Марк Хэппи – Язык Ветра. Запрещенная организация (страница 15)

– Джустизия?

– Возможно…

Если бы кто-то из Алэрозо слышал его сейчас, предали бы анафеме. «Ты худший из всех рекрутов, Эбвэ», – позже скажет Леден об этой ситуации.

Тем не менее Самодур продолжал потеть холодом и облизывать губы, от страха. Что ещё он может сказать, чтобы это не усугубляло ситуации?

– Ты должен познакомить нас.

Эбвэ покосился назад, в надежде увидеть конец тоннеля. Совсем немножко.

– Ты пойдёшь со мной, – сказал Сахаваз, не терпя молчания юноши.

Конец тоннеля. Вокруг всё белее белого.

Сахаваз прикрыл глаза рукой, ослабив хватку. Его взгляд, что миг назад судил намерения и отделял правду от притворства, теперь был ослеплён.

Эбвэ извилистыми движениями выскользнул из злых рук: толкнул мужчину и откинулся назад, вывалившись из вагонетки на холодный снег. В голове уже появились образы Сахаваза, который накидывается на него, как разъярённый лев. Адреналин прильнул к голове.

Не теряя ни мгновения, он попытался встать, попутно отряхивая с плеч прилипший снег, но вдруг почувствовал, как его схватили по обе руки. Он попытался выбиться, но всё без толку.

– Отпусти! – закричал он.

На удивление слева и справа стояли кожаные ботинки, с заправленными шароварами выцветшего серого цвета. Когда он поднял голову, стражники уже волокли его в сторону.

– Вздумали сейчас разборки устраивать? – накричал ему в ухо один из них.

Двое других подошли и наставили харовы на мужчину в вагонетки.

– Схватил рычаг и поехал, как полагается по протоколу! – приказал Сахавазу стражник с большой стелой на погонах. – А ты вставай! Это тебе не круиз. Разлёгся тут…

Эбвэ поставили на ноги. В то время Сахаваз послушно стал выжимать рычаг вагонетки. Та сдвинулась с места.

– Тоже мне, Сахаваз! – бросил главный стражник, тот, что со стелой на погоне.

– Именно. Вершит правосудие, а на деле только к слабым и лезет, – подлизался кто-то.

– Ты, езжай отдельно, – приказали они здоровяку, а Эбвэ оставили.

Вслед, Сахаваз кинул пристальный взгляд на юношу, осуждающе покачал головой и потерялся за поворотом, перед спуском с предгорной местности.

– Честно сказать, мне вообще плевать на вас и все ваши подонческие разборки, – говорил главный с Эбвэ, – но в рабочее время есть регламент.

Эбвэ сглотнул. Живот скрутило, и он попросился сесть, сам же делил усталость напополам с радостью. – Коллапс! Если только я успею донести Карею, что я нашёл того подставного преступника. Я уверен, что это он! Только бы пересечься с ним, перед тем как остальные окажутся здесь.

– Сесть?! – удивился офицер.

Послышался натягивающийся звук курка. Стражник пустил шальной патрон мимо его головы.

Эбвэ вскрикнул:

– Простите! Простите!

– Я научу тебя манерам, щенок.

Подполковник презрительно покосился на него и сделал всё возможное, чтобы больше не обращать внимания на самодура. В том числе зарядив металлическим стволом харова пощёчину. С губ юноши потекла кровь.

– Это была последняя партия? – обратился он к подчинённым.

– Да, подполковник.

– Тогда загружайтесь. Возвращаемся.

– А с этим что делать? – спросил кто-то из стражников, кивая на Эбвэ.

Только бы не в карцер…

– В карцер одного и второго, когда довезёт груз.

– Есть!

Нет… Нет, не может быть. Карей ждёт меня в корпусе.

– Вы не можете… Нет, подождите! Дайте только мне забрать мои таблетки…

Юноша крикнул первое, что пришло в голову.

– Что ты мелешь? Какие ещё таблетки?

– Да-да! Это очень срочно, я могу умереть без этих лекарств, прежде чем отвозить меня в карцер, довезите сначала в мою камеру.

Старший офицер переглянулся с другим, который оттаскивал Эбвэ. Лицо мужчины было похоже на то, что корчат перед тем, как чихнуть.

– Он сейчас шутит? – спросил старший. – Может, мы для тебя шафёра персонального наймём?

– Думаю, что в карцере ему будет самое место, подполковник.

Тот покивал, с застывшим лицом, преисполненным презрения.

– Выполнять!

Двое стражников погрузили юношу в новую вагонетку, что подъехала с перекрёстных путей. А двое остались с подполковником, ожидать следующей.

Глава 15

План: Удержание

Солнце поднялось, и в лагере бурлила жизнь. Позавтракав, кочевники собирались в лес: кто в поисках нужных трав, кто по грибы, кто за хворостом, а кто-то и на охоту, чего Элео не одобрял.

Собрание команды продолжалось с раннего зарена.

– Часть заключённых мы соберём прямо на месте каторги. А остальную часть нам необходимо вывести из темниц и собрать в одном месте для информирования, – сказал Леден.

Тем временем Райзгак подвинул к глазу свой механический монокль и достал чертежи, которые были при нём. Развернув их в руках, он объяснял планировку тюрьмы.

– Значит так, – вдумчиво нахмурился он, пристально рассматривая схемы. – Если вы хотите собрать всех заключённых в одном месте… Самым верным… Вот здесь, – он ткнул пальцем на большой корпус. – Это первый корпус, или иначе – зверинец, он и самый ближайшим к главным воротам и площадь наибольшая именно подле него. В самом же корпусе, как можно понять, нужной нам категории людей не будет… Если мы говорим о политзаключённых, то это четвёртый, пятый и половина второго корпуса. А в третьем, прошу заметить, что он самый дальний, в нём как раз и располагают угрожающих порядку культурной жизнедеятельности, или иначе – дураков.

– Райзгак, почему корпус дураков расположен в самом конце, а «зверинец» у самих ворот, да ещё и встроен в крепостную стену? – поинтересовался Леден.

– Я понимаю, что именно вас беспокоит, однако Маар уверена в своей неприступности: ближе или дальше от ворот – вовсе не значит, что у кого-то больше, у кого-то меньше шансов на побег, – ответил Райзгак. – Полагаю, что зверинец оказался корпусом номер один лишь по бумажной случайности. Нам не составит труда собрать людей из дальних корпусов. Если побег окажется возможным для кого-нибудь, то он будет доступен всем. Вопрос больше в этом.

Леден кивнул.

– А мы вообще уверены, что хотим спасать заключённых, чей корпус прозвали «зверинцем»? – в своей добродушной манере подковырнул момент Арчек. – Будет, конечно, обидно, если мы спасём опасных ребят, а они потом лунью нас того… – Арчек резко дёрнул шеей кривляясь; застыл на миг и сразу же махнул рукой, вернув позитивный тон. – Ай, да, впрочем, и мы не лыком шиты. Если что вон, Райзгак по моей методике занимался, – он хлопнул приятеля по плечу, – вперёд пойдёт, никто и глазом моргнуть не успеет. Там полягут только так! Скажи же?

Арчек был утончённым, среднего роста, с большим носом и такой же харизмой. Его постоянные выпады про собственную методику тренировок были ходовой шуткой. Ирония в том, что сам он был худощав, в то время как Райзгак карикатурно мускулист. Понять глубину этой шутки, наверное, невозможно совсем, но, как ни странно, оно не надоедало. Всё дело было в том, кто такой Арчек. А он душа компании.

Завершая свою традиционную шутку, он хвастливо выставил бицепс, которого почти не существует, и похлопал по нему. Команда одобрительно посмеялась. Душа-Арчек быстрым кивком дал понять Ледену, что держит шутку под контролем, что готов дальше слушать план, однако тот оказался единственным среди присутствующих, кто не выказал эмпатии.

– Мы спасаем всех заключённых не потому, что они нам нужны, – говорил Леден со свойственной ему педантичностью, – А в первую очередь для того, чтобы остановилось мехаковое производство.

– А, да не, я понимаю. Конечно, Лед. Всё в порядке, – смиренно сказал Арчек, вынужденный объясниться, – это была всего лишь шутка.

В такие моменты Йиви с трудом сдерживала себя от искушения выразить своё недовольство… Что он о себе думает?!

– Держите меня семеро… – пробубнила она.

Леден строго покачал головой, Райзгак принял сигнал и продолжил.

– Главная площадь вмещает в себя построение заключённых всех пяти корпусов. Это единственное место, где Карей сможет собрать людей.