Марк Рокосовский – Суд над серым волком (страница 4)
— Кто пустил толпу?
— Никто. Поэтому она и прошла.
— Возле деревьев есть другие следы?
— Лосиные, заячьи, медвежьи, сапоги министра дорог…
— Почему выбрали волчьи?
Хорёк задумался.
— Они лучше всего подходили.
— К чему?
— К объяснению.
Вечером на стене тюрьмы кто-то написал: «ВОЛК ВИНОВЕН». Ниже другой рукой: «СУД ЗАВТРА В ДЕСЯТЬ».
Когда Барсук ушёл, Лада снова обратилась к Волку:
— Почему вы вообще находились возле старого дуба?
— Устал.
— От чего?
— От ночи.
— Это не ответ.
— Это ответ, который тебе не нравится.
Волк сел ближе к стене.
— Люди думают, что молчание всегда означает скрытую вину. Иногда молчание означает, что правда принадлежит не только тебе.
— Кому ещё?
Он не ответил, но Лада запомнила эту фразу.
Стражник Хорёк принёс протокол осмотра. На последней странице стояли подписи тех, кто присутствовал: Медведя Потапа, Барсука, министра дорог, двух лесников и… Сороки Трещотки.
— Почему журналист подписала протокол? — спросила Лада.
— Она сказала, что представляет общественность.
— Общественность просила?
— Общественность не успела возразить.
В протоколе значилось: «Следы лап направлялись от зоны разрушения к воротам». Лада сравнила это с картой и заметила, что определить направление по отпечаткам невозможно: дождь размыл передние и задние края.
— Кто решил, откуда и куда шёл Волк?
— Начальник, — сказал Хорёк. — Он посмотрел на следы и понял.
— Как?
— Он начальник.
Лада попросила исправить запись.
— Протокол уже подписан, — ответил Хорёк. — Исправлять подписанный протокол нельзя.
— А если в нём ошибка?
— Тогда составляется протокол об ошибке в протоколе.
— Составьте.
— Для этого нужно разрешение начальника, который подписал первый.
Лада поняла, что бумага в Семилесье обладала удивительным свойством: однажды написанная ошибка становилась прочнее камня.
Она переписала спорную фразу в тетрадь и рядом отметила: «Вывод начальника, не наблюдение».
Волк следил за ней.
— Ты правда думаешь, что слова можно разложить по полкам?
— Нет. Но можно хотя бы не хранить предположение в ящике с фактами.
— Тогда тебе понадобится очень большой шкаф.
— У отца есть. Он всё равно неправильно стоит у стены.
Волк тихо рассмеялся. Это был первый звук, не похожий ни на вой, ни на угрозу.
Глава 4. Суд, который должен закончиться к обеду
Когда скорость важнее правды
Высокий сказочный суд располагался в круглом здании с двенадцатью колоннами. Одиннадцать поддерживали крышу, а двенадцатая — мнение архитектора о том, что колонн должно быть именно двенадцать.
Зал заполнился задолго до заседания. На первых рядах сидели чиновники, за ними жители, дальше торговцы пирогами и сувенирами. Один Ёж продавал свистки «для выражения законного возмущения».
Перед местом обвиняемого стояли два кресла. Одно для Волка, другое для защитника.
Второе оставалось пустым.
Судья Филин Феофан появился из двери за кафедрой, поправил очки и зевнул.
— Прошу не считать зевок отношением к делу. Заседания в десять утра противоречат моей природе.
Секретарь объявил:
— Рассматривается дело по обвинению Серого Волка в разрушении Великого леса, повреждении королевской ограды, нарушении покоя посредством воя и создании общественного беспокойства своим видом.
— Последнее тоже преступление? — спросил Волк.
— Не отдельное. Отягчающее, — ответил Барсук.
Лада подняла руку.
— Ваша честь!
— Дети обычно поднимают руку в школе.
— А взрослые обычно соблюдают закон в суде.
По залу прокатился смешок.
— Смело. Что вы хотите?
— У обвиняемого нет защитника.