Марк Олден – Гайджин (страница 8)
— Мне страшно, — сказала она ему. — И я чувствую себя виноватой. По идее, я должна была заботиться о ней. А теперь посмотри, куда она попала.
Саймон размышлял, мысленно обращаясь к Эрике: «Помочь ты ей не сможешь, скорее сама туда вместе с ней и вляпаешься».
Эрика полезла в сумочку за жевательной резинкой, ее новым средством успокаивать нервы после того, как Саймон убедил ее бросить курить.
— Я обещала родителям перед их смертью, что я буду заботиться о Молли. Она всегда попадала в истории. В конце концов я нашла, как я думала, довольно удобную форму наших с ней отношений. Я просто давала ей деньги в надежде, что она выберется сама. Моя жизнь проходила у карточного стола. В ней не оставалось места ни для кого, кто не был карточным игроком.
— Хватит заниматься самобичеванием. Ты старалась сделать как лучше. Не ты ли мне говорила, что у Молли всегда мозгов не хватало?
— Да, отец всегда говорил, что она может посадить яйца в землю, чтобы из них выросли цыплята. Смышленой мою сестрицу не назовешь. Но знаешь, что я тебе скажу? Ответь мне на один вопрос, черт возьми, кто эти сволочи, которые думают, что они могут спокойно обманом выманить женщину из страны, потом превратить ее в шлюху, и все только потому, что им этого захотелось?
Она уже почти не владела собой. Почти. Несколько секунд она казалась беззащитной и испуганной. Она посмотрела на сумочку, и Саймон понял, о чем она подумала: пистолет. Как и многие другие шулеры, она иногда носила с собой большие суммы денег и официально зарегистрированный «магнум 357». Дважды Эрика стреляла в людей, пытавшихся ограбить ее.
Саймон обнял ее и поцеловал в волосы.
— Достань мне небольшую, как на паспорт, фотографию Молли, если сможешь. Если нет, то тогда любую, которая у тебя есть. Мне она нужна как можно быстрее. Нам нужно сделать для нее паспорт. И еще: больше никаких писем и телеграмм. И держись подальше от работников консульства и агента, пославшего ее в Японию.
— Не понимаю.
— Если ты предупредишь Молли, что я еду, ты предупредишь и тех, кто за ней наблюдает. Нам нужно самое большее два дня, чтобы кое о чем позаботиться, а потом мы поедем к Полу.
— Полу Анами? Я думала, что ты всегда работаешь в одиночку.
— Так и есть. Как правило, я работаю без проколов, постараюсь так работать и впредь. Но Пол японец, и он знает о
Пол Анами сидел в своем офисе позади антикварного магазина и читал письма Молли к Эрике. Закончив чтение, он поднял с пола маленького спящего щенка и положил себе на колени. Несколько секунд он гладил головку животного. Сначала выращивание их было его хобби, но с течением времени это хобби превратилось в весьма доходный приработок. Сейчас в Гонолулу он стал лидером по их выращиванию и продавал щенков в среднем по две тысячи долларов за каждого.
Анами посмотрел на Эрику и Саймона, сидящих перед ним, и сказал:
— Белокурые волосы, круглые глаза, большая грудь — все это очень популярно у японских мужчин. Приехав на Гавайи, японцы сразу же стараются сделать три дела: пострелять, поиграть в какую-нибудь азартную игру и трахнуть блондинистую проститутку. Огнестрельное оружие запрещено в Японии, блондинки встречаются очень редко. Ну а азартные игры? Их полно во всем мире.
То, что они сделали с вашей сестрой — обычное явление. Эти богатые объявления в коммерческих газетах шоу-бизнеса постоянно твердят девушкам, что они могут сделать большие деньги и стать звездами мировой величины, начав работать в Японии. Эта якудза действует через своих не очень-то щепетильных агентов в Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Фениксе, Далласе и других городах. Трудно устоять перед такими заманчивыми обещаниями, когда ты молода, красива и связываешь свою судьбу с шоу-бизнесом. Обычно в эту ловушку попадаются те, кто не смог себя реализовать в Америке. Прошу извинить меня. Я не хочу обидеть вашу сестру, но таковы факты.
Пол продолжал поглаживать щенка. Этому полуяпонцу-полуамериканцу было за тридцать, небольшого роста, сухощавый, он все еще не утратил юношеской нежности своего лица, постоянно сохраняющего выражение какой-то торжественности. Только его быстрый взгляд выдавал тревогу. Саймон был одним из немногих, кто знал, что Анами, его близкий друг со школьной скамьи, был нервнобольным. Под внешней невозмутимостью этот торговец антиквариатом скрывал внутреннее беспокойство и напряженность.
Он был одет в бледно-зеленый халат, от которого исходил запах Пако Рабанна, на шее у него висел золотой мальтийский крест, на запястья были надеты тонкие желтовато-зеленые браслеты, усыпанные аметистами. Его быстрые глаза прятались за синими стеклами очков без ободков, а ногти были обкусаны до мяса.
Он сказал Эрике:
— Вы сказали, что японское консульство в Лос-Анджелесе ничего не предпринимает.
— Да, довольно вежливо они заметили, что правительство Японии не вмешивается в проблемы иностранных рабочих в их стране, и если у иностранца, работающего по найму, возникают какие-то трудности, то это его дело. Пять минут, отпущенные для моего приема, истекли, меня выставили за дверь и попросили больше не беспокоить.
— Японцы не уважают иностранных женщин, — сказал Анами. — Им доставляет удовольствие видеть их униженными. Грустно признать, но Япония — расистская страна. Хотя американское правительство не лучше, не так ли?
— Совершенно согласна. У меня есть кое-какие знакомые по игре в покер со связями, один из них познакомил меня с чиновником из Государственного департамента. А этот осел имел наглость заявить мне, что моя сестра не первая из подрастратившихся туристов, которые в надежде на бесплатный билет домой рассказывают плохо состряпанные байки.
Анами нагнулся и взял со стола верхнее письмо.
— Ах, Америка, ты прекрасна. Мой отец рассказывал, что в лагерях для интернированных некоторые полуяпонцы-полуамериканцы действительно пели эту песню. Ну и что вы теперь скажете о патриотизме? Судя по обратному адресу на этом письме, Молли находится где-то в районе Роппонжи.
Он посмотрел на Саймона.
— Твоя бывшая земля обетованная.
— Да, я два раза был в увольнительных в Токио, — сказал Саймон. — Роппонжи был довольно популярен у Джи Ай, потому что там всегда можно найти кого-нибудь, кто говорил бы по-английски. Клубы, дискотеки, пиццерии, секс-шоу. Фантастическое место. Молли говорила, что они, правда, могут перевести ее еще куда-нибудь.
— Этот ублюдок Паскаль, — сказала Эрика. — Он и его сучка Нора Барф, работающая вместе с ним.
— Барт, — поправил ее Саймон. — Нора Барт.
Эрика фыркнула.
— Она и Паскаль обещали Молли в Токио тысячу долларов в неделю. И обратный билет заранее. Но в день, когда Молли и две другие девушки должны были улетать из Лос-Анджелеса, Паскаль и мисс Барф объявились в аэропорту с билетами для каждой лишь в одну сторону. Привели девушкам какие-то нелепые оправдания, что-то насчет путаницы, и заверили их, что все уладится, как только они прилетят в Японию, Что касается меня, то я была бы очень рада, если бы слон подтерся этой мисс Барф.
Эрика холодно улыбнулась.
— В одном из писем Молли называет Паскаля «Диком». Если я когда-нибудь его встречу, то обещаю отрезать ему все, что у него торчит. И самыми ржавыми ножницами, которые только найду.
Анами открыл секретер, достал маленькую бутылочку с пилюлями, положил две из них в рот и запил их минеральной водой.
— Вы никогда не встречали Паскаля?
— Нет. Но у меня в Лос-Анджелесе есть подруга, которая собирает о нем сведения. Мэрилин, это моя подруга, сказала, что Паскаль и сам в шоу-бизнесе. Он певец.
— И...
— Мэрилин сказала, что Паскаль аферист. Года не проходит, чтобы какие-нибудь союзы и общества не предъявили ему претензий. Сексуальный шантаж, фальшивые чеки, завышенные комиссионные. Взимание платы за пробы и прослушивания, которые на самом деле бесплатны. Продажа объявлений в несуществующие коммерческие издания. Этот человек настолько алчен, что готов съесть шерсть собственной собаки.
— Как сообщила Мэрилин, — сказал Саймон, — Паскаль и Нора Барт вылетели в Токио позавчера. Его офис в Сансет-стрипе. У него работает только одна девушка секретарь, которая уходит из офиса в три тридцать ежедневно.
Анами посмотрел на щенка, который лизал свою лапу.
— Ну и что тебе даст взлом его офиса?
Саймон почесал висок указательным пальцем.
— Ты проницателен, приятель. Очень смышлен. Как нам известно, мистер Паскаль работает в шоу-бизнесе. Несостоявшийся певец. Что говорит о его огромном самолюбии. А это, в свою очередь, говорит о том, что у него наверняка есть свои собственные фотографии оптом и в розницу. Беглый просмотр его бумаг даст нам возможность выяснить, где они с Норой Барт остановились в Токио. Мой план таков: найти Паскаля и заставить его сказать, где находится Молли. После этого мы с Молли сматываемся оттуда к черту, и как можно быстрее.
Анами спустил щенка на пол, взял в руки папку с письменного стола и достал отпечатанный на двух страницах доклад.
— Хорошо, поговорим о якудзе. Это протокол последнего заседания Торговой палаты. Я член ее августовского состава, поэтому иногда задаюсь вопросом: почему?
Он передал доклад Саймону.
— Каждый год почти восемьсот японцев едут на Гавайи и на материк. Они тратят полтора миллиарда долларов. Это большие деньги. Это тоже не последняя причина, почему якудза обосновалась на островах и на материке. Они прокладывают свой путь в японский туристический бизнес здесь, в Сан-Франциско, Лос-Анджелесе и других американских городах. Все от туров по достопримечательным местам до японских берегов, от сувенирных магазинов до наших самых известных отелей в Вайкики. Все целиком и полностью, с потрохами и сувенирными рубашками принадлежит