Марко Феррари – Диктатор, который умер дважды: Невероятная история Антониу Салазара (страница 33)

Во второй половине дня появились специальные выпуски газет. Так, газета Diário de Lisboa вышла с заголовком «Салазар: бывший глава правительства умер сегодня в 9:15». Ниже – фотография, изображающая прибытие Марселу Каэтану, и рассказ о последних минутах жизни диктатора. На следующий день – объявление о прощании в монастыре Жеронимуш. Затем – решение сестры бывшего диктатора Марии Леопольдины о бальзамировании тела. С 6 часов утра профессор Арсениу Нуниш, директор Института судебной медицины, и его сотрудники приступили к сложной операции по сохранению тела. Президент Республики Томаш, который находился с официальным визитом на Сан-Томе и Принсипи, прервал поездку, чтобы вернуться в Лиссабон и принять участие в государственных похоронах. Он прибыл в 22:30. Телеграммы и прочие соболезнования, включая послание от папы Павла VI, приходили со всего мира.

30 июля в 10:50 похоронный кортеж покинул дворец, пересек сад и прибыл к зданию парламента, где остановился на несколько минут. Почетный караул обеспечивал 2-й батальон Национальной республиканской гвардии, военный оркестр исполнил похоронный марш Шопена. Гроб несли офицеры военной полиции. За гробом следовал Каэтану во фраке, члены правительства, также одетые соответственно случаю, военные и гражданские власти. Впереди шли настоятель церкви Базилика-да-Эштрела, отец Тобиа Дуарте, и его помощники. Покрытый национальным флагом гроб наклонили, чтобы медленно спустить по большой лестнице Национального собрания. За ним на бархатных подушках несли различные награды, полученные Салазаром за 40-летнее правление.

Итак, гроб с телом Салазара переместили из Сан-Бенту в монастырь Жеронимуш. Длинную процессию сопровождали конные солдаты, бронированные автомобили и грузовики, полные цветов, по обочинам дороги стояли взрослые и дети, а также солдаты в парадной форме. Гроб, к слову, был водружен на старый военный грузовик, не без труда управляемый молодым водителем Жушселину Венансиу Диашем Родригишем. У входа в базилику расположились бойцы артиллерийского полка. За гробом стояли дона Мария де Жезуш и сестра Салазара, им помогали две медсестры в белом.

В церкви расположились семья Салазара, супруга президента Республики, жены председателей Национальной ассамблеи, Корпоративной палаты, Верховного суда, членов правительства и представителей различных органов власти. Чуть дальше сидели дипломаты и члены различных королевских семей, находившихся в Португалии. На Евангельской же стороне, ближе к трансепту разместились офицеры и генералы, председатель Палаты, прокуроры, депутаты, другие высокопоставленные лица государства и бывшие члены правительства.

В час дня над телом Салазара начали произносить официальные речи. Это заняло с полчаса. Первыми выступили члены действующего правительства, затем дипломаты и представители НАТО, за ними – депутаты Национального собрания и Корпоративной палаты. Нос бывшего диктатора заострился, руки сжимали четки. Тысячи людей, скорбя, прошли мимо тела. «В первую очередь женщины стремились отдать последние почести бывшему главе правительства», – писали в Diário de Lisboa.

Первая подпись в похоронном журнале принадлежит инженеру Себастьяну Рамиришу. За ним – профессор Биссайя Баррету, принц Бейра и его тетка, дона Филипа де Браганса.

«Похороны Салазара» – гласил огромный, на всю полосу, заголовок газеты Diário de Lisboa от 29 июля. Также было размещено предупреждение о том, что, учитывая текущий повод, номер содержит 36 страниц. В 6 утра комната для прощаний была закрыта, чтобы тело успели подготовить к долгой дороге. В присутствии представителей высшей власти кардинал Сережейра вместе с доном Жуаном де Каштру, первым викарием Лиссабонского патриархата, отслужил мессу в сопровождении Национального симфонического оркестра и Национального хора Сан-Карлу. Дон Мануэл Гонсалвиш Сережейра благословил тело, с которым в последний раз попрощались Америку Томаш, его жена Гертрудиш Родригиш Томаш и другие представители власти.

По окончании церемонии моряки и солдаты подняли гроб и поместили его на специальную платформу, выстроенную на южной стороне площади Империи. От имени всех колониальных сил были отданы воинские почести командования Гвинеи. В присутствии президента Томаша нация простилась с человеком, 40 лет решавшим судьбы Португалии. В 12:45 тело было помещено в поезд, который пересек всю страну, остановился в Коимбре и в конце концов прибыл в Санта-Комба-Дан. Президент Томаш вместе с другими высокопоставленными лицами ждал на железнодорожной станции, где несколько солдат сняли гроб с президентского поезда и перенесли его в военный автомобиль. Оттуда за гробом проследовала новая процессия в сопровождении большого количества учеников местных школ. По обе стороны дороги стояло почти 6000 военных. Строгая и молчаливая процессия прошла по улицам городка, остановившись лишь у небольшой церкви Санта-Круш, до самого кладбища – мимо скромного, недавно покрашенного родового дома Салазара к его последнему земному пристанищу. После погребения людей впустили на кладбище для последнего прощания.

Революция гвоздик

Вместе с Салазаром умерла и последняя морская империя Запада. Другие европейские государства уже уступали местному и международному давлению с требованиями предоставить независимость колониям. Этот процесс начался после войны. Бывший диктатор, однако, так никогда и не пожелал избавить Португалию от мечты о трансокеанском величии, что привело к кровавому конфликту между метрополией и колониями, стоившему тысяч и тысяч жизней. Колониальная авантюра завела режим в тупик: не имея организованной армии, правительство оказалось вынужденным продлить обязательную военную службу до четырех лет! Многие молодые люди предпочли изгнание смерти в африканской глуши, особенно те, кто родился и вырос в больших африканских странах: ведь им пришлось бы стрелять в своих знакомых. Дезертиров насчитывалось не меньше 8000, а тех, кто выбрал эмиграцию (в основном во Францию, Германию, США и Бразилию) вместо военной службы, – 200 000. В 1966 году количество португальцев, проживающих за границей, достигло впечатляющей цифры 4,8 миллиона человек. Четверть эмигрантов в 1960-е годы были подпольщиками. Пик эмиграции пришелся на 1964 год, когда из страны уехало 37 000 человек.

Усилились репрессии, участились новые депортации, домашние аресты, исчезновения, чистки студентов университетов, принудительные отставки. Целое поколение было брошено в топку африканской войны, которая привела к гибели 8289 португальских солдат. Студенты, зачисленные в офицеры запаса, видели, как тают их шансы на нормальное существование, получение диплома о высшем образовании и приличную работу. Те, кому все-таки пришлось пойти в армию, имели за плечами университетское прошлое и усвоенные – в том числе под влиянием мощного духа протеста, царившего в остальной Европе, – антифашистские принципы.

Таким образом, Португалия отдала свое оружие в руки растущего числа противников власти. Армия, в которой насчитывалось 220 000 военнослужащих, в итоге стала политическим ядром проблем страны. После череды поражений в Гвинее, считавшейся «португальским Вьетнамом», в конце 1973 года группа офицеров подготовила документ, критикующий военные действия. В мозамбикской Бейре колониальные власти провели ряд бессудных казней, что породило сильные разногласия между ними и армией. Все это сформировало условия для зарождения Движения вооруженных сил: в Эворе, Оэйраше и Обидуше прошли важные встречи, где говорилось о необходимости вооруженного вмешательства для свержения режима. В начале 1974 года заговорщики распространили среди офицеров всех рангов документ под названием «Движение, вооруженные силы и нация», считающийся первым манифестом «Движения капитанов». В Бисау, столице Гвинеи-Бисау, было проведено тайное совещание.

Укреплению недовольства способствовала также книга ангольского ветерана и губернатора Гвинеи генерала Антониу де Спинолы «Португалия и будущее» (Portugal e o futuro), изданная 23 февраля 1974 года. За несколько дней она побила рекорд продаж в стране. Марселу Каэтану не препятствовал ее выходу, поскольку Спинола был заместителем начальника штаба вооруженных сил и получил визу на издание от начальника штаба Кошты Гомиша, который, к слову, официально отказался принести присягу на верность правительству во время публичной церемонии. Однако Каэтану отреагировал жестко и 14 марта отправил в отставку генералов Спинолу и Кошту Гомиша, которые впоследствии, после Революции гвоздик, один за другим побывали на посту президента Республики: первый – с консервативными идеями; второй – с революционными.

Свидетельством далеко зашедшего недовольства в вооруженных силах стало восстание в Калдаш-да-Раинья в 100 километрах от Лиссабона, произошедшее 16 марта. В результате было арестовано около 200 солдат-мятежников. Это была генеральная репетиция 25 апреля 1974 года.

Как сказал легендарный Отелу де Карвалью, организатор операции, «все было спланировано всего за 20 дней». Когда ночью 25 апреля радиостанция Rádio Renascença передала песню Жозе Афонсу Grândola, Vila Morena, план начал претворяться в жизнь и пути назад не было: молодые офицеры быстро взяли под контроль страну, арестовав начальников, выступивших было против восстания. Любопытно, что 24 апреля 1974 года, в 2 часа дня, когда военные уже отдали Rádio Renascença приказ транслировать песню ночью, сотрудник Карлуш Албину вдруг понял, что в радиостудии нет записи! Он в бешенстве помчался в магазин Opinião, где купил альбом Cántigas do Maio Жозе Афонсу, где и была песня, ознаменовавшая конец самого долгого режима в Европе. Хотя песня была запрещена, альбом, в состав которого она входила, к счастью, имелся в продаже.