Марк Кузьмин – В тени дракона: Погружаясь во тьму (страница 104)
Когда пришло время, директор встал перед Кубком Огня и начал проводить свои манипуляции с ним. Гарри не особо следил, да ему и неинтересно было. Выбрали кого-то с Шармбаттона, кого-то с Дурмстранга, а от Хогвартса взяли Седрика Диггори. Гарри даже из вежливости похлопал, но ему хотелось поскорее поесть, а потом уйти к себе. У него свои планы были.
Но затем, к удивлению всех, Кубок Огня вновь загорелся и выплюнул еще одну бумажку.
- Генриетта Поттер, - с шоком в голосе произнес профессор Дамблдор.
Гарри посмотрел на Генни, что даже дышать перестала и выглядела дико растерянной. Она нехотя все же встала и подошла к директору, который тут же ушел с ней к другим выбранным участникам вместе с учителями, оставив учеников одних.
- Какого хрена?! – возмутился кто-то. – Значит, нам нельзя по возрасту, а ей можно?
- Да они всегда выделяют Поттер как какую-то особенную.
- А как она это сделала?
- У нее крестный был тем еще шутником в прошлом, наверняка подсказал, как это сделать.
- Не говори ерунды. Она же любимица директора, он ей просто разрешил.
- Тварь!
- Ладно бы просто подкинула свое имя, но даже не от Хогвартса, а типа от отдельной школы? Она совсем берега потеряла?
- Мошенница! Опять она выпендривается и отнимает чужую славу!
- Скорее, и Того-Кого-Нельзя-Называть победила не она, но славу себе взяла.
Гарри слушал все это и просто не мог поверить этому.
Он будто в какую-то иную реальность попал, ему казалось, что уши его не слушаются. Он слышит, как все ее друзья, как факультет и вся школа открыто поливают его сестру грязью, обвиняя в мошенничестве. Он с шоком смотрел на всех вокруг и просто не понимал, что происходит.
Вскоре учителя и участники вернулись, и директор объявил, что из-за ошибки Генни теперь будет четвертым участником, что окончательно разозлило всех. Поднялась волна негодования, но директор подавил восстание и сказал, чтобы не шумели. Ужин в такой обстановке прошел весьма тихо, и на Поттер были обращены все гневные взгляды.
Когда «праздник» закончился, ученики разбежались по гостиным. Гарри немного замешкался и пришел последним.
- Это неправда! Я никогда бы так не поступила! – говорила Генни.
- Хватит врать! Я думал мы друзья, Генни! – кричал на нее Уизли. – Я тоже хотел на этот турнир! Если у тебя были какие-то причины не пускать меня помогать, так бы и сказала, но так втихую… Даже ничего мне не сказав… Как ты могла?
- Это не так!
- Так! Ты всегда была такой! Самовлюбленная эгоистка!
Весь факультет осуждал Генриетту и поливал ее отборной грязью, а та лишь растерянно стояла и смотрела на все это. Вскоре она не выдержала и убежала из гостиной.
Гарри же посмотрел на остальной факультет, что внезапно просто превратился в толпу уродов, которые легко поверили в подобную чушь и накинулись на его сестру. Его неприязнь к этим придуркам теперь переросла в открытую ненависть и отвращение.
Он не стал тут задерживаться и поспешил на поиски сестры. Найти ее удалось не сразу. Она нашлась в астрономической башне.
- Кхы-ы-ы… - послышался плач. – Уа-ах! Кха-ха! «Шмыг». Как они могли…? Почему? Почему? Я ни в чем не виновата…
- Генни, - он подошел к плачущей сестре. Он никогда не видел ее такой. Она никогда на его глазах не плакала и не выглядела такой брошенной и одинокой.
- Не подходи! Убирайся! – зарычала она. – Оставь меня одну!
- Нет! – решительно сказал он. – Я не оставлю тебя!
- Уйди-и-и-и-и… - вновь завыла она.
- Я верю тебе! – прямо заявил Гарри.
Генни вздрогнула и медленно подняла голову, показав заплаканное лицо.
- Сестренка, - он улыбнулся и присел перед ней. – Я же знаю тебя. Ты никогда бы так не поступила. Ты хорошая и добрая. Тебе никогда не нравилась твоя слава, и ты никогда бы не подписалась на подобный бред. Я отлично знаю тебя.
Она замерла и, не отрываясь, смотрела на него, а он продолжал тепло улыбаться ей. Он понимал, что сейчас ей нужна поддержка и забота, и он, как ее брат, будет ее оберегать и утешит.
Гарри протянул руку и коснулся ее.
Он так долго мечтать прикоснуться к ней и не быть отвергнутым, но сдержал свои чувства.
Он держит её маленькую теплую ладошку.
- Ты… правда веришь мне?
- Разумеется, сестра, - говорит он ей. – Я же твой брат! Я всегда буду на твоей стороне!
- Спасибо… - слезы счастья потекли по красным щекам. - Спасибо… спасибо… спасибо…
Он присел рядом с ней и обнял ее…
***
- Да, я помню тот момент, - хмыкнула Панси, выслушав часть рассказа. Она ведь была там и видела, хотя ее саму мало волновало подобное. Тогда была лишь глупая курица Жалкая Панси, и она только и делала, что ворковала вокруг Драко и ни на что внимание не обращала. – Я слышала, что ваш факультет был груб с ней, но, чтобы настолько…
- Я сам не ожидал подобного, - покачал головой Гарри. – Это было так неожиданно и странно, что я просто не мог поверить, что это действительно было.
- Да, у вас там и правда одни уроды.
- Я тоже так думал раньше…
- М? Раньше? После ссоры ты поменял свое мнение?
- Нет. Просто сейчас, размышляя над этой ситуацией, я начинаю понимать, что подобное отношение к ней появилось не без причины.
Он сделал небольшую паузу и попытался подвигать отбитыми пальцами.
- Генни действительно боролась с Волдемортом на первом курсе и пыталась защитить Философский камень. Она правда убила василиска Мечом Гриффиндора на втором курсе. На третьем на нее и правда напали дементоры, и она отогнала их патронусом, - сказал Гарри. – Вот только этого почти никто не видел. Я был в Тайной Комнате, а с дементорами лишь издалека смотрел, как она отгоняла эту обезумевшую толпу призраков. Ее друзья были с ней не всегда и тоже всего не знали, а потому слухи о ее подвигах многими воспринимались как просто выдумки. Мало кто из старших курсов мог поверить, что какой-то ребенок может сделать то, чего не могут они. Вот многие и считали, что это просто предлог, чтобы директор накидывал своему любимому Гриффиндору дополнительные очки для победы в конце года. Плюс сама Генни порой вела себя довольно дерзко, а потому недоверие, обида и зависть к ней копились эти годы, и все вырвалось… Да, они потом сожалели, искренне сожалели о сказанном, поняв и увидев, как все опасно и как она рискует, они действительно осознали, что были неправы, но…
- Понимаю, - кивнула слизеринка. – А друзья ее чего так поступили тогда?
- Гермиона в прошлой школе была изгоем. Да и в начале первого курса тоже очень одинока. Она испугалась и побоялась встать на сторону Генни, как тот же Невилл. Но когда увидела меня вместе с Генни и когда я публично заступился за сестру, то также поддержала ее и мы стали вместе.
- А Уизли?
- Он – живой комок комплексов, – Гарри пожал плечами. – Старшие братья успешны в жизни, младшая сестра – любима родителями, а у него… У него есть только Генни. Ну, то есть сейчас у него вроде есть еще и Лаванда, но тогда… Тогда ему показалось, что та перестала доверять ему, не взяла в «приключение», и для него это был удар. Как этакое предательство.
- Звучит так, будто ты его оправдываешь?
- Скорее, ментально препарирую, - фыркнул Эванс. – Приобрел такую привычку. После моего недавнего разговора с Невиллом я стал много размышлять о причинах и следствиях... Уизли может казаться «хорошим парнем», но стоит хоть слегка задеть его тщательно лелеемые комплексы – и из него лезет внутренний мудак. Даже не знаю, есть ли у него внутри что-то, кроме «мудака», я-то только с ним дело и имею…
- Ну и что было дальше?
- А дальше было самое лучшее время, - он тепло улыбнулся. – И небольшие проблемы.
- Это какие?
- Ну-у-у-у…
Глава 66. Четвертый курс. Часть 2. Счастливые дни.
- На! Получай! Еще! – с криком бил Джастин Финч-Флетчли.
Гарри заскрежетал зубами, но не пискнул и удержался на ногах. Пусть его не первый раз избивают, но приятного все равно мало. Если бы его еще не держало двое человек, то было бы легче. Он бы, по крайней мере, сумел сбежать, но, когда тебя зажало трое человек, уйти уже не получится, потому все, что мог сейчас сделать Гарри - это терпеть и не прогибаться.