Марк Грени – Серый Человек (страница 25)

– Что теперь? – спросил Фицрой. Вопрос был в равной степени обращен к Ллойду и к другому американцу, который звонил ему.

– Я направляюсь на запад. План не изменился. У вас есть новая информация для меня?

– Хм, да. Те люди, с которыми ты повстречался в Праге сегодня утром, были албанцами. Обычные наемники, законтрактованные нигерийской секретной службой.

– Теперь они, наверное, законтрактовали новую команду. Есть мысли о том, с чем мне придется столкнуться?

– Трудно сказать, сынок. Я работаю над этим.

– Что вам известно о вражеской силовой структуре вокруг вашей семьи?

– Четверо или пятеро нигерийцев из их тайной полиции. Никак не профессиональные убийцы, хотя мою семью они напугали до полусмерти.

– По мере приближения мне понадобится точное место.

– Принято. Ты будешь там завтра утром?

– Нет, сначала мне нужно сделать остановку.

– Надеюсь, не очередной опасный объезд?

– Нет. Это попутная остановка.

– Хорошо, – помедлив, отозвался Фицрой. – Тебе еще что-то нужно от меня?

– Что-то еще? А что вы мне уже дали? Послушайте, вы мой куратор, сделайте что-нибудь полезное. Мне нужно знать, столкнусь ли я по пути с новыми головорезами, и если да, то сколько их будет. Мне нужно знать, как эти проклятые нигерийцы выяснили мое имя. Как они узнали о вас? Здесь сплошные неувязки, и мне нужно связать концы с концами, прежде чем я прибуду в Нормандию.

– Понимаю. Я работаю над этим.

– У вас были новые контакты с похитителями?

– Время от времени они связываются со мной. Они думают, будто я готов заглянуть под каждый камень, лишь бы найти тебя. Я обзваниваю всех, кто работает в моей «Сети». Просто так, чтобы хорошо выглядеть перед ними.

– Продолжайте в том же духе, а я буду держаться подальше от «Сети». Звоните, если что-то узнаете.

На этом Джентри прервал связь.

Через две минуты Ллойд и Фицрой получили более подробное объяснение произошедшего. Позвонил Ригель, и втроем им удалось составить более или менее цельную картину. Шестеро индонезийцев были уничтожены. В живых не осталось никого. Агенты ЦРУ подожгли дом, чтобы замести следы. Было неизвестно, какие потери понесло управление. Сабо погиб, а Джентри воспользовался очередной из своих девяти жизней и каким-то образом вырвался на свободу.

– Так где он теперь? – спросил Ригель.

– Направляется на запад из Будапешта.

– Поезд, автомобиль, мотоцикл?

– Мы не знаем. Он позвонил с обычного мобильного телефона. Очевидно, стащил или отнял у какого-то прохожего и выбросил сразу же после звонка.

– Можете доложить что-нибудь еще? – осведомился Ригель.

– Это вы мне докладывайте, Ригель! – сердито рявкнул Ллойд. – Что случилось с вашими великолепными коммандос из Индонезии? Кажется, вы говорили, что Джентри не сравнится с ними.

– Джентри не убивал их; это сделала спецгруппа ЦРУ. Послушайте, Ллойд. Мы знали, что Серый Человек обладает повышенной живучестью, и охота на него требует терпения. Мой план с самого начала состоял в том, что одна или две команды выведут его из равновесия, заставят его реагировать на наши действия, а не действовать на упреждение. Таким образом, когда он столкнется со следующей командой, то будет плохо подготовленным.

– У нас осталось еще десять команд, которые поджидают его, – сказал Ллойд. – Он нужен мне мертвым до окончания ночи.

– Хоть в чем-то мы согласны, – Ригель дал отбой.

Затем Ллойд обратил внимание на Фицроя. На лице англичанина промелькнуло страдальческое выражение.

– В чем дело?

Душевная боль Фицроя была неизбывной.

– Думаю, он мне кое-что выдал. Он не собирался сообщать мне, но я догадался.

Лойд выпрямил спину. Немногочисленные складки на его костюме в тонкую полоску мгновенно расправились.

– Что? О чем он вам сказал?

– Я знаю, куда он направляется.

Лицо молодого американского юриста медленно расплылось в улыбке.

– Превосходно! – он потянулся за своим мобильным телефоном. – Куда?

– Здесь есть подвох. Лишь трем людям известно о том месте, куда он направляется. Один из них уже мертв, другой – это Серый Человек, а третий – это я сам. Я расскажу вам, где это место, но если актеры вашего реалити-шоу не укокошат его там, он будет знать, что я подставил его. Если ваши парни упустят его на этот раз, то хитрые игры закончатся.

– Это уже моя забота. Скажите, куда он направляется.

– Граубюнден.

– Это еще где?

Глава 16

Всю дорогу в самолете Сунг Пак Ким просидел неподвижно, погруженный в медитативное состояние, но его глаза были открыты, и он бодрствовал во время посадки в аэропорту Шарля де Голля. Он был единственным пассажиром бизнес-джета «Фалькон-50». Его маленькие руки с грубыми ладонями лежали на коленях, глаза скрывались за стильными солнечными очками. Безупречно пошитый костюм в тонкую полоску не менее безупречно вписывался в окружавшую его обстановку. Салон был обустроен для руководителей высшего уровня, и Ким выглядел как моложавый, но в остальном непримечательный владелец крупной азиатской компании.

«Фалькон» съехал с посадочной полосы на рулежную дорожку, проехал мимо длинного ряда припаркованных корпоративных лайнеров и наконец повернул к открытой двери ангара. Ожидавший лимузин, все еще влажно поблескивавший от моросившего на улице дождя, стоял в центре ангара. Водитель находился рядом.

Как только реактивный самолет остановился, и турбины смолкли, в семиместный салон вошел второй пилот с нейлоновой спортивной сумкой в руке. Он опустился напротив Сунг Пак Кима и положил сумку на стол красного дерева между ними.

Ким ничего не сказал.

– Мне было велено передать вам это после приземления. Все вопросы с иммиграционной службой улажены, таможенных проблем не будет. Вас ожидает автомобиль.

Коротко стриженный кореец почти неощутимо кивнул.

– Добро пожаловать в Париж, сэр, – сказал второй пилот. Он встал и ушел в кабину, закрыв за собой раздвижную дверь.

Оставшись один, Сунг Пак Ким расстегнул молнию на сумке и достал автоматический пистолет «Хёклер энд Кох» MP7A1. Он оставил без внимания выдвижной приклад и держал оружие перед собой как обычный пистолет, глядя через простую прицельную систему.

Два длинных, узких магазина, каждый из которых вмещал по двадцать патронов с экспансивными пулями калибра 4,6×30 мм, были скреплены друг с другом нейлоновой стяжкой.

Он положил оружие обратно в сумку.

Потом он достал мобильный телефон и наушник. Вставил наушник в положенное место и включил его. Телефон он тоже включил, прежде чем положить его в карман пиджака. Компактный GPS-приемник отправился в другой карман. Запасные обоймы к MP7A1, глушитель и смена одежды остались нетронутыми в сумке.

Наконец, он вынул из сумки складной нож с черной рукоятью и черненым лезвием, который тоже отправился в карман.

Две минуты спустя он сидел в лимузине. Водитель смотрел прямо перед собой, когда Ким сказал:

– Центр города.

Лимузин плавно выкатился из ангара.

Ким был южнокорейцем, убийцей из Национальной разведывательной службы.

Он был лучшим специалистом у себя на родине. Пять «мокрых» дел в Северной Корее, большей частью без какой-либо поддержки, сделали Кима легендой в его подразделении. Еще семь операций в Китае против нарушителей северокорейских санкций, две операции в России против распространителей ядерных секретов и несколько убийств соотечественников в Южной Корее с целью закрепления неустойчивой позиции страны по отношению к враждебному северному соседу сделали тридцатидвухлетнего Сунг Пак Кима наиболее очевидным кандидатом, когда его руководителей попросили прислать в Париж убийцу для охоты на другого убийцу в обмен на твердую валюту.

Ким не высказывал мнений о своих заданиях и операциях. Работая в одиночку, он не имел возможности высказывать их, но если бы кто-то поинтересовался его мыслями, то он бы сказал, что это абсолютно гнилая миссия. Двадцать миллионов долларов за голову Серого Человека, бывшего оперативника ЦРУ, который, по слухам в профессиональной среде, не заслуживал такого предательства со стороны своих хозяев. Это ничем не напоминало патриотические операции для защиты национального суверенитета, которыми Ким занимался на протяжении своей карьеры.

Тем не менее, Ким понимал, что он является орудием внутренней и внешней политики Южной Кореи. Его мнения никто не спрашивал, а те люди, чье мнение высоко ценилось, решили, что он должен отправиться в Париж, обустроиться в городе, ждать звонка с указаниями о местонахождении Серого Человека, а потом всадить этому бедолаге несколько пуль в спину.

Граубюнден – это восточный кантон Швейцарии, скрытый в небольшой ложбине внутреннего изгиба австрийской границы. Он известен как «кантон ста пятидесяти долин», и одна из этих долин тянется с востока на запад в регионе под названием Нижний Энгадин. Крошечная деревня Гуарда расположена на выступе крутого холма высоко над маленькой долиной, всего лишь в нескольких милях от австрийской и итальянской границы. К ней ведет лишь одна крутая, извилистая дорога, а от миниатюрной железнодорожной остановки внизу вы потратите сорок минут энергичной ходьбы, чтобы добраться до фахверковых домов наверху.

В деревне почти нет автомобилей, а количество фермерского скота значительно превосходит количество жителей. Узкие булыжные мостовые идут вверх или петляют между белыми домами рядом с поилками и огороженными садами. Деревня резко заканчивается возле луга у крутого склона холма, густо поросшего сосновым лесом, который сменяется скалистыми утесами, нависающими над Гуардой безмолвными наблюдателями всего, что происходит в долине и на подступах к деревне.