Марк Качим – Из России with love (страница 26)

И вот теперь Сид, завалившийся в кровать, как только добрался домой, и тут же заснувший, неохотно выбрался из-под одеяла: надо было посетить туалет.

На обратном пути он забрел на кухню. Есть вроде хотелось, но в холодильнике не нашлось ничего, на что упал бы взгляд. Не было никакого желания идти в кафе или заказывать доставку пиццы, бургеров и прочего фастфуда. Сид попил воды и вернулся в еще теплое уютное гнездышко. И был бесцеремонно подброшен на кровати звонком в дверь.

— И кого?.. — недоуменно выдохнул Сид и неохотно выбрался из постели снова.

Макс звонить не стал бы. Тогда кто? Николай?.. Сид понятия не имел, что мог забыть здесь тренер, но ускорил шаг. И, уже заглядывая в глазок, вдруг понял, кого увидит.

Ну конечно же, за дверью был Форбес.

— Ну ты как? — спросил он озабоченно, едва Сид открыл. — Заболел, да? Если не ковид, то я зайду.

— Поздно, — заявил Сид и широко распахнул дверь. — Ты уже дышал со мной одним воздухом и нырял в одну воду, так что заходи. И вообще, где ты этот ковид взял-то? О нем уж лет пять не вспоминают.

— У меня бабушка от него умерла, — Форбес поджал губы. — Так что у меня, считай, фобия, — он зашел в квартиру и показал Сиду небольшую розовую коробку в прозрачном пакете. — Я решил, что шесть пончиков на двоих не сильно повредят нашим задницам.

— На двоих? — Сид усмехнулся. — Не обольщайся. На троих, и как бы один не пришлось делить пополам.

— Не, Макс с девчонками пошли в кино, так что это только наше, — Форбес потряс коробкой, как жрец в храме — шкатулкой с благовониями. Видимо, решил сломить волю Сида запахом, раз просто сообщение об угощении восторга не вызвало.

— То есть ты пришел с пончиками, даже подозревая у меня ковид? — Сид не удержался. Забрал у Форбеса коробку. Сдернул пакет, приоткрыл упаковку и понюхал. Желудок тут же сжался, напоминая о пропущенном обеде и еще не случившемся ужине. — Пошли на кухню, к этому определенно надо сделать чай.

Форбес кивнул. Но вместо того, чтобы сразу пройти на кухню, сначала осмотрел каждый уголок квартиры. И даже беспардонно заглянул в спальню.

— Вот сразу видно, кто у тренера в любимчиках, — хмыкнул он. — Такое окнище!

— Тогда уж у Артура, — поправил его Сид. — Когда мы с Максом заезжали, еще вообще было неизвестно, кто в итоге будет нашим тренером…

— Ну у Артура ты точно в любимчиках! — фыркнул Форбес. — В конце концов, на две команды ты единственная звезда. Что-то Проглот наш куксится, — сказал, когда они пришли на кухню. Форбес уселся на высокий кухонный подоконник, чтобы не мешаться под ногами. — Мы с Максом расспросили его — команда чет говно у них, походу.

— В смысле "говно"? — не понял его Сид. — У них же вроде там мир, дружба и жвачка? На тренировку толпой, с тренировки толпой. Помнишь, в кафе мы их встретили тоже толпой. "Хеппи бездей" пели этому веснушчатому. Капету.

— Да? — Форбес насмешливо прищурился. — А чего тогда Лукас к нам липнет, не подумал?

— Потому что ты у нас такой крутой Крошка Ру? — Сид включил чайник. — А в чем говно-то? Не рассказал? Конкурируют нечестно или неудачам радуются? Амори вон тоже стейками не корми, дай увидеть, как я задницей в воду грохаюсь.

— Ой, да молчи вообще! — Форбес скривился. — Амори этот… Ладно бы был хотя бы моего уровня, но нет же! Зато строит из себя хер пойми что. А тебе он просто завидует, — он хмыкнул. — Я, кстати, тоже, если что. А насчет рассказывал ли… Говорит, что там даже поболтать не с кем. И это при том, какой он болтун! Расходятся все молча по норам сразу, как кричалки свои откричат — и все.

— А с кем Лукас живет? — спросил Сид и полез в шкафчик за чашками. Они с Максом купили набор из шести одинаковых — на случай, если к ним заглянут гости. И чайных ложек у них тоже было шесть. — Ну в смысле мы же все в квартирах по двое. И что, с соседом тоже контакта нет?

— С китайцем, — Форбес дернул плечами. — Он по-английски-то почти не говорит. А уж понять, что этот кузнечик тараторит, даже мне порой сложно. Но кстати! — тут его глаза воодушевленно блеснули. — Ты бы видел, как мы сегодня прыгнули! Аки боженьки!

— То есть с ним ты не идешь в противоход и не пытаешься или упрыгать нафиг на другой конец бассейна, или зашибить, как меня? — поинтересовался больше для проформы, чем ждал, что Форбес даст ему подробный отчет. Понятно же, что у них синхрона не сложилось от слова совсем.

На это Форбес лишь пожал плечами — мол, ну что поделать — и стащил из коробки первый пончик.

***

— Надо было девять брать, — протянул Форбес. — Не знал, что в отношении пончиков ты нифига не Солнышко, а брат-близнец Проглота, разлученный с ним во младенчестве.

Они вдвоем сидели с кружками в руках на подоконнике, за окном догорал закат, а на столе покоилась открытая и уж на две трети пустая коробка с пончиками.

— Щас вот! — отозвался Сид. — Дай хоть за эти перед Николаем отчитаться, — он заглянул в коробку. — Клубничный пончик будешь? Тут он остался и два каких-то фиолетовых.

— Давай пополам? — щедро предложил Форбес. — Он вкусный. А что до Николая — не злобный же гризли он, чтобы еды лишать. Тем более тебя, все ребра наперечет.

— Не знаю, — Сид протянул пончик Форбесу. Дождался, пока тот схватит его, дернул, разрывая пополам. Впился зубами в сочное ароматное тесто. — У русских, говорят, за диетой следят строго.

— Эй-эй, ты попридержи коней-то! — кажется, искренне испугался Форбес. — А вдруг Николай за нарушение диеты всех нас за волосы таскать будет. И что тогда мне делать прикажешь?.. — он постучал пустой уже кружкой по лысой макушке. — Ну все, мне конец. Будет таскать за уши и оторвет к чертям! Ну и куда я такой: ни волос, ни ушей?

И тут же испортил свой полный страданий спич, расхохотавшись в голос.

Сид смеялся так, что даже выступили слезы. И смеялся бы, наверное, дальше, если бы в комнате не застрекотало вдруг какое-то насекомое — совершенно оглушительно.

— Боги! — Сид испуганно заозирался. — Это еще что?!