Марк Кузьмин – Дикая Стая (страница 72)

Заметив наш приход, Эспи отложила книжку и поднялась.

- Хебико! - закричала она и бросилась к Змейке.

Та даже сообразить не успела, как была сграбастана в медвежьи объятья.

- Кха, - захрипела моя девушка, пытаясь научиться дышать, попав в руки очень счастливой пустой.

- Как же я скучала!

- Пфа! Анзу... воздух... - прошептала она.

- Ой, прости, - тут же отпустила ее Эспи.

- Анзу?! - офигел Хиро.

Да, ему же мы не рассказали про Эсперансу. Это Хебико я успел поведать о том, что с нашей подругой случилось, ну и Йоко, а вот ему как-то забыл.

- Хиро! - улыбнулась она. - Давно не виделись!

Парень тоже был обнят, затем закручен вокруг нее и пару раз подкинут в воздух.

Моя девушка теперь со мной, мой друг выбрался из тюрьмы и свободен, а я вот вернулся сюда, в это ужасное и прекрасное место.

Жизнь действительно забавная штука...

***

- Айзен-сама, мне кажется, не стоит принимать их в наши ряды, - говорил Канамэ. - Они могут быть шпионами Готея, подосланными им. Слишком опасно позволять им свободно разгуливать по Лас Ночес.

- Канамэ, не нужно так волноваться, - лишь улыбнулся Айзен. - Если бы они хоть как-то угрожали моим планам, они бы никогда порога Лас Ночес не переступили.

- Но они бесполезны нам!

- Хо, бесполезны? - прозвучал голос Гина, который просто сочился неприкрытой издевкой. - Канамэ-кун, как обычно, не разбирается в кадрах. Не удивительно, что всем в отряде заведовал твой лейтенант.

- Гин! - зашипел Тоусен.

- Ооно Хиро один из лучших ученых НИИ Готея, он подавал большие надежды, и если бы не тюрьма, то сейчас был бы одним из ведущих ученых Двенадцатого отряда, - пояснил Соске. - Одно то, что Куроцучи вступился за него и не дал убить, уже говорит о многом. А Куроки Хебико является одной из учениц Уноханы и первоклассным медиком. И такой человек нам действительно будет полезен.

Почему-то у Айзена появилась в голове мысль, что она будет полезна даже раньше, чем ему кажется. Похоже, внесение пустоты в тело Канаме повлияло на его характер, сделав его куда менее сдержанным.

- 'Стоит позже осмотреть его и поправить недочеты. Это может навредить его здоровью'.

- У нас уже есть ученый, это Заэль, зачем нам еще один?

- Ученый или просто лаборант, занимающий казенное имущество? - продолжил смеяться Ичимару. - Что-то я не помню, чтобы Заэль-кун особо пользу всей Эспаде приносил. Он разве что расчетами капитана Айзена занимается. А так, по сути, абсолютно бесполезен и лишь зря тратит деньги.

- Деньги несущественны для высшей цели!

- Именно поэтому заведовать финансами поставили меня, а не тебя. А без денег ни одна организация долго не живет.

- Гр-р-р-р-р...

- Все, достаточно, - Айзен повысил голос, прекращая конфликт. Порой он жалел, что доступ в его кабинет открыт для этих двоих. По одиночке они вполне терпимы, но вместе уже даже нерушимую крепость самообладания и выдержки Айзена начали разрушать. - Гин, обеспечь новую лабораторию всем необходимым. Также пусть сами набирают персонал к себе, остальное на тебе.

- Будет сделано, капитан Айзен, - кивнул Гин.

- Канамэ, если тебя это успокоит, то можешь следить за ними, но не вмешивайся без моего разрешения.

- Да, Айзен-сама, - чернокожий капитан поклонился.

А затем оба его помощника покинули кабинет, подарив ему столь желанную тишину...

Глава 46. Змейка среди монстров.

- У-а-а-а-а-а... - зевнула она и потянулась.

Стало немного холодно, а потому она сильнее прижалась к теплому боку своего любимого и, устроившись у него на плече, улыбнулась и продолжила дремать.

Вот только сон постепенно уходил от нее.

Привыкшая вставать рано, Хебико не могла долго валяться в постели, и постепенно разум ее прояснялся. Да и за двадцать пять лет она как-то отвыкла спать с кем-то. Те пару дней с Карасом в Сейретее не считаются, там они толком расслабиться не могли. А сейчас уже который день они спали исключительно вместе. Она настояла на этом, не желая оставлять своего любимого, да и сама, пусть и пыталась выглядеть уверенной и смелой, все же немного боялась окружения.

Вновь чувство полной безопасности. Вновь ощущение того, что весь мир лишь пустой пшик, когда она в его объятьях. Это то, чего она была так долго лишена: чувство полной защищенности и того, что ее безмерно любят.

- Эх, - грустно вздохнула она.

Мысли о любимом постепенно перешли на ее подругу.

Шаолинь точно уже узнала о том, что сделала Хебико. Это наверняка сильно ударит по ней и расстроит, но сама Котонэ просто не могла поступить иначе. Может это эгоистично и подло, но двадцать пять лет одиночества, слез и траура... Она так сильно устала от этого, что просто не могла иначе.

- 'Двадцать пять лет... это так долго...' - прикусила она губу.

Столько одиноких, холодных ночей в пустой постели, столько пролитых горьких слез, что давно пропитали подушку и простыни. Она зарывалась в работу и свои шутки, работала, пока оставались силы, чтобы приходя к себе просто отрубаться и не видеть снов.

Ей приходилось быть сильной, быть волевой и смелой, быть такой, чтобы ее подчиненные не волновались и верили в себя. Чтобы внушать спокойствие Пчелке и не дать той расклеиться.

Она просто не могла позволить себе быть слабой, быть грустной или унывать, все ради других и ради того, чтобы не впасть в отчаяние. Вера в то, что он вернется,... была глупой, наивной и откровенным бредом, в который она лишь на словах верила. Это был ее спасительный якорь от безумия, от депрессии и самоубийства.... Ведь кроме как ради него, ей в целом незачем было жить.

Хебико вообще жива лишь благодаря тому, что Карас спас ее в тот ужасный день в Мире Живых. Если бы не он, она бы погибла тогда, как и многие другие.

- 'Интересно, а как бы изменился мир без меня? - спросила она себя. - Вряд ли что-то серьезное... А вот без него точно многое бы было другим...'

Если задуматься, то да, все, скорее всего, пошло бы по другому сценарию.

У Сой Фон никогда не было бы ученика, что стал бы ее лучиком света и сумел бы растопить то ледяное сердце. Она бы была такой же мрачной, и серьезной, и одержимой своей 'госпожой Йоруичи'.

А остальные...

Ран, скорее всего, так и не пережила той охоты пустых, Такеру никогда бы не родился, а Хиро или погиб давно, или остался бы в тюрьме навсегда... Про остальных и говорить нечего. Хисана-сан тоже бы, наверное, не выжила и малышка Мирай никогда не родилась, а капитан Бьякуя совсем бы очерствел.

Девушка поежилась и сильнее прижалась к теплому телу любимого.

Эй, стало даже немного страшно.

Ее посетила жуткая мысль, что все это безумный сон.

Что она вот-вот проснется одна у себя в комнате, и окажется, что Карас не вернулся, что все это ее сумасшедшая мечта и что она окончательно рехнулась от одиночества. Или еще хуже, что его никогда не существовало, а она так и осталась никому не нужной уродкой, чья судьба будет столь же жалкой, как и ее наивные мечты.

- Ты дрожишь... - прозвучал его голос.

Она вздрогнула слегка.

Его голос вновь, каким был когда-то. Приятный, теплый, в нем ощущается сила и направленная на нее нежность. Для постороннего его голос более холодный, но для нее он всегда такой.

Когда она вновь увидела его в квартире Такеру, то чуть не бросилась к нему на шею прямо там. Так сильно она скучала, но все же решила сдержать свои чувства и не показывать слабость перед окружающими.

Да, глупо, особенно перед Хиро и Такой, которым, по сути, плевать на все, но все же.

Он вернулся иным.

Больше не было белой, как снег, кожи, черной склеры в глазах и мрачного мерцания сапфировой радужки. Из его голоса пропали металлические нотки, а сам он стал гораздо теплее, чем раньше.

Она подняла голову и посмотрела на него.