Марк Рокосовский – Суд над серым волком (страница 3)

Собрание закончилось решением поддержать будущий приговор суда, каким бы он ни был, при условии, что приговор совпадёт с мнением собрания.

По дороге домой Лада увидела лавку, где продавались карты Великого леса. На новых картах разрушенная часть уже называлась «Волчья пустошь».

— Название напечатали сегодня утром, — пояснил продавец. — История должна оставлять след в географии.

— А если Волк не виновен?

— Тогда карты станут редкими. Их цена вырастет.

Во дворце отец показал Ладе черновики королевского указа. В первом варианте было написано: «обеспечить справедливое разбирательство». Во втором слово «справедливое» заменили на «скорое». В третьем оставили оба, но «скорое» поставили первым.

— Кто менял? — спросила Лада.

— Советники.

— Почему?

— Справедливость трудно измерить. Скорость легко: до обеда или после.

В тот вечер Лада снова перечитала правило о презумпции невиновности. Формулировка казалась простой. Но чем больше она смотрела на площадь, газеты и деревянные фигурки, тем яснее понимала: правило написано не для тех случаев, когда никто не сомневается. Оно нужно именно тогда, когда все уверены.

— Именно этого я и боюсь.

Глава 3. Арест у старого дуба

Молчание тоже можно истолковать неправильно

Утром Лада пришла к Волку с двумя пирожками, сводом законов и комком светлой глины.

Стражник Хорёк осмотрел книгу.

— Разрешена, если внутри нет пилы.

Он встряхнул свод. Выпала закладка.

— Очень тонкая пила, — сказал Хорёк и вернул её.

Волк встретил Ладу неприветливо.

— Я не просил еды.

— Один пирожок мне.

— Тогда зачем два?

— Я рассчитывала, что вы откажетесь.

Волк едва заметно усмехнулся.

Лада положила перед ним глину.

— Такая была у вас на лапах. Возле разрушенного леса земля чёрная.

— В лесу разная земля.

— Значит, вы были в другом месте.

— Был.

— Где?

Волк отвернулся.

— Вы понимаете, что молчание всем кажется признанием?

— Если скажу, они услышат признание. Если промолчу — тоже. Очень удобный язык.

— Суд обязан проверить ваши слова.

— Суд обязан успеть до королевского обеда.

— А обвинение обязано доказать вашу вину.

— Передай это обвинению.

— Передам.

В коридоре раздался грохот. Прибыл обвинитель Барсук Бронислав с огромным чемоданом. На крышке золотыми буквами было написано: «НЕОСПОРИМЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА».

Чемодан не проходил в дверь.

— Государственное имущество не обязано учитывать ширину частных дверей! — объявил Барсук.

После долгой борьбы он открыл чемодан в коридоре и стал передавать бумаги внутрь.

— Протокол осмотра! Схема следов! Показания Зайца! Заключение о шерсти! Перечень старых сказок!

— Сказки — доказательства? — спросила Лада.

— Характеристика личности.

— Здесь волк проглотил солнце.

— Крайне тревожная характеристика.

— В той сказке он размером с гору.

— Тем более.

Барсук заметил глину.

— Что это?

— Вещественное сомнение.

— Такого вида доказательств нет.

— А такого вида вопросов?

Барсук нахмурился. Он не был злым. У него были аккуратные усы, чистый воротник и привычка складывать бумаги по размеру. Просто он не любил факты, которые нарушали порядок в папках.

— Дело очевидно. Волк был у места происшествия. Следы ведут к ограде. На нём кора. Свидетель слышал вой. Он признаёт, что сломал ворота.

— Но ворота — не лес.

— Ворота являются частью лесного имущества.

— Тогда тот, кто разбил чашку во дворце, разрушил дворец?

— Не передёргивай.

— Я разделяю.

Позже Лада изучила схему следов.

— А куда они шли до старого дуба?

— Там всё затоптано толпой, — сказал Хорёк.