Марк Сафо – Мунсайд (страница 85)
Коридор какого-то дома неожиданно превратился в детскую спальню. Кроватка в уголке, рядом кресло, а на кроватке кто-то ровно сопел.
Волчонок запрыгнул на матрац, и тот прогнулся под его весом. Он оскалился, медленно подходя к спящему и показывая весь арсенал клыков.
Ему надо было спасти неизвестно кого. Он уже рванул к зверю, как что-то хрустнуло под ногами.
Крошечное блюдце. Разбитое.
Грохот.
Детский визг.
Волк горел заживо.
Он проснулся.
Обдумывать и смаковать сон было некогда. Ветер оборвал ставни на окнах и уже занялся крышей. Страшно представить, что будет, если волны взберутся по отвесной скале вверх и хижину снесет, как детские песчаные домики.
Дорога из Мунсайда была забита автомобилями, двери госпиталя, полицейского участка и даже школ были открыты для всех, чьи дома пострадали от бури, или для тех, кто хотел выжить. Он относился больше к первым, чем ко вторым, а о том, чтобы найти спасение в каком-то людном месте, даже не задумывался. У него было достаточно дури, чтобы в ближайшую неделю едва ли находиться в сознании и отдаться на волю природы.
Странно, что в этом хаосе человек в маске животного не попросил у него помощи. Город, казалось, готовился к апокалипсису.
После сна осталось дурное послевкусие. Будто бы инстинкт спасти невидимку в постели перенесся и в реальность. Подсознательно он понимал, чей это был детский визг, чья комната, но зарекся после той ночи вспоминать о ней. При мысли о ней он принимал по одной десятой грамма. И пока все работало как часы.
Дому осталось немного. Его снесет как карточный домик.
Он взял нож в кухне и вспорол матрац. Надо было собрать все необходимое. Немного вещей, особо дорогих сердцу книг, кусочек белого платья, остальное было зашито на пять сантиметров ниже, завернуто в обыкновенное полотенце и полиэтиленовый пакет.
Он развернул все это, чтобы взглянуть лишь глазком и удостовериться, что он, другой, не избавился от этой вещицы.
Облегченно вздохнул. Гладкий кинжал, лезвие зигзагом, массивная ручка из какой-то кости. Единственный нож, который оставил на нем шрамы. Самое необходимое.
Осталось полтора дня до совершеннолетия, а Кольт сбрасывал трубку и рычал, и на входе, забитом машинами и людьми, им сразу давали от ворот поворот. Каждые десять минут Хейзер звонили с просьбой, а потом с угрозами вернуться в дом, собрать вещи и спастись бегством. У многих был подобный план.
Единственная, вечно пустующая дорога к Мунсайду была забита машинами. Из-за надвигавшегося шторма деревья валило прямо на трассу, а все скорые и полицейские были заняты. Дозвониться до службы спасения было невозможно. Апокалипсис в чистом виде.
В итоге позвонил Томас, а когда звонит оракул – жди беды.
– К Кольту. Срочно.
– Он нас не пускает!
– Теперь пустит. Мы вытащили Ивейн.
По закону жанра Томас просто отключился, не обращая внимания на яростные крики Каспия.
Кольта удалось найти не сразу. Небольшой участок был забит под завязку. Люди делились на два типа: каких-то обезумевших оборванцев и вполне приличных людей. Повсюду шум, крики, сновали полицейские. А в уголке на стуле притаился Кави, скрестив руки на груди и, кажется, задремав. Каспий бросил на него недовольный взгляд.
Некоторые люди казались неуловимо знакомыми. Хейзер испуганно схватила его за плечо и указала на какую-то девушку.
– Это Сара, – шокированно прошептала она. – Сара. С фотоаппаратом. Всегда ходит в желтом. Сара.
У Сары были грязные, сальные волосы, губы что-то беспрерывно шептали, она раскачивалась из стороны в сторону и… выглядела совершенно иначе. Неудивительно, что он ее не узнал.
Каспий заметил ее родителей: видел их на фото.
– Где Флора? Тут должна быть Флора…
Он оглянулся и понял, откуда знает всех этих людей. Он видел их каждый день по пути в школу. Их черно-белые портреты с надписью «Помогите найти» висели по всему городу.
– Что за…
– Их вернули разом, просто раскидали по городу, – прокомментировал какой-то бледный офицер с папкой в руках, услышав их разговор. – Почти в одно и то же время. Просто взялись из ниоткуда.
– Что говорят? – поинтересовалась Хейзер, пока Каспий пробивался к Томасу. У кулера он заметил Селену, а рядом с ней – чьих-то родителей. Женщина плакала, а мужчина что-то настойчиво у нее выспрашивал.
– Кто именно вас интересует? У нас тут есть Наполеон, Иисус, – скалился офицер, точно вампир.
Хейзер начала злиться.
– Все психически больные. Допросить кого-либо невозможно. Причем у каждого своя болячка. Вот, к примеру, – тяжело вздохнув, коп прошелестел своими бумажками в руках, – от ОКР и депрессии до шизофрении и сенсопатии. Расстройство личности, фобии… Целый букет! Ха-ха!
– Где она? – прорычал Каспий, хватая Томаса за рукав. Тот нахмурился и сделал шаг назад.
– Сидит в кабинете у Кольта. У нее шок.
– Что случилось?
– Маги держали ее в заложниках. Селене позвонил Варрон…
– Вестфилд?! Мразь, я ему…
– Он ее спас! – прервал его Томас, хватая за плечи, и тут же как ошпаренный убрал руки. – Варрон вытащил ее. Мы забрали ее у летнего дома, всю в крови…
– Что там случилось?
Томас закусил губу и прискорбно покачал головой.
– Я видел лишь отрывки ее воспоминаний, она просила никому не говорить…
Понимая, что больше ничего не добьется, Каспий оттолкнул Томаса от себя и ворвался в кабинет шерифа. Кольт тут же начал на него орать, поднимаясь из-за стола. Ивейн сидела на стульчике у входа: в глазах ужас и страх, губы плотно сжаты.
На первый взгляд она не пострадала. Заляпанные грязью кроссовки, чуть помятая одежда, майка сзади, у воротника, порвана.
На коленках она держала коробку от «Монополии». На ней виднелись капли крови.
Она держала ее так, будто это была самая важная вещь в мире.
– Ивейн! – Каспий проигнорировал Кольта и сел перед ней на колени. Она чуть нахмурилась, быстро взглянула на него и помотала головой.
– Брутто, дай ей прийти в себя!
Каспий не обратил на него никакого внимания, даже когда рука вампира с силой сжала его плечо. Прикусывая губу, Каспий сконцентрировался и кончиками пальцев коснулся ее щеки.
– Ив, – тихо спросил он, пытаясь подарить ей ощущение безопасности и нежности, – Ив, как ты, Ив?
Она сделала глубокий вдох, напоминающий всхлип, пару раз моргнула и посмотрела на него. Каспий улыбнулся ей, стараясь не спугнуть. Ее лицо исказилось от боли.
– Он говорил, что я герой, что я отважная, что я могу спасти… А я бросила его, бросила! Почему вы еще не там? – обратилась она к Кольту.
– Мы отправили туда людей, как ты и просила.
– Не говори Селене. Она должна думать, что с ним все хорошо.
– С кем? – не понял Каспий.
Она опустила голову, а руки так вцепились в коробку, что вот-вот помнут твердый картон.
– Я совершила массу ошибок… Мне так плохо. Столько людей из-за меня пострадало… Я… А я еще не у власти. Я не справлюсь! Не справлюсь!
– Тише, тише, – прошептал Каспий, обнимая ее и оставляя ладонь на ее шее. Ее дыхание стало тихим и размеренным, но беспорядочный шепот о собственной никчемности так и не прекратился.
– Я знаю, как все закончить. Знаю. Нужно заехать только в два места.
– Заедем. Вытащим тебя и заедем. Мы все успеем. За Кави кто-то присмотрит.
– Не думайте, что это будем мы. На нас и так свалилось до хрена работы, – не удержался Кольт, недовольно глядя на них.
Ивейн успокаивалась, в ней появилась прежняя решимость, которой хватило разве что на то, чтобы вытереть слезы и улыбнуться.