Марк Качим – Из России with love (страница 25)
— Medvedi, — сказал с улыбкой. — Russkie medvedi.
Каким-то непостижимым образом Сид понял, что это значит.
— Медведи! — крикнул он, вскинув руку.
— Медведи! — подхватил Форбес, и его рука тоже взметнулась вверх.
— Оле-оле-оле! — подхватил Макс, подскакивая к ним. — Медведи впе-ред! Девчонки, давайте к нам!
— Медведицы наши, — улыбнулся Форбес и обнял обеих девочек за талии.
— Я, если что, не медведь, — заявила Меридит. — Но готова быть лисой. Я знаю, там есть.
— Peseс, — негромко прокомментировал Николай и почему-то усмехнулся.
— И я не медведь, — на Лукаса стало жалко смотреть: было видно, что ему очень хочется присоединиться к их внезапному единению.
Сид обернулся. По-хорошему надо было позвать и Амори, но того в раздевалке не оказалось: видимо, ушел в душ.
Вот он-то к единению не стремился от слова совсем. Например, сегодня начал спорить с Николаем, когда тот во время тренировки в бассейне разбил их на пары.
Амори заявил, что не станет прыгать синхронные прыжки. Мол, он не собирается тратить на это свое время, потому что подобное его не интересует. И тем более не будет делать это в смешанной паре.
В итоге Николай его заставил. Ледяным тоном отчеканил:
— К снаряду, — и добавил еще что-то. Кажется, по-русски.
Амори прыгнул, предсказуемо не озаботившись хоть как-то попасть в унисон с Бриджит.
Макс, сегодня составивший компанию Меридит, оказался на высоте. Он мог быть каким угодно Пончиком и, может, не дотягивал по скорости, но чувство партнера у него было феноменальное. А самое главное и ценное — распространялось оно не только на Сида.
— Вот, — сказал Николай, когда Меридит и Макс выбрались из бассейна. — Равняться всем. Учиться. Сид, Форбес — к снаряду. Два с половиной оборота согнувшись.
Честно говоря, Сид ожидал, что у них получится лучше. Форбес был самым сильным в команде после него самого — и самым высоким. А главное — они ведь неплохо поладили. Но нет. Форбес был резким, быстрым. Сид пытался подстроиться и торопился. Форбес — пытался замедлиться и лажал. И все получалось из рук вон плохо.
— Черт! — в конце концов выругался Форбес. — Ну прости, — он виновато улыбнулся Сиду.
Тот отмахнулся.
— Бывает.
И вот теперь было так здорово прыгнуть несколько раз совсем простые прыжки, но зато в привычном с детства дуэте — на этой тренировке Николай не позволил Сиду и Максу снова собраться вместе.
— Вывел нас из зоны комфорта, — сказал Макс, сам того не зная, и тут попав с Сидом в синхрон. На этот раз мысленно. — Ну что, еще разок? Простенький, на “двоечку”?
Не прыгнуть на два балла, конечно. Макс имел в виду сложность прыжков. “Двоечки” были самые легкие. Но зрители их все равно любили. И филигранное исполнение их могло создать неплохой задел.
— Давай половину оборота согнувшись, — предложил Сид. — С трамплина.
На него Николай Сида сегодня тоже не пускал. Даже когда они перешли к прыжкам по одному, раз за разом показывал на вышку.
***
Бальзам из белой банки мягко грел ногу. Николай принес ему сегодня две — белую и красную.
— Мне нужно что-то знать об их составах? — поинтересовался Сид. В Австралии тренер не имел права даже попшикать ему анестетиком на содранный о борт бассейна локоть — только врач. За любым лекарством, даже простым обезболивающим от головной боли, нужно было обращаться к медикам и получать письменное разрешение.
— Это травяные тайские бальзамы. Не переживай, в них нет никаких лекарственных средств. Но помогают порой даже лучше.
— Хорошо, спасибо, — Сид сжал в руках банки. — Белый днем, красный вечером, руки мыть. Только лодыжку, или можно в других местах, где болит?
Конкретно сегодня Сиду, похоже, стоило принять ванну, бросив в воду пару столовых ложек бальзама, потому что ныло все, начиная от шеи. Хотя, как говорил его первый тренер, если во время тренировки и после нее у вас ничего не болит — фигово вы работали. Сегодня Сид, похоже, выложился на все сто.