Марк Захаров – К Библии от науки (страница 14)

Это мы говорили о господствующих конфессиях с отработанной веками системой сбора «пожертвований». Будет справедливым чтобы мы хотя бы в двух словах и о конфессиях новых.

А из новых – есть много чего. И живые боги, и демиурги по мастям и заведованиям, и всекосмические разумы, а даже обобщение их всех – всегалактический-бого-разум, нуждающийся в помощниках, которым может стать любой из ныне живущих. Естественно, при определённом объёме выплат и, естественно, после смерти.

Другими словами, как всегда – многообразие действующих героев и декораций, а суть одна.

И она не в том, что в той новой (загробной) жизни у новообращённых будет свой «старшой», которого им и там предстоит слушаться. Нет. Смысл в другом. А именно в том, что ещё «в этой жизни» у этого «старшого» есть местный «озвучиватель», которого следует любить, доверять и главное – тратить деньги как он рекомендует.

Денег можно немного. Рублей по 100 – 300 в месяц (что может легко позволить себе даже пенсионер) на книжечки, листовки, мероприятия, да и в фонды какие.

И не важно как зовут этого «озвучивателя» и кто он. Доктор ли реальных (сомнительных) наук или живой и грубый «бог Кузя». Просто, если «озвучиватель» нового бога наберёт хотя бы полмиллиона адептов, тратящих на его религию всего 200 руб. в месяц, то за год после вычета налогов у него останется где-то миллиард.

А это, согласитесь, не так уж и мало за всего лишь абсолютно ни к чему не обязывающее приобщение к лику «избранных» при жизни и пустом обещание комфортного существования после смерти.

Философия

Поскольку мы предполагаем рассуждать с претензией на мудрость, то возможно для обозначения нашей интеллектуальной «крыши» вместо религии было бы уместнее использовать философию, которая, к стати, в отношении мудрости означает, как известно, любовь к оной.

Конечно, это можно, но, к сожалению, круг задач сегодняшней философии до сих пор не определён и существенно зависит от конъюнктуры и авторских предпочтений. Да и сама она сегодня отмахивается от всех рекомендаций, даваемых ею же в очень недалёком прошлом.

Но, тем не менее.

Сразу отметим, что, рассуждая о философии, мы будем иметь ввиду развивающуюся философию запада, которая изначально тяготела к науке, к её страсти познания и упорству в отстаивании взглядов вплоть до кулачных драк в философских аудиториях.

У восточной же философии, как известно, так и не получилось оторваться от теософии. Философское мышление востока изначально развивалось через срастание преданий и традиций с философскими рассуждениями. При этом, сомнения отрицались, постоянство и преемственность приветствовались, а влияние достижений науки было несущественным. Потому и до сих пор основой предпочтений в философии Востока остаётся – традиционализм.

И так, философия западная. Точнее – восточная философия Запада, т.е. российская и чтобы понимать, что с ней не так, приведу несколько российских определений этого понятия.

1983 год. Диалектический материализм ещё считается государственной философией теократического СССР, хотя идеологическая перестройка уже объявлена.

Открываем:

«Философский энциклопедический словарь», М., «Советская энциклопедия», 1983 – 840.

Читаем:

«Философия (…греческие буквы…) – форма общественного сознания; учение об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру; наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления».

Таким образом, как мы видим:

– Сознание «общественно», хотя неизвестно – кто или что является носителем подобного типа сознания. С индивидуальным сознанием понятно. Носители – это Иванов, Петров, Сидоров. А вот какому носителю пришить сознание «общественное» – никто не знает. Такая задача не ставилась. И уточнять – не рекомендовалось.

– Философия – всё ещё наука о всеобщих законах развития природы. Т.е. законов, изучаемых науками естественными для объяснения происходящего недостаточно. Оказывается, в природе действуют некие «всеобщие» законы, понимание которых доступно лишь диаматной рефлексии. И хотя так и не был выявлен ни закон, ни район существования, ни область действия хотя бы одного «всеобщего» закона, – не беда. Надежда в диамате живёт и умирает только вместе с его носителями.

2001 год. Деятельность КПСС прекращена и её организационные структуры окончательно распущены, имущество – конфисковано. Амбиции диамата поумерились.

Открываем:

Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. – 7-е изд., перераб. и доп. – М.: Республика, 2001. – 719 с.

Читаем:

«Философия (…те же греческие буквы…) – форма духовной деятельности, направленная на постановку, анализ и решение коренных мировозренческих (мировоззрение) вопросов, связанных с выработкой целостного взгляда на мир и на место в нем человека».

Никакой запредельности. Всё почти по Сократу. Это что? Могут, если долбят? Или личная заслуга И. Т. Фролова?

Просто – «форма духовной деятельности» и ничего лишнего. А, что, – великолепное определение. Разве что, есть в нём что-то от определения религии. Ну, по крайней мере, как бы я его сам вчерне изложил.

2010 год. Устаканенное постсоветское время. Философских академиков не ругают. Званий не отбирают. От кормушки не отталкивают.

Открываем:

Новая философская энциклопедия: В 4 т./Ин-т философии РАН, М.: Мысль, 2010 —744 с.

Читаем:

«Философия (…те же греческие буквы…) – особая форма общественного сознания и познания мира, вырабатывающая систему знаний об основаниях и фундаментальных принципах человеческого бытия, о наиболее общих сущностных характеристиках человеческого отношения к природе, обществу и духовной жизни».

Здесь уже не просто возврат к «форме общественного сознания», а ещё и к «особой» его форме. А в особой форме, как известно, мыслят не только особые люди, но ещё и особым образом. Да, и форма, мы видим, уже не только сознания, но и познания мира. Так, что похоже, к этому времени обнаружились и другие механизмы познания кроме сознания.

Да и от «фундаментальных принципов человеческого бытия» резко попахивает онтологическими «общими принципами» определения 1981 года. Особое амбре от понятия «бытие», которое сегодня на философском сленге привязано к объективной реальности (материи, природе), а также материальным условиям жизни общества.

Другими словами, очень похоже, что сколько российского философа не корми, он таки в диамат смотрит. Остаётся надеяться, что смотрит пока. Пока опять кто-то или что-то российского философа не надоумит.

Диамат – амбициознейшее философское учение. Философы этой школы даже сегодня не хотят признать:

– что, в природе не было, нет и не будет никаких «всеобщих», «диаматных» или просто «философских» законов, познание которых доступно лишь диалектической перцепции, анализу и синтезу;

– что сегодня подобные декларации следует воспринимать как проявления психопатических синдромов «Мантры Надежд» – поднять-таки себя за волосы до интеллектуальных высот, недосягаемых для дурно мыслящих;

– что философия – это просто вид интеллектуальной деятельности, соразмерной с деятельностью литературной, где ты, если и преподаёшь с кафедры, и даже пишешь статьи и диссертации о произведениях уже состоявшихся авторов, то ты есть литературовед, и называть тебя писателем не принято;

– что пора вводить ту же практику и у философов, т.е. отличать философов от изучающих их труды «философоведов», «мудроведов» или как-то иначе, т.е. отличать величину вклада «во всеобщее развитие», например, академика от философии Б. М. Кедрова от вклада рядового философа – Э. Канта, Г. Гегеля, Л. Фейербаха….

Немного отклонюсь и отмечу что, если слово с окончанием «…веды» вызывает у вас привкус некой ущербности, то это ваш домысел, акцентуированный вашей, похоже, не во всём удавшейся судьбой.

Дело в том, что необходимость учреждения всякого нового «…ведения» опосредована прежде всего теорией и практикой преподавания. И здесь, к сожалению, далеко не каждому из нас встретился жванецковский «Борис Ефимович Друккер», которому мы навсегда остаёмся беспредельно благодарными «за знакомство с ним, за личность, за истрёпанные нервы его», за знания, что он даже не дарил, а чаще – эдак вколачивал в наши ещё несостоявшиеся головы.

Маэстро – он в любом «ведении» маэстро. И в «ведении» от философии исключением не будет.

Ну, а сутью самой философии остаётся всё-таки мудрость. И это не один я так думаю. Так думал уже Сократ, который ограничивал предмет философии исключительно смыслом бытия человека. И ограничивал исходя из достаточно длительного и многоаспектного опыта использования этого термина. Ведь слово «философия» (как любовь к мудрости) было произнесено примерно лет за сто до Сократа. По легенде – это сделал первым Пифагор, отказавшийся от титула мудреца ограничившись званием любителя. И именно с тех пор всякий публично когнитирующий получил возможность называть себя философом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.