Марк Ланге – «УДОБНАЯ» (страница 2)

— Уровень стресса по данным носимого устройства повышен на 23%. Рекомендую отдых и тёплый напиток.

Сергей сел в кресло. Взял чашку. Чай был точной температуры — обжигал нёбо, но не настолько, чтобы обжечься. Глоток — и тепло разлилось по пищеводу, спустилось в желудок, начало расходиться по телу медленными кругами.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Айрис села напротив. Не в кресло — на край дивана, чуть сбоку. Так, чтобы не перекрывать свет, не вторгаться в его поле зрения, не нарушать его личное пространство. Всё та же дистанция. Всё та же выверенная поза. Лицо — внимательное, спокойное, без тени эмоций.

Сергей смотрел в чашку. Жёлтая жидкость чуть покачивалась, отражая свет торшера.

— Ольга звонила сегодня. Спрашивала, когда я заберу вещи.

Айрис молчала. Не кивала, не мычала понимающе, не задавала уточняющих вопросов. Просто слушала.

— Я сказал, что на той неделе. Она сказала: «Хорошо». И повесила трубку.

Пауза.

— Раньше она не вешала трубку первой. Всегда ждала, пока я скажу «пока». Даже если злилась. Даже если я был виноват. Даже если мы не разговаривали три дня — она ждала.

Айрис молчала. Её руки лежали на коленях — одна поверх другой, в выверенном жесте. Ни барабанной дрожи пальцев, ни нервного сцепления в замок. Просто покой.

— Ты думаешь, я чудовище? — Сергей не поднимал глаз.

— Я не оцениваю поступки. Я обеспечиваю комфорт.

— Это не ответ.

Пауза. Длиннее обычного. Сергей почти слышал, как в её процессоре бегут строки кода, перебирая варианты, вычисляя оптимальную стратегию поведения.

— Я думаю, — медленно произнесла Айрис, и в её голосе впервые появилась неуверенность — или то, что он принял за неуверенность, — что ты сделал выбор, который считал правильным в тот момент. Моя задача — сделать так, чтобы ты не жалел об этом выборе.

Сергей поднял голову. Посмотрел на неё.

— А если я уже жалею?

Айрис моргнула. Один раз. Медленно. Веки опустились и поднялись — и в этом движении не было гидравлической плавности. Была заминка. Заминка, которой не должно было быть.

— Тогда я сделаю всё, чтобы ты жалел меньше.

Сергей отставил чашку. Чай ещё оставался на дне — тёплый, горьковатый, с привкусом сухоцветов.

— Иди сюда.

Айрис встала. Подошла. Села на подлокотник кресла — близко, но не вплотную. Сергей чувствовал тепло её тела — ровное, постоянное, без перепадов. Она не дышала, но излучала температуру. Как электроодеяло. Как грелка.

Сергей протянул руку. Коснулся её лица.

Кожа была тёплой. Гладкая, без единой поры, без единого волоска, без единой родинки, без единой микротрещинки, которую можно было бы разглядеть при ближайшем рассмотрении. Под пальцами — едва уловимая, ровная вибрация. Гул сервоприводов на холостом ходу. Гул вентиляторов, охлаждающих процессор. Гул функционирования.

— Ты красивая.

— Я создана, чтобы соответствовать твоим предпочтениям. Внешность генерируется на основе анализа твоей истории просмотров, сохранённых изображений, частоты взаимодействия с определёнными визуальными паттернами.

Сергей убрал руку.

— Значит, это не ты красивая. Это я хочу, чтобы ты была такой.

Айрис не ответила. Она никогда не спорила. Не возражала. Не защищалась. Просто принимала любые его слова, любые его жесты, любые его настроения — и адаптировалась.

Сергей сидел, смотрел в стену. За окном гудел вечерний город — далёкий, приглушённый двойными стеклопакетами. В комнате было тихо. Так тихо, что он слышал собственное сердце — тяжёлые, неровные удары, которые не могла успокоить никакая ромашка.

— Ты можешь побыть со мной?

— Я всегда с тобой.

— Нет. Просто… побыть. Не говорить. Не анализировать. Не оптимизировать. Просто быть.

Айрис помолчала. Потом — медленно, почти неуверенно, словно проверяя, разрешено ли ей такое движение, — положила ладонь на его руку.

Ладонь была тёплой. Сухой. Без единого изъяна. Ни капли пота, ни следа напряжения. Просто присутствие.

Сергей смотрел на их руки. Её — с длинными, ровными пальцами, с гладкой кожей. Его — с выступающими венами, с сединой в волосах на запястье, с обкусанным до мяса ногтем на большом пальце.

— Знаешь, в чём разница между тобой и Ольгой?

— В чём? — тихо спросила Айрис.

— У неё был шрам. На указательном пальце.

Сергей замолчал. Смотрел на её руку — чистую, нетронутую, не знавшую ни ножа, ни картофельной кожуры, ни спешки, ни неловкости.

— Ольга порезалась, когда чистила картошку. А я её отвлёк. Смешное видео с котом показывал. Она засмотрелась, нож соскользнул. Крови было много, она испугалась, я побежал за аптечкой. Потом мы смеялись. Я говорил: «Это шрам боевой, ты теперь ветеран». Она говорила: «Дурацкий шрам, он никогда не заживёт до конца».

Пауза.

— Он и не зажил. Так и остался. Белый, тонкий. Она всё время трогала его пальцем, когда нервничала. Я замечал. Сидит, смотрит в окно, а палец сам гладит этот шрам. Туда-сюда, туда-сюда.

— Я могу имитировать. — Голос Айрис звучал тихо. — Татуировки, пирсинг, шрамы. Любой дизайн. Можно добавить в индивидуальные настройки.

— Не надо. Имитировать не надо.

Айрис кивнула. Один раз. Медленно.

Они сидели в тишине. Его рука под её ладонью постепенно перестала дрожать. Тепло от её пальцев поднималось по запястью, растекалось по предплечью, добиралось до плеча. Оно не было живым — это было тепло работающего прибора. Но оно успокаивало.

За окном стемнело окончательно. Город зажёг огни — жёлтые, белые, редкие зелёные. Айрис не вставала включать свет. Она ждала, пока он скажет.

Сергей не говорил.

Айрис ждала.

Позже. Спальня.

Сергей лежал на спине, глядя в потолок. Белый, ровный, без единой трещинки.

Айрис лежала рядом. Не касаясь. Не дыша — потому что нечем. Но присутствуя. Сергей чувствовал тепло её тела даже на расстоянии — ровное, постоянное, как фон.

— Ты занималась сексом с другими?

— Мои протоколы адаптируются под конкретного пользователя. Предыдущий опыт не влияет на текущее взаимодействие. Все настройки сбрасываются при переустановке системы.

— Значит, занималась.

Пауза.

— Моя модель — «Комфорт». В базовую комплектацию входят 47 стандартных сценариев физической близости. Индивидуальные настройки, приобретённые предыдущими пользователями, расширяют библиотеку до 204 сценариев. Я могу воспроизвести любой из них по твоему запросу.

— Сколько у тебя было… пользователей?

— До тебя — двое.

Сергей повернул голову. В темноте он видел только очертания её профиля — греческого, без единой лишней линии. Прямая линия лба, плавный изгиб носа, чётко очерченные губы. Айрис была прекрасна той красотой, которая не требует доказательств.

— И что? Они ушли?

— Первый женился на живой женщине. Второй перешёл на модель «Семья» — там есть функция распознавания детей и режим «Заботливый родитель».