Марк Захаров – К Библии от науки (страница 12)

Тернист путь мудрости. И не потому, что сорно зарос или чем-то завален. Просто, начав с просеки в непроходимых джунглях животной тупости, Человек прокладывает его сам, в одиночку и в направлении даже ему самому не всегда понятном.

Сегодня, если оглянуться назад, этот путь уже заметен. Да, он извилист! Да, не везде и не так благоустроен, как это хотелось бы видеть теперь от его конца, но в целом картина обнадёживает.

И здесь можно было бы перейти к весьма полезному обсуждению эффективности этого строительства, достижений, потерь, производительности, технологий, инструментов, преимуществ, недостатков и т.п., но если мы заговорили о мудрости, то начинать надо с обсуждения направления. Куда всё-таки строить?

Правда, и раньше и теперь – всегда строили к Свету. Остаётся только выяснить – в чём же он этот Свет, и кто собственно светит?

История показывает, что на этот вопрос пока нет однозначного ответа на весь путь длиною в вечность. Конечно, можно предположить, что путь мудрости есть прямая последовательного прогресса, на которой её источники, стоя друг за другом и сливаясь, не позволяют видеть следующий, пока не заглянешь за предыдущий.

Но та же история показывает, что свет-таки не снаружи. Свет он изнутри. И свет этот – и есть наша Вера. И чем она сильней, тем он ярче. А потому-то и свет оказывается в каждом окошке разный. И у миссионера, искренне желающего посветить другим и у конкистадора, гребущего под себя из закромов Эльдорадо.

Вначале, как известно, было Слово. Говорят – одно. Позже к нему начали присоединяться другие слова и образовывать различные системы понятий, учений, а вместе с церковью мистерий и различные религии. Сегодня религий уже так много (как существующих, так и угасших), что одной больше одной меньше не суть. Время рассудит – светильник чьей ярче. Важно не бояться зажигать новые. Новые – из нового знания, нового видения мира и новых понятий, потому как зажигать их просто больше не из чего.

А сама Вера – это прекрасное светлое понятие, отображающее движущее, мобилизующее, вдохновляющее поведенческое начало любого человека.

Выше мы выяснили, что любая идеальная (понятийная) модель строится обязательно на основе одних и тех же принципов, т.е. имеет в основании систему исходных базисных утверждений, принимаемых на веру. Например, гипотеза о религиозном наличии всемогущего бога, или его атеистическом отсутствии, гипотезы кармические, современные гипотезы о существовании неких ментальных или информационных полей и т.д., и т. п.

В этом смысле сам человек есть не более чем система приобретённых им понятий и навыков. Отними это у Сапиенса и останется от него человек Платона – двуногий, без перьев и с широкими ногтями.

Любой Бог – это теория, описывающая сущее, объясняющая имеющиеся результаты и предсказывающая будущее в зависимости от поступков человека, т.е. система основополагающих аксиом, гипотез, догматов и предписаний поведения – как теорем из них.

При этом, как показывает история, модель Бога, как и любая другая модель, сотворённая из понятий, легко допускает варианты. Здесь и языческие боги по заведованиям (по урожаю, по охоте, по вину, по быту), боги по территориальной специфике, т. е. Яхве, Аллах, Саваоф, Будда, в котором уже растворяются и боги, и природа.

Здесь нам не это важно.

Важно понять, что боги и все их атрибуты в нашей голове или их отсутствие там же – это только предположения, выдвинутые людьми и призванные удовлетворить какие-то их потребности. Эти предположения можно принимать или отвергать, но ни доказать, ни опровергнуть их нельзя в рамках любой теории или мировоззрения, основанного на этих или других гипотезах, которые, как мы уже знаем, устанавливаются и отвергаются исключительно под натиском осмысленных фактов практики и собственных потребностей.

Даже математика допускает лишь ситуативное использование аксиом. Например, с целью упрощения измерений и расчётов при планировке земли под строительство используются известные аксиомы Евклида о плоскостях и непересекающихся (параллельных) прямых, допускающих, кроме всего прочего, использование высокоточного лазерного и оптического оборудования.

В свою очередь, для расчёта траекторий движения кораблей, самолётов, ракет требуется уже сферическое представление поверхности той же Земли, в котором сферические «прямые» (линии с нулевой геодезической кривизной) обязательно пересекаются.

Так что вопрос о личной гипотетической модели остаётся только в том – какую конкретно модель мира вы принимаете на Веру. Убедительна ли эта модель лично для вас? Совмещается ли она с вашим личным опытом и знанием, удовлетворяет ли вашим принципам, наклонностям, текущим потребностям, желаемой точности предсказаний или нет?

Религия и церковь

Истории становления религий посвящены тонны литературы. Здесь можно найти всё – классификации, этапы зарождения, причины угасания, условия возрождения и всё остальное, что можно только предположить на эту тему.

Вроде охвачено всё, но, на мой взгляд, остаётся необъяснённым главный феномен любой религии, сводящийся к простому вопросу: почему в религиях авторам «святых» текстов верят безоговорочно, хотя эти авторы такие же люди, как и все остальные пишущие?

При этом, в качестве авторов могут выступать и апостолы, и туповатый бог Кузя, и доктора и кандидаты наук просто «записывающие за богом» или «слышащие создателя».

Что здесь первопричинно? То, – что авторы говорят? То, – как говорят? Или просто подобные учителя появляются лишь тогда, когда созревают в чём-то нуждающиеся ученики.

Тогда, в чём нуждающиеся?

Думается, что подобная нужда определяется прежде всего потребностью приобщиться «по-лёгкому» хоть к какому-то Величию, какому-то Бессмертию. Ведь приобщиться к такому же величию и бессмертию в памяти потомков за свои деяния, очевидно, сложно, поскольку требует повышенных нервных затрат и неоплачиваемой самоотдачи.

Но мы оставим эту скользкую тему другой книге. Нам всё равно вряд ли удастся выявить весь спектр индивидуальных потребностей и понуждающих обстоятельств.

Но обязательно отметим, что без надлежащей аргументации – становление и поддержание любых религиозных представлений мягко говоря невозможно. Естественно, это справедливо для решения и наших – научно-религиозных задач.

Подчеркнём – научно-религиозных (не религиозно-научных), что заставляет нас оставить всё как учили ещё в советской школе, т.е. вместе со Спинозой, Фейербахом и остальными продолжать думать, что религии создавались не богами, но людьми и делалось все это не в силу заложенного в человеке стремления к божественному, а в силу утилитарной необходимости понять, объяснить и выковать критерии «правильности» поведения в суровых условиях противостояния роковым жизненным обстоятельствам. Делалось, дабы предостеречь людей от поступков, разрушающих человеческое счастье, поступков – ведущих к болезням, увечьям и преждевременной гибели.

Конечно, здесь следовало бы отметить и борьбу за власть (как без неё). Но история развития религий показывает, что всякие злоупотребления властью заканчивались потерей доверия. А недоверие – это обязательно утрата ценностей, раскол, вражда, а то и кровь и полное падение авторитета, после которых происходит или полное упокоение религии, или медленное, и, увы, неполноценное восстановление позиций.

Так что в целом, ни одна из выживших на сегодня религий старалась не обманывать возлагаемых на неё надежд. И надежд по большому счёту, что ещё раз указывает на её востребованность, поскольку сочетает в себе собственно мировоззрение, и, одновременно, методики претворению этого мировоззрения в жизнь. А также методики, которые позволяют каждому самостоятельно оценивать правильность своих поступков, т.е. искать необходимые и достаточные средства для достижения личных целей при условии нанесения минимального ущерба себе, окружающим и среде.

Если совсем коротко, то любая религия предлагает:

– цель и систему общественных и личных ценностей;

– одобряемую авторитетами программу и способы действий по достижению этой цели;

– укрепляет уверенность в собственные силы, веру в способность активно участвовать в созидании своего счастливого завтра;

– определяет меру ответственности, права и обязанности перед реальностью;

– даёт утешение в страдании, идущем от естественных ограничений человеческих возможностей.

Всё это (как минимум) и даёт религия. Даёт как связанная система понятий (если хотите – теория), объясняющая мир и предписывающая правила поведения в нем, исходя из убедительности и авторитета начальных аксиом, гипотез и воображения авторов.

Но, увы, начального авторитета и убедительности может оказаться недостаточно для выживания религии.

Например, болезнью ныне вымерших европейских языческих религий являлся примат личного гедонизма (радости, наслаждений), т.е. примат индивидуальных потребностей, где социальные установки воспринимались лишь как необходимые (и часто – нежелаемые) условности, ограничивающие личную свободу.

Другими словами, цель жизни каждого индивида в европейском язычестве определялась стремлением к личному блаженству и, в зависимости от «школы», духовному и/или физическому, а мерилом успешности жизни – являлись «градус» полученных наслаждений и их объем.