Марк Грени – Серый Человек (страница 23)

По прошествии часа он снова проверил свой счет, но деньги так и не были перечислены. Когда он позвонил Фицрою, то узнал, что в его банке произошла какая-то заминка. Нужно подождать еще несколько минут, и средства уже в пути. Ласло заподозрил недоброе; он пообещал, что лично всадит несколько пуль в голову Серого Человека, если деньги не поступят в ближайшее время, а затем, противореча собственному обещанию, предупредил сэра Дональда, что ЦРУ вытащит из Серого Человека все подробности тайных операций «Челтенхэм Секьюрити Сервисис», и собственная голова Фицроя окажется на плахе через день-другой после того, как Сабо сдаст своего пленника американцам.

Наконец, Ласло дал англичанину еще пятнадцать минут, проверил колодец, а затем позвонил шоферу и сообщил о задержке, но велел держать двигатель включенным.

Сабо рвал все связи со своей прежней жизнью. Если агенты ЦРУ прибудут до его отъезда, то скорее всего, его убьют. Если нет, то он начнет все сначала в России.

Капитан Бернард Килзер медленно повернул голову к старшему помощнику Ли. От этого движения пот, выступивший на лбу, залил ему глаза. Ли посмотрел на капитана, смаргивая с ресниц собственный пот.

Лица обоих мужчин были мертвенно-бледными.

«Бомбардье Челленджер» неподвижно стоял в грязи. За ветровым стеклом пилоты могли видеть только траву и ограду, полускрытую за проливным дождем. Они использовали каждый сантиметр посадочной полосы, а потом еще восемьдесят метров насквозь сырого чистого поля. Больше места не оставалось.

Сердце Килзера гулко стучало, его кровь бурлила. Ригель заставил их пойти на аварийную ситуацию, которая через три секунды могла закончиться очень и очень плохо. Хотя самолет не превратился в огненный шар, и его жена не осталась со страховой выплатой после гибели мужа, немецкий пилот имел все основания полагать, что теперь ему какое-то время придется погостить в венгерской тюрьме.

Тем не менее, они выжили. Самолет был оснащен противоскользящими углеродными тормозами и гравийными дефлекторами, предотвратившими разрушение трехколесной машины от столкновения с каменным мусором, вылетавшим из-под шасси при посадке. Как бы то ни было, Килзер и Ли понимали, что их арендованный «Челленджер» не сможет сам по себе улететь из Венгрии. Шасси и двигатели, несомненно, получили повреждения, и понадобятся тяжелые тягачи, чтобы вытащить самолет стоимостью в двадцать миллионов долларов из вязкой грязи, где он сейчас находился.

Через несколько секунд, немного оправившись от стресса и усталости после посадки, Килзер отключил все системы по стандартной процедуре пожара на борту. Теперь единственным звуком был шум дождя, хлеставшего по корпусу и закаленному стеклу кабины.

В своем аварийном сообщении диспетчеру аэропорта Будаерш он заявил, что почувствовал в кабине запах дыма. Если бы у него оставалось время на выдумки, они с Ли, без сомнения, придумали бы что-нибудь более правдоподобное и верифицируемое. Но с того момента, когда он получил вызов от Ригеля, и до настоящего времени прошло лишь тридцать пять минут, а в промежутке все его умственные и физические силы были посвящены событиям, разворачивавшимся между крутым спуском с высоты на скорости в семьсот миль в час и остановкой на дальнем конце слишком короткой, мокрой и грязной посадочной полосы в незнакомом аэропорту.

Он чертовски хорошо справился и понимал это. В момент торжествующего оптимизма и всплеска адреналина после удачной посадки он даже думал, что сможет уболтать венгров и отвертеться от тюрьмы, если им еще немного повезет. Но эта мечта померкла, когда движение за ветровым стеклом кабины вернуло его к действительности. Черный пассажирский микроавтобус проломил ограду прямо перед ним. Шестеро индонезийцев, появившихся из-за правого борта «Бомбардье» надевали рюкзаки, забранные из грузового отсека. Пока капитан Килзер и старший помощник Ли безмолвно наблюдали за событиями перед кабиной, черный автомобиль сдал назад в грязи, круто развернулся в траве под дождем, выехал на дорогу с другой стороны и умчался в грозу.

Килзер знал, что этот момент не ускользнет от внимания людей в диспетчерской вышке аэропорта. И он понимал, что из-за этого они с Ли отправятся за решетку до того момента, пока этот мерзавец Ригель не выкупит их.

Когда Килзер надевал фуражку и выходил из самолета навстречу дождю, хлещущему в лицо, и пронзительному вою приближавшихся сирен, ему пришло в голову, что у мистера Ригеля, несомненно, есть еще много насущных дел до окончания дня, поэтому им с Ли стоит подготовиться к тому, что на какое-то время о них забудут.

Денежный перевод появился на счете Сабо, когда он в ярости третий раз набирал номер Фицроя. Группа ЦРУ должна была прибыть на место через десять минут; положение становилось критическим, но теперь деньги были получены, и он мог уехать. Он повесил трубку сразу же после ответа Фицроя. Потом последний раз проверил Серого Человека, пожелал ему удачи на прощание, закончил паковать чемодан и побрел к коридору из своей мастерской-лаборатории, шаркая настолько быстро, как позволяло наполовину парализованное тело.

Он приближался к двери, когда зазвонил телефон. Он подумал, что резидент ЦРУ собирается дать ему последнюю информацию о движении группы агентов, и решил ответить на звонок. Ему бы не позвонили за несколько секунд до их прибытия.

Он снял трубку.

– Я выполнил свою часть сделки, – сказал Фицрой. – Теперь тебе пора выполнить твою часть.

– Я поражен, сэр Дональд. Мои телефоны засекречены, как вы…

– У меня свои способы, Ласло. А теперь освободи Серого Человека, пока они не пришли за ним!

Пот, уже выступивший от напряжения на спине старика, стал холодным, как лед. Фицрой знал, кто он такой. Сабо понимал, что теперь ему до конца жизни придется беречь спину от агентов хитроумного англичанина.

– Я немедленно освобожу вашего парня.

– Ты не станешь вести двойную игру, не так ли? Устраивать размен между мной и ЦРУ?

– Даю слово джентльмена.

– Вот и хорошо, Ласло. Наслаждайся деньгами.

Фицрой повесил трубку. Сабо подумал было еще раз заглянуть в колодец через прозрачную крышку, но быстро отказался от этой мысли. Он торопливо побрел по коридору с чемоданом в руке.

Он подступил к маленькой железной двери, но та распахнулась внутрь, как только он потянулся к ручке. Яркий свет ударил в глаза венгру, хотя снаружи было темно и дождливо. Потрясенный, он отступил назад, запнулся о больную ногу и упал навзничь. Прищурив глаза, он увидел группу мужчин в черном с высокими масками на лицах, – полдюжины бойцов с короткоствольным оружием на изготовку. Над каждым автоматом был прикреплен мощный фонарик. Первый мужчина опустился на одно колено и поднял Сабо за шиворот.

– Куда-то собрались? – тихо спросил он по-английски.

Это были люди из ЦРУ. Сабо почти не видел глаз говорившего за защитными очками.

– Я… я ждал вас. Просто хотел отнести чемодан в машину. Собирался уехать отсюда, когда вы закончите со своими делами.

– Ну да, конечно. Где объект?

Сабо помогли встать на ноги. Все, кто столпился в узком коридоре, выставили стволы перед собой.

– Он в передней комнате, в конце коридора. Наступите на подиум и посмотрите вниз. Он сидит в каменном мешке глубиной четыре метра, накрытый толстым…

– Вот и покажите.

Сабо отлично знал этот тон. Торга не будет. Он повернулся и побрел обратно в сопровождении американских спецназовцев.

Войдя в плохо освещенную комнату, командир спецгруппы SAD[11] расставил пятерых людей вдоль стен и медленно подошел к подиуму. Ласло подгонял его, говорил, что бояться нечего, и даже не меньше трех раз ввернул фамилию местного резидента ЦРУ, давая понять бойцам агентства, что он «один из них». Наконец, тяжело вооруженный и одетый в броню командир группы ступил на подиум и осторожно заглянул через плексигласовое стекло.

Ласло обратился к нему, все еще желая втереться в доверие.

– У него вроде бы есть пистолет, но стрелять бесполезно, пока крышка закрыта. Ему придется увертываться от рикошетов в тесном пространстве. Ваш босс обещал Ласло, что о нем позаботятся. Может быть, мне стоит позвонить ему, и тогда вы узнаете все, что Ласло сделал для вас. Он называет меня «мой верный Ласло».

Командир тактической группы нагнулся ниже, потом еще ниже. Опустился на колено на плексигласовом люке. Потом медленно повернулся к Ласло.

– Что это за чертовщина?

Ласло ничего не понял.

– Что вы имеете в виду? Это Серый Человек, упакованный в красивую обертку для моих друзей из ЦРУ…

– Вы убили его? – спросил американский оперативник, поднимаясь на ноги и поворачиваясь лицом к венгру.

– Разумеется, нет. Почему вы спрашиваете?

Опираясь на трость, пожилой фальсификатор быстро захромал к подиуму посмотреть, что пошло не так.

Корт не провел последний час в праздном безделье, как полагал Сабо. Как только венгр оставил его в покое, он снял свое ожерелье через голову и содрал с него тонкий слой кожи, под которым скрывалась острая и прочная проволока. С ее помощью он перерезал выступающий отрезок водопроводной трубы под матрасами. Он разрезал ее до того места, когда еще несколько поперечных движений вскрыли бы трубу и за считаные минуты заполнили колодец горячей минеральной водой.

Когда с этим было покончено, Джентри достал пистолет, извлек патрон из гнезда и вынул запасные магазины из карманов. Пользуясь непромокаемыми ботинками как устройством для сбора, и плоскогубцами из многофункционального ножа, он разобрал каждый патрон и высыпал в один ботинок порох, изготовленный на основе калийной селитры. Когда он собрал порох от тридцати одного патрона, которые имел при себе, то разобрал один из магазинов, убрал пружину, заново прикрепил верхнюю пластину, плотно набил его порохом из ботинка и положил сверху подаватель магазина, уплотняя взрывчатое вещество в металлической обойме. Корт воспользовался пружиной, чтобы прочно закрепить ходовую часть механизма.