Марк Максим – Шах и мат (страница 27)
– Надо телеграфировать Хорлэю!
– Гони машину на радиостанцию!
– Эй, Джим, мы поворачиваем на радио!
– Я хочу все-таки знать, кто мог сообщить…
– Молчи! Это очень странно. Надо расследовать…
Две радиограммы понеслись через океан.
Одна из них была отправлена одиннадцатью молодыми людьми во фраках, возвращавшимися с ночного кутежа. Она была адресована миллиардеру Хорлэю, в Европу, в Италию:
Другая радиограмма была отправлена с крыши небольшого дома в предместье Северного Нью-Йорка. Ее отправлял человек в синих очках с небольшого аппарата, напоминающего любительскую радиостанцию. Антенна была прикреплена к трубе на крыше восьмиэтажного дома и постороннему взгляду напоминала обыкновенный флагшток. Эта радиограмма также помчалась на электрической волне в Европу:
Обе радиограммы читались почти одновременно адресатами.
Одну из них прочел на третьем этаже отеля «Регина» Акула Хорлэй. Он испустил невнятное проклятие и до утра просидел в кресле, куря трубку за трубкой и думая о чем-то.
Другая радиограмма была принята во дворе отеля, в помещении гаража радиостанцией странного вида, спрятанной в автомобиле «роллс-ройс» № 24568, под шум автомобильного мотора.
Принявший ее шофер со стальными синими глазами сказал своему помощнику:
– Ребята действуют! «Они» чуть-чуть не вывели в тираж Сэма Перкинса. Ребята вывезли!
Помощник качнул головой.
– Кроме того, Текстона убрали во время перестрелки.
– А!..
Молчаливый помощник больше ничего не сказал. Он остановил мотор и сказал:
– Утром мы повезем эту Аду Спирелли по делам Хорлэя. Надо действовать.
– Ладно, – сказал шофер, закрывая трубку. – Ты уходишь?
– Да, – ответил помощник. – Хочу посмотреть на Хорлэя.
– Лучше послать ему…
Шофер кивнул на автомобиль.
Помощник согласился:
– Ладно, – сказал он.
Мотор затрещал. Шофер наклонился над ним. Наверху, на третьем этаже отеля в апартаментах миллиардера Хорлэя, зазвонил телефон.
Неспавший Хорлэй подошел к аппарату.
– Алло, – сказал он.
Из трубки слышался четкий голос:
– Алло! Кто говорит?
– Хорлэй.
– Слушай, Акула. Этот говорим мы, те, кто знает все, что ты задумал.
Хорлэй побледнел.
Трубка внятно сказала:
– Два часа назад твои сообщники в Нью-Йорке хотели убить металлиста Перкинса. Вместо этого убит твой сообщник Текстон. Мы все знаем. Пощады не будет, Хорлэй! Помни!
Трубка затрещала.
Заскрежетав зубами, Хорлэй повалился на диван. Через минуту он вскочил в бешенстве:
– Я их поймаю, они где-то здесь, поблизости.
На его звонок явился секретарь.
– Немедленно пригласить инженера-специалиста по телефонии, – приказал Хорлэй.
– Но… сэр.
– Сколько бы это ни стоило. Возьмите автомобиль. Немедленно.
Через минуту автомобиль «роллс-ройс» № 24569 мчался по сонным улицам Генуи. Уже брезжила заря, когда он мчался обратно, с инженером-итальянцем.
Инженер осмотрел аппарат и проводку.
– Откуда могли говорить? – отрывисто спросил Хорлэй.
Инженер пожал плечами.
– Только со станции, сэр, – сказал он, – Больше неоткуда.
– Но станция не вызывала отель «Регина».
– Вы справлялись?
– Конечно, – с нетерпением ответил Хорлэй.
Сонный секретарь с изумлением смотрел на Акулу Хорлэя: в таком бешенстве он его еще ни разу не видел.
Инженер получил чек и ушел.
– Можете идти, – приказал секретарю Хорлэй.
Как только дверь за ним закрылась, раздался звонок телефона, и Хорлэй опять услышал четкий голос, который его бросил в дрожь:
– Не поможет, Акула. Не помогут ни инженеры, ни секретари, ни синьора Спирелли, мы знаем. Мы знаем все, Хорлэй.
Рука миллиардера, державшая телефонную трубку, задрожала впервые в жизни.
Голос продолжал:
– Тебе не скрыться от нас. Помни. Ты объявил нам войну, и мы будем сражаться. Капиталист Хорлэй, именуемый Акулой во всем мире, даже на бирже Бродвея, помни!
Снова трубка упала из ослабевших рук мистера Хорлэя. И снова вызванный секретарь стоял перед Акулой, проклиная капризы хозяина: ему хотелось спать.
– Записывайте, – коротко сказал Хорлэй.
Маленькая пишущая машинка затрещала под руками секретаря.
Хорлэй сказал отрывисто изумленному секретарю:
– Опубликовать по всех американских и европейских газетах завтра же утром. Идите.