Марко Лис – Ученик гоблина (страница 34)
— Поэтому вы тогда свалились от усталости?
Старик кивнул и продолжил:
— Но есть и такие, — он указал взглядом на мою руну, — которые действуют немного иначе. Им, ко всему прочему, требуются материальные компоненты. Расходники.
Понятно. Вырванные хребты и были теми самыми расходниками.
— Но в видении я не почувствовал… — я запнулся, пытаясь подобрать верные слова. — Не почувствовал отторжения.
— Ничего чужеродного, нэк? — догадался гоблин. — Потому что у тебя есть сцилла. Всё проходит через неё, она служит барьером и фильтром. Понимаешь, к чему я клоню?
— У Низших сциллы нет. Руна меняет само тело носителя.
— Именно, мой глупый ученик. Если поглотить эту руну в обход сциллы, то… не знаю, насколько сильно ты изменишься внешне, но суть твоя исказится необратимо, нэк. Ты неминуемо превратишься в… Нечто, что обязано жрать позвоночники жертв. Только так твой организм сможет выращивать внутри себя новые костяные шипы для выстрелов.
— Хорошо, что у меня сцилла есть, — пробормотал я, потому что не собирался жрать кости с остатками сырого мяса.
— Да, но это не избавляет тебя от необходимости использовать расходники.
— Но мне же не обязательно самому вырывать позвонки?
— Обзаведись слугами, чтобы потрошили трупы вместо тебя, и тогда…
— Я не про это, учитель, — перебил я. — Можно ведь использовать любые кости? Не обязательно убивать самому, чтобы добыть материал?
— Можно, нэк.
— Отлично.
— Рано радуешься, — остудил мой пыл гоблин. — Подбирая чьи-то объедки, ты лишь «трясёшь яблоню». Сцилла примет такой материал, но… для полноценного заряда руны подобных костей потребуется целая гора. Либо же накопленная сила иссякнет спустя полдня, и придётся искать новые. Или их хватит на один-два выстрела. Вариантов масса.
Суть я уловил, но с моральными терзаниями и кровавыми условиями решил разобраться позже. Сейчас меня волновало другое.
— А как вы узнали, какая у руны орбита? — спросил я, вертя в руках сферу. Сам я ничего, что намекало бы на её ранг, не заметил.
— Контур вокруг ячеек, нэк. Присмотрись внимательно.
Действительно.
Стоило сконцентрироваться на кольце, обрамляющем соты, как я заметил отличия. У этой руны контур был слоистым, он состоял из пяти тончайших нитей. Они располагались так близко друг к другу, что без должного внимания сливались в одну сплошную линию. Неудивительно, что я принял их за обычную окантовку.
Выходит, мне досталась руна пятой орбиты. Сотник сбагрил мне середнячок, если не сказать мусор. Мусор по его меркам, конечно. Но всё равно немного неприятно.
Пусть мой вклад в победу был случайным, но его нельзя назвать незначительным. Я не сомневался, что из Королевы выпала добыча куда ценнее. К тому же, по словам сотника, благодаря мне твари сбились в кучу, позволив одним ударом уничтожить всех наиболее сильных особей. А это, почти наверняка, ещё много рун и осколков.
Я не стал скрывать разочарования и прямо высказал это учителю.
— Ты прав, наверняка выпало много чего, нэк, — спокойно согласился Зуг’Гал, почесывая редкую бороденку.
— А мне, похоже, отдали самую слабую, — вновь вздохнул я и зачерпнул из ведра питьевой воды.
— Знаешь притчу про жадную цаплю? — со смешком спросил он, прищурив желтые глаза.
— Дело не в жадности, — я со стуком поставил пустую чашку на пол и вытер рукавом подбородок. — Не только в ней. Это вопрос справедливости.
Сказал и сам улыбнулся. Справедливость. В Ковенанте. К человеку.
— Жила на болоте жадная цапля, — не слушая меня, начал гоблин скрипучим голосом. — Однажды она увидела, как другие цапли собрались в круг и что-то рассматривают. Подлетев ближе, она заметила в центре огромную, жирную жабу. Настоящую королеву болота. Не раздумывая, наша птица рванула к добыче. Сородичи пытались её остановить, кричали, били крыльями, но она растолкала всех, больно клюя. Добралась до жабы, широко разинула клюв и попыталась проглотить её одним махом.
— И?
— Подавилась и сдохла, нэк. Кусок оказался не по горлу.
Слушая рассказ, я активировал сциллу и поместил в неё новую руну.
— Останусь при своём мнении, — упрямо буркнул я, разглядывая тусклое свечение. — Всего шесть сот активны.
— Думаешь, руна шестой или восьмой орбиты дала бы больше? — шаман снял с пояса кожаный мешочек, расшнуровал тесёмку и протянул мне. — Расхожее заблуждение новичков. Угощайся.
Я заглянул внутрь и вежливо мотнул головой. Сушёные личинки каменных ос напоминали древесную труху и были столь же отвратительны на вкус.
— Сцилла любит порядок. Она не только усиливает близкие ей стихии и ослабляет противостоящие, но ещё и поддерживает строгий баланс орбит. Запомни, Менос, чем больше разница между твоим уровнем и орбитой руны, тем слабее будет отклик.
— Хотите сказать, что руна шестой или седьмой орбиты сейчас была бы для меня ещё бесполезнее?
— Именно, — гоблин с громким хрустом раскусил личинку, и меня слегка передёрнуло. — Ты счёту обучен?
Я шмыгнул носом и кивнул.
— Всё просто. От десяти отнимаешь число орбит руны и получаешь её приблизительный уровень силы для твоей первой орбиты, нэк.
Математика выходила убийственной. Получалось, попади мне в руки легендарная руна девятой орбиты, величайшая ценность для любого рунного, и в моей сцилле она обратилась бы почти бесполезной пустышкой с единицей силы. Даже слабенькая руна «огненных ладоней» была бы сильнее.
— У меня руна пятой орбиты, значит и силы должно сейчас быть пять. Но светится шесть ячеек. Я не жалуюсь. Просто что-то не сходится.
— На самом деле всё несколько сложнее, — добавил учитель, ковыряясь в зубах. — Учитывается ещё и совместимость стихий. И даже руны одной орбиты не всегда ровня друг другу. Например, если внутри контура светится меньше пяти ячеек, то считай, что реальное качество руны на одну орбиту ниже заявленной. Это как раз твой случай.
— Теперь понял.
— Не забивай себе голову. Просто запомни главное, Менос, пока гнёзда твоей сциллы пустуют не стоит гнаться за наживой и выбирать руны более высоких орбит
Мы просидели так ещё с полчаса.
Вопросы сыпались из меня один за другим, но теперь меня интересовала не столько сила рун, сколько цена их использования. Образ того, как старик во время атаки Роя в бессилии осел на землю, прочно засел в моей голове. Перспектива внезапно, в самый разгар схватки, опустошить резерв и рухнуть к ногам врага, любезно подставляя шею под клинок, меня совершенно не прельщала.
Зуг’Гал лишь криво усмехнулся, покачав головой.
— Сцилла не даст тебе умереть по глупости, нэк. Я перешагнул черту осознанно. Чувствовал, что уже на пределе, но не остановился. Выбора не было. Пожалей я себя тогда и…
— Мертвецам силы ни к чему, — закончил я за него.
Старик расплылся в довольной, щербатой улыбке. Ему явно понравился мой ответ.
— Именно. Но чтобы самому не стать мертвецом, ты должен не только обладать силой, но и уметь ею пользоваться, — он назидательно поднял палец к потолку. — Поэтому иди и «накорми» свою новую руну. Снаружи полно материала. Поспеши, пока сожгли не все трупы.
Глава 16
Прежде чем уйти разбираться с новой руной, я направился к углу, отгороженному от остального пространства шатра старой дерюгой. Медленно, стараясь не шуметь, отодвинул край.
Талли уже спала, зарывшись в меха так глубоко, что снаружи не было видно даже макушки. На лежанке виднелся лишь огромный, мерно вздымающийся шерстяной ком. Я постоял мгновение, вслушиваясь в её спокойное сопение, осторожно вернул ткань на место и решительно зашагал к выходу.
Откинув полог шатра, я нос к носу столкнулся с Полуухим.
Несколько секунд мы молча сверлили друг друга взглядами. Я решил немного задержаться и послушать, что он расскажет учителю, поэтому сделал шаг назад, освобождая проход.
Гоблин скользнул внутрь и опустился напротив Зуг’Гала, привычно подвернув под себя ноги.
— Говори, нэк, — глухо бросил шаман.
— Представители многих кланов полностью уничтожены. Серые Тригги, Гнилозубы, Мёртвый Папоротник… — принялся перечислять Полуухий. Один за другим он назвал не меньше десятка кланов.
— Сколько всего?
— Ковенант потерял почти две трети воинов, нэк.
— Две трети? — со старика слетела привычная маска циничной невозмутимости. — Ты уверен?
Я разделял сомнения Зуг’Гала. Слова Араха совсем не вязались с увиденным снаружи.