю, что в последний момент подставить руку под её клыки. Демон переходит с угрожающего шипения на испуганный визг. Змея содрогается, отпуская меня, но застревает клыком в предплечье.

Символы на руке жадно накидываются на добычу, иссушая мощное тело за секунду. Я замечаю встревоженный взгляд Олега. Он было бросается ко мне, но застывает, моргая. Низший рассыпается с шелестом на мириады чешуек.

Хтоническим елдаком вам в глотку! Это что вообще было сейчас? Обдумать времени нет, продолжаю атаковать лежа, чувствуя прилив силы. Низшие верещат, их вопли звенят в ушах.

Меня начинает мутить, тварь успела выпустить яд. Но помогают родовые татуировки, они снимают одурманивающий эффект. Этот вид не убивает ядом, только обездвиживает. Любят полакомиться свежатинкой.

Защита чуть проседает, но демонов остаётся уже не много. Не сравнить с той массой, что вывалилась из прорыва в Петрополисе. Но бесконечный поток силы выматывает. Перед глазами мелькают блестящие от крови сородичей тела, хвоста, лапы, клыки.

Всё сливается в этот самый хаос, чтоб его. Богдан вскрикивает, ему в ногу снова вцепился пёс. Но тут же усиленный кулак обрушивается на череп пса, и тот с громким хрустом рассыпается. Но защита исчезает без его поддержки.

Но больше никого не остаётся. Наступает тишина. Только адреналин стучит в висках. Мы стоим, с ног до головы заляпанные вонючими ошмётками.

Истровский, дрожащий от напряжения, смахивает с лица какую-то слизь и нервно хихикает. Выдыхаем и оглядываемся. И опять пользуюсь поиском — пустынники на местах, не шевелятся.

Устраиваем водопой и частичное умывание, доставая из рюкзаков фляжки с водой. Я сначала осторожно заглядываю внутрь. Повторять мою шутку, конечно, не очень оригинально, но с Яра станется.

— И что дальше? — Богдан, напившись, поливает свою голову.

Я ковыряю ногой камень, раздумывая. Похоже, предполагается, что мы и выбираться сами будем. С моим умением поиска пути это не проблема.

Проблема в том, что мы в пятидесяти километрах. И идти нам полдня под палящим солнцем. Если выйдем из этого пылевого облака.

— База там, — уверенно указываю я, поднимаю камень и силой запускаю его вдаль.

Если совместить прицеливание с поиском, то можно попасть… Я слышу глухой звук, камень угодил прямо в цель — в каску одного из засевших в песке. К его чести, он не проронил ни звука, только очень тихо ругнулся.

— Выдвигаемся, путь неблизкий, — командую я, перекидывая рюкзак через плечо, и направляюсь на холм, в сторону одного из снайперов.

Эти «учителя» предусмотрительно не выдали нам ни рации, ни оружие. Ну хоть вода и паёк есть.

— Жрать охота, — тут же выдает Богдан, догоняя.

Он копается в своём рюкзаке, достает помятый батончик и шелестит обёрткой, довольно улыбаясь. Надолго этого не хватит, ему такая закуска на полминуты ходьбы.

— Ты ранен, — нагонят меня Олег. — Я видел, тебя укусили.

Прислушиваюсь к себе. Подташнивает и небольшая слабость, но вроде не смертельно. Впрочем, по жаре может и накрыть, так что соглашаюсь.

Саницкий тут же приступает, болезненно касаясь укуса. Края раны воспалились. Целитель морщится, бледнеет и даже зажмуривается, но рана потихоньку затягивается, превращаясь в белый выпуклый шрам.

— Что… Что с тобой такое? — задает он вопрос, разминая шею.

Ну хоть не «что ты такое», и на том спасибо. Я делаю вид, что не понимаю его вопроса, хлопаю по плечу и подталкиваю вперёд.

— Всё в порядке, спасибо. Давайте, двигаемся.

Я вижу, как путь перед нами бесшумно расчищается. Значит, придётся прогуляться. Но если нас заставят сделать марш-бросок в полсотни километров…

Но мы идём всего час. Затем слышим гул приближающегося вертолёта, и он приземляется перед нами, погружая в тёмную пыльную завесу. Песок хрустит на зубах, забивается даже в обувь, натирая ноги.

— Атака с воздуха, серьёзно? — спрашиваю я у сияющего улыбкой старлея, когда мы подходим.

Он мне только радостно подмигивает, мощно хлопая каждого из нас по спине.

— Молодцы, господа дрищи! Уууух, молодцы! Эка вы их всех там распотрошили. Раненых нет? Нет, вот и хорошо. Двойную порцию на обед получите!

До друзей доходит, что нас снова обманули, и они обиженно сопят. Искренне радуется только Покровский, кроме слова «обед» он уже ничего не слышит. Я хочу только, чтобы нас перестали проверять и подкалывать. Хотя, они же не знают, что мы проверку давно прошли.

Командир морщит нос, когда мы загружаемся в салон, но молчит. Каритский начинает чесаться сразу же, недовольно ворча. Я чувствую, что к волосам намертво прилип чей-то кусок. И очень надеюсь, что тут есть прачечная.

С этих станется заставить так ходить, в знак статуса победителей. «Первое» боевое крещение всё же.