Марк Заветов – Сакральная анатомия власти. 4000 лет (страница 1)

Марк Заветов

Сакральная анатомия власти. 4000 лет

Глава

«11. …и сказал: вот какие будут права царя, который будет царствовать над вами: сыновей ваших он возьмёт, и приставит к колесницам своим, и сделает всадниками своими, и будут они бегать пред колесницами его;12. и поставит их у себя тысяченачальниками и пятидесятниками, и чтобы они возделывали поля его, и жали хлеб его, и делали ему воинское оружие и колесничный прибор его;13. и дочерей ваших возьмёт, чтоб они составляли масти, варили кушанье и пекли хлебы;14. и поля ваши и виноградные и масличные сады ваши лучшие возьмёт, и отдаст слугам своим;15. и от посевов ваших, и из виноградных садов ваших возьмёт десятую часть и отдаст евнухам своим и слугам своим;16. и рабов ваших и рабынь ваших, и юношей ваших лучших, и ослов ваших возьмёт и употребит на свои дела;17. от мелкого скота вашего возьмёт десятую часть, и сами вы будете ему рабами;18. и восстенаете тогда от царя вашего, которого вы избрали себе; и не будет Господь отвечать вам тогда.»Ветхий Завет, книга Царств, глава 8.

Введение

О чем это эссе? Скорее, это инженерный взгляд на фундаментальную систему управления человеком, обществом, государствами, конфессиями, нациями. Об универсальной архитектуре социально-политического управления, гибко трансформирующуюся тысячелетиями, через войны, кризисы, череду сменяющихся поколений, становление и падение империй, смены лидеров. Предлагаемый материал не претендует на истинность и не попирает фундаментальные основы верований и религий, а пытается провести аналогии и найти технический ответ в чем же такая непоколебимость и идеальность архитектурной сущности управления созданной 4000 лет назад…

Представьте, что вы нашли древний текст с инструкцией. Ей несколько тысяч лет. В нем описана идеальная система управления: есть верховный правитель, который никогда не ошибается, есть посредники, которые доносят его волю до народа, есть четкие правила поведения, есть система штрафов и поощрений, есть десятина и налоги, неприкасаемая элита, механизмы контроля над инакомыслием.

А если это не инструкция, а священное писание, которое миллиарды людей считают откровением Бога. И что, перечитывая его сегодня, вы с удивлением замечаете: ровно так же устроено любое современное государство, корпорация, компания, община. Любые… Без исключений…

Ветхий Завет – самая продаваемая, самая читаемая и самая сакральная книга в истории человечества. Ее цитируют президенты и главы корпораций, на нее ссылаются в судах и в школах, ею обосновывают войны и перемирия, у нее самое большое количество переводов и толкований. Но есть один вопрос, который почему-то никто не задает всерьез:

А что, если Ветхий Завет – это не только история о Боге, о вере людей в абсолют, а еще учебник по устройству власти? Что, если Моисей, получивший скрижали на Синае, первый в истории политтехнолог? Что, если десятина, которую платили в Иерусалимский храм – это просто древняя налоговая система? Что, если пророки, обличавшие царей – это древняя оппозиция? Что, если сам Завет – древний аналог конституции, общественного договора между Богом и народом, где права и обязанности прописаны кровью жертвенных животных и, возможно, искажены пророками?

Предлагаемая для исследования тема – попытка посмотреть на знакомый текст совершенно с другого фокуса, с позиции социальной инженерии, так модно и красиво скармливаемой нам современными социологами и политтехнологами. Это взгляд не теолога и не атеиста, а инженера-аналитика, который заметил в древних стихах универсальные работающие социальные механизмы.

В мире сейчас происходит странная вещь. С одной стороны, мы живем во время искаженной секулярности в истории: церковь приняла рыночные устои государства, установив твёрдые ценники на требы и обряды, наука практически полностью объяснило природу человечества, влезая в генную инженерию с помощью методологии CRISPR, искусственный интеллект всё больше обманывает сознание придавая с каждым релизом более совершенные модели новой реальности. С другой стороны, в каждой стране строятся идеологические конструкции, которые подозрительно напоминают религиозные: есть сакральные смыслы (национальная идея, цивилизационный код), есть пророки (политики, эксперты, блогеры), есть десятина (налоги, пошлины, комиссии, штрафы), есть отлучение (санкции, блокировки, рейтинги). Ничего не напоминает?

Да, если присмотреться, архитектура везде одна. Меняются только имена богов и названия налогов. Несущие конструкции остаются неизменно фундаментальными.Эта оценка несущих инженерных конструкций.Давайте вместе попробуем разобрать чертежи, из чего собрана машина управления власти по Ветхому завету. Сравним ее с современной конфигурацией. Найдем те же шестеренки в работе государств, корпораций, цифровых платформ. Увидим, как библейские механизмы управляют нами каждый день – через налоги, через кредиты, через соцсети, через новости, через рекламу, через вновь и вновь создаваемые смыслы.

Это не изобличение, ведь есть и другая линия. Потому что в той же самой Библии, поверх ветхозаветного чертежа, написан другой текст – Новый Завет. И он предлагает не отмену старой машины, а что-то другое. Что-то про надежду, про ценность человека, про внутреннюю свободу, про любовь к ближнему. То, что система всегда пытается выкинуть, подавить, изменить смысл, превратить в очередной фантик. Но что-то мешает…

Начнем с первой страницы, с первой главы, с первого стиха – «В начале сотворил Бог небо и землю…». Или, если перевести на язык политической философии: «В начале был Субъект, которому принадлежит всё…».

Часть I. Ветхий Завет как политическая архитектура (Теоретический фундамент)

Глава 1. Инженерные чертежи.

Ветхий Завет – для одних это священное писание, для других – собрание древних мифов, для третьих – исторический источник. Но есть ракурс, который почему-то остается за кадром почти всех дискуссий: взгляд на Ветхий Завет как на инженерный проект с логично выстроенной вертикальной системой смыслов для управления массами. Впрочем, если погрузиться нетеологическим анализом в другие не менее священные письмена, логика структуры сохраниться, не важно будет это индуизм, ислам или зороастризм.

Представьте на минуту, что перед вами не богословский трактат, а техническая документация – чертежи, спецификации, схемы. В них структурно и логично описано, как построить устойчивую вертикаль власти. Как организовать сбор ресурсов. Как обеспечить лояльность населения. Как наказывать отступников. Как легитимировать элиту. Как вкладывать смыслы скрывая истинные механизмы управления объектами.

Исследователи давно заметили, что политическая реальность древнего Израиля была прямым продолжением его религиозного самосознания. То есть сначала люди поверили в определённую картину мира, а потом выстроили под неё государство. Вопрос в другом: что это была за картина и как именно из неё вырастали механизмы власти? И главное почему оказалась настолько эффективной, что работает до сих пор.

Глава 2. Первичное: Вера и Страх как инструменты управления.

Страх как точка отсчета. Интересно, что первая эмоция, прямо названная в Библии – это страх. Не любовь, не радость, не умиление. Страх! После того как Адам и Ева вкусили от древа познания, они спрятались от Бога. И на вопрос «где ты?» Адам отвечает: «голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся» (Бытие 3:10).

Богословы скажут: это результат грехопадения, поврежденность человеческой природы. Социолог скажет иначе: страх – это первичный механизм самоограничения. Человек, который боится – управляем. Он не делает того, что может навлечь на него наказание. Он прячется. Он подчиняется.

Ветхий Завет фиксирует этот момент с удивительной точностью. Страх возникает одновременно с нарушением запрета. Система (Бог, Закон, правило) уже существует. Человек нарушает ее правила – и немедленно получает сигнал по рефлексии эмоции в виде страха. Идеальный контур управления.

Два лица страха: рабский и сыновний. Первый – страх наказания. Его называют «рабским». Человек боится, потому что не хочет страдать и испытывать боль. Это низший, но самый надёжный уровень мотивации. Он работает всегда и со всеми. Как писал святитель Игнатий Брянчанинов, «страх законополагается нам как средство, существенно нужное, необходимое для нас». Второй – страх оскорбить любящего. Его называют «сыновним». Человек боится не боли, а разрыва отношений. Это более тонкий инструмент, но он требует уже сформированной привязанности, психологически более ощутимый, тем телесное заживление.

Для инженера власти первый тип – базовый, «железобетонный». Он закладывается в конструкцию изначально. Страх как политический инструмент в Ветхом Завете, который даёт поразительные примеры того, как страх используется для управления массами и элитами:– фараон. Он боится роста численности израильтян. Что он делает? Усиливает угнетение. Логика: страх перед потенциальным бунтом превращается в политику террора. «Рабы должны бояться больше, чем надеяться» (Исход 1);– Саул. Царь, потерявший легитимность, боится Давида. «И стал бояться Саул Давида, потому что Господь был с ним, а от Саула отступил». (1Цар 18:12). Страх парализует волю, толкает на иррациональные поступки, расшатывая власть изнутри. Но пока страх есть – система держится на том, что все боятся друг друга больше, чем царя;– Пророки. Они используют страх как инструмент обличения. «Чего страшится нечестивый, то и постигнет его» (Притчи 10:24). Это работает как механизм обратной связи: страх перед наказанием – уже половина наказания.