Марк Кипр – Смертельная любовь (страница 2)
Спортивным телом мужчина никогда не обладал, да и не хотел обладать – внешность его вполне устраивала. Бегал скорее для здоровья. Еще нравился маршрут, выбранный им в начале октября. Сначала он огибал маленькое озеро, затем шел вдоль забора детского сада, а серединой маршрута был памятник поэту золотого века. Разворачивался вокруг памятника и бежал обратно.
Пробегая мимо коттеджа одного из местных предпринимателей, он заприметил видеонаблюдение за улицей перед домом. Раньше камер не было. Неужели Антонов боится проникновения в дом? Кому и нужны камеры, так это Лидии: некто из местных ребят зачем-то зачастил в ее зимний сад. Нужно предложить Лиде установить одну камеру, чтобы увидеть лицо мальчугана. Да и безопасность никогда не помешает.
Вернувшись домой, Константин принял душ и заказал быструю доставку еды. Готовить он не любил, а нанимать домработницу не позволяла совесть. Да, обслуживать нанимателя являлось ее обязанностью, за что она получает деньги, но все это дело напоминает крепостное право. Например, он не в силах просто сидеть с красным чаем в руках, когда поблизости кипит работа. Именно поэтому иногда дома было не убрано. Конечно, в конце недели он все же наводит относительный порядок, тем не менее в остальные дни ему попросту некогда наводить чистоту. Впрочем, двухкомнатная квартира была отнюдь не загрязненная. Ведь, как всем с детства известно, чисто не там, где убирают, а там, где не сорят.
После завтрака мужчина решил навестить Лиду, но не стал сообщать о своем визите заранее, поскольку посчитал, что сестра должна быть дома. Из ателье ей пришлось уволиться четыре года назад и шить на заказ эксклюзивные платья на дому, для чего на прошлый день рождения им была вручена ей новейшая швейная машинка. В знак благодарности Лидия сшила ему зимнюю шапку с его инициалами
Традиция обмениваться подарками длилась уже двадцать восемь лет; все началось с того, что маленький Костя слепил Лиде из пластилина слоненка, а та в знак благодарности нарисовала брата. Портрет получился кривым, но мальчик повесил рисунок возле кровати и целый год не снимал, пока родители не затеяли ремонт.
Когда Костя подходил к дому Лидии, то заметил, что женщина беседует с престарелой соседкой, лицо которой не выражало почти никаких эмоций. Он видел ее очень редко, и практически всегда женщина оставляла у него смешанные чувства, распознать которые не получалось. Соседка же ничем особым не выделялась, кроме мозолей на тоненьких руках. На вопрос Лидии, откуда мозоли, соседка все списывала на работу в огороде.
Константин не услышал их разговора, так как они уже прощались; женщина лишь сделала приветственный кивок и ушла.
– Сегодня ты рано, – заметила Лида, почесывая горбинку на носу. – Не спалось?
Осматривая заснеженную дорогу, он ответил:
– Спал отлично, даже что-то снилось. Девочки в садике?
– Да. Почему-то сегодня Катя по пути в сад хныкала, хотя раньше с удовольствием ходила туда.
– Она вроде говорила, что ее обижает некий мальчик в группе…
– Так, а почему я об этом ничего не знаю? Дядя в курсе, а родная мама – нет. Я начинаю ревновать, – шуткой сказала она. – Что еще от меня скрываете?
– Если не учитывать мужа Люды из параллельной группы и спрятанные под кроватями конфеты, ничего!
– Боже, как же ты такое позволил! Ты ломаешь маленькой девочке жизнь! Зубы от конфет выпадут – и избранник уйдет к другой, с красивой улыбкой!
Они вместе усмехнулись, а он припомнил:
– Помнишь, как ты в четвертом классе ревела по поводу неразделенной любви к Варгену?
Она прикрыла глаза и протянула:
– О-о-о! Такое, Костик, не забывается… Три ночи не спала, мама даже хотела показать меня врачу. Кстати, не в курсе, где он сейчас?
– Кажется, открыл автосалон на окраине города. Так что зря ты потом, через лет пять, когда он созрел, не пошла с ним на свидание. Глядишь, сейчас купалась бы в роскоши где-нибудь на Бали!
Лидия презрительно фыркнула:
– Мне неинтересны мужчины с меховой грудью.
Ее брат пожал плечами:
– У кого нет недостатков! Приручишь – и побреешь…
С улыбкой она толкнула брата локтем в живот.
– Лучше следи за своей личной жизнью. Ты, вообще, когда намерен жениться?
Бросая лопатой снег в сторону, Константин переспросил:
– А мой первый брак, получается, ничему тебя не научил, верно?
– Разве твой опыт с Настей печальный? Я так не думаю. Вы просто-напросто не сошлись с ней характерами. Ведь до сих пор общаетесь и, насколько мне известно, в хороших отношениях.
Мысленно он с этим согласился. До сих пор ее дети считают его своим отцом, хотя в курсе, что это не так. После развода Анастасия с Константином почти не ссорились, даже был прощальный секс. Хочет ли он новых отношений? Честно говоря, об этом он не задумывался. Разумеется, в планах есть создание семьи, но сейчас на первом месте работа. Слишком много сил было вложено в Дом культуры, в последние годы он практически лишь этим и жил.
– Ты права. Только когда мне думать о личной жизни? Сама постоянно жалуешься, что мне даже кран посмотреть некогда…
Моментально сориентировавшись, она проговорила:
– Спасибо, что напомнил… Сейчас и посмотришь. А по поводу личной жизни – на это можно всегда найти время, поверь мне. Тем более, детей у тебя нет, хотя и они не помеха. После института я пару лет жила в коммунальной квартире и там познакомилась с соседкой, та с полуторагодовалым ребенком умудрялась заводить знакомства с мужчинами. Каждый день с разными!
– Дурное дело нехитрое. Вот именно, что не намерен брать в жены первую встречную.
– А никто тебе не предлагает жениться без разбора. Но и медлить тоже не стоит…
В глазах брата она прочла немой вопрос и незамедлительно ответила на него:
– Ты хочешь детей? Хочешь. А у всех женщин есть биологические часы, и они постоянно тикают. Тебе уже тридцать семь лет, ты предпочитаешь женщин своего возраста… Дальше размышляй сам. Нет, я, конечно, не хочу на тебя давить, но, как я считаю, тебе пора подумать о семье.
– У тебя железобетонные доводы, – не мог не признать он. – Только нет подходящей женщины, а перспектива второго развода как-то непривлекательна. – Константин перевел взгляд на дом и сменил тему. – К тебе в сад больше не залезают?
– Честно говоря, достали… Уже трижды за пару недель. И вроде ничего не пропадает. Зачем им это надо, ума не приложу…
– Давай установим камеры и посмотрим на нарушителей, – предложил он. – Ведь вламываться в чужую собственность незаконно…
– Хотелось бы, но у меня траты на декабрь рассчитаны – скоро же новогодние праздники. Скорее всего, в следующем году и установлю.
– За это можешь не волноваться – все оплачу.
Слегка удивившись щедрости брата, Лидия прокомментировала:
– Порой ты такой хороший, что боюсь сглазить!
– А ты меньше верь в суеверия!
Сегодняшний день.
Встал он поздно, разбитый и сонный. Стоило ему одеться, как вчерашняя депрессия нахлынула с большей силой. Их больше нет. Он убил свою семью. И ему придется с этим жить. Жить в теле убийцы. Ежедневно совершать привычные действия руками, которые душили невинных детей… Кто он после этого? Он боялся смотреть на роды, а воссоздать смерть храбрости хватило!
В ванной комнате Константин долго смотрел себе в глаза через отражение в зеркале. Всегда было любопытно увидеть глаза убийцы – что ж, смотри, любуйся сколько влезет! В данный момент он не чувствовал ничего, кроме презрения к себе. «Они мертвы, – прошептал внутренний голос. – Вместо новогодних праздников их ждет холодная земля. Хороший подарок от дорогого брата и любимого дядюшки, не правда ли?». Под потоком оглушающих мыслей реальность казалось мутной, словно ему вкололи транквилизатор.
Взгляд остановился на старом лезвии для бритья. Один надрез на шее – и все пройдет. Уйдет боль утраты с невыносимым чувством вины… Рука взяла лезвие и поднесла к кадыку. Один надрез излечит от страданий и подарит свободу.
На ум не приходили оптимистические речи отца. На ум не приходили вообще никакие мысли. Ум, как и душа, наполнились пустотой. И эта пустота не походила на ту, о которой говорят буддисты. Нет. Эта пустота съедала душу. По чуть-чуть. С каждой новой секундой.
Тем не менее часть рассудка не позволяла совершить роковой шаг. И тогда мужчина окончательно понял: он не убивал. Не убивал потому, что на это не способен. Из занятий по криминалистике он помнил о расположенности преступника к циничному убийству. У того с ним не совпадали взгляды на жизнь, на природу человека. Или… он вновь пытается себя оправдать? Нет. Какой же мразью должен быть человек, чтобы прикончить свою же семью и ничего не помнить? А если на нем не лежит вина, значит, убил их кто-то другой…
За завтраком Константин поделился новыми мыслями с Анастасией, и та его поддержала:
– Как ты мог усомниться в собственной невиновности? Я тебе сразу сказала, что они погибли не по твоей вине.
– Почему же у меня болели пальцы, словно это я их задушил? – устало спросил он.
– Мало ли… Возможно, ты боролся с истинным убийцей, а он тебя вырубил.
– У меня какая-то рана на голове, вероятнее всего от его удара.
Без слов Настя подошла к нему и нащупала рваную рану на затылке.
– Почему промолчал о ней ночью? – нахмурилась женщина. – Ее нужно зашить. Я вызову тебе такси до городской больницы.