Марк Грегсон – Среди змеев (страница 60)

Ветер неожиданно снова крепчает. Он не такой свирепый, как прежде, но я все же хватаюсь за перила ограды. На палубу льет плотный дождь.

– Октолон, – произносит Оба.

– Но это всего лишь миф, – отвечает ему один из капитанов-охотников.

– Не миф, – вклинивается Маг. – Просто они невероятно редкие. Живут в штормах и мигрируют с ними.

Я замираю, припомнив один момент из детства. Я тогда слышал, как матери с отцом докладывали о буре, налетевшей на Дальний север. Буря почти уничтожила целый город на острове, но один из уцелевших, оборванец, потерявший все, утверждал, будто бы видел в буре нечто живое. Сперва он принял это за стаю горгантавнов, но потом существо взяло и исчезло без следа.

Ветер унимается, а очередная вспышка молнии позволяет лучше разглядеть тень чудовища. У меня по венам растекается адреналин. От огромной, похожей на пузырь головы октолона отходят восемь конечностей, и каждая – длиной с горгантавна третьего класса.

Эта чертова тварь просто огромна.

Я подношу к губам запястье, чтобы связаться с кораблями:

– Кто-нибудь, ответьте. Есть предложения, как нам действовать дальше?

Коммуникатор молчит. Хотя в нашем отряде все охотники – бывалые. Ветераны, что промышляли не один десяток лет. Однако никто не знает, как быть. Тяжесть решения целиком ложится на мои плечи.

– Есть проблема посерьезнее, – неожиданно выйдя на связь, сообщает Маг. – Октолон перегородил выход, а это единственный путь на ту сторону Края неба.

– Должен быть другой, – говорю я.

– Разумеется, – отвечает Маг. – Других путей множество, но все они нас убьют.

Утерев дождевые капли с лица, подаюсь вперед. Брайс, Есения и Родерик смотрят на меня. От моего решения зависит судьба восьми кораблей и их экипажей. Давление просто неимоверное. Ошибившись, я могу убить всех и подвести Скайленд.

– Маг, – говорю, – что можешь рассказать об октолоне? Его можно завалить?

– У меня на корабле всего один гарпуномет, да и тот на крайний случай, – смеется Маг. – Это твоя епархия, охотник.

Немного смущенный, я краснею. Однако надо задать вопрос, пусть даже этим я распишусь в своем полном бессилии:

– Ладно, Маг, как нам тогда обойти его?

Он снова смеется:

– Гоните полным ходом. Если вдруг у вас на пути окажется щупальце… увернитесь.

Я качаю головой.

– Можно дать залп с бортов крейсеров и «Титана», – выходит на связь Китон.

– Это его разозлит, – возражает Родерик, – и он кинется за нами сюда, в коридор. Сейчас он просто… парит себе за облаками.

Сняв с пояса подзорную трубу, я смотрю в нее, щурюсь, пытаюсь заглянуть за пелену тумана. И на один кратчайший миг одна из ног октолона показывается за пределами бури. Являет нам свои крупные студенистые присоски. Этого зверя, как и горгантавна, защищают металлические чешуйки.

– Лучше, наверное, мирно пройти мимо него, – говорю. – Нападем – и гарантированно ввяжемся в драку.

– Выбор за тобой, – отвечает Маг.

Опускаю взгляд на свой камень-коммуникатор. Руки не слушаются. Мы застыли на границе у серых облаков, за которыми парит октолон, и как будто готовимся спрыгнуть с утеса.

– Летим мимо октолона, – говорю. – Мирно.

– Но, принц, – раздается из коммуникатора голос еще одного капитана Охоты, Кирси из семьи Ребека, – вы правда…

– По боевым постам, – приказываю. – Зарядить пушки и турели. Свободному персоналу облачиться в запасные костюмы защиты и подняться на палубу. На всякий случай.

На линии становится тихо. Но вот наконец один за другим звучат ответы: «Так точно!»

Родерик вызывает Арику, велит ей облачиться в защиту и подняться на палубу. Отто слишком мал для этого. Тару просто снесет за борт, а Китон должна следить за движком.

– Жду приказа, принц, – говорит Маг.

Некоторое время спустя, когда народу на палубах прибывает, Брайс, потрепав меня по плечу, запрыгивает на место Громилы. Давит на педаль, меняя стволы и переключаясь на усовершенствованный автоматический гарпуномет.

Я же, прихватив с оружейной платформы наплечную пушку, снова пристегиваю себя к перилам страховочным ремнем. Друзья мягко кивают мне. Потом я окидываю взглядом прочие корабли эскадрильи: там все уже вооружились и приготовились.

На палубе появляется Арика, она хватает оружие и пристегивается ремнем.

Я медленно выдыхаю. Собираюсь с духом: передо мной настоящий вызов, на кону не только жизни членов экспедиции, но и судьба всего Скайленда.

– Никаких остановок и задержек, – обращаюсь я к эскадрилье. – Если кого-то заденут, продолжаем лететь. Задание слишком важно. – Набираю полную грудь воздуха и командую: – Погнали.

Глава 28

Пройдя за стену бурно клубящихся облаков, мы оказываемся в штормовом тоннеле. Стремительные ветра сносят эскадрилью к спящему октолону. Он проплывает совсем рядом, по правому борту от нас. Я едва дышу, хотя вряд ли эта тварь могла бы услышать меня из-за маски. К тому же стихия не смолкает ни на секунду. Глаза постепенно привыкают к сгущающемуся мраку. Октолон – это огромное раздутое существо, покрытое пластичной чешуей, с длинными толстыми щупальцами. Оно висит в воздухе, и ветра колышут его конечности.

– Ровнее, – говорю я в коммуникатор остальным кораблям. – Ровнее.

Корабль Мага давно уже миновал октолона и дожидается нас у выхода из тоннеля. Доберемся туда, и мы спасены.

Эскадрилья – во всеоружии, на случай если что-то пойдет не так. Однако сражаться с этим чудовищем я не хочу. Слишком мало мы знаем о нем, слишком густой мрак окружает нас, и слишком сильные дуют ветра. Мы идем лишь на четверти скорости.

Арика тиха как могила, смотрит на исполинского монстра, а тем временем мы плывем мимо его щупальцев. От них нас отделяют какие-то десятки метров. Конечности спящего монстра волнообразно колышутся, у их основания поблескивает металлический клюв. Это создание наделено странной и опасной красотой. Оно словно бы светится, как раскаленное, а его разноцветные чешуйки, которые будто имитируют оттенки бури, позволяют слиться с ней.

– Ес, – произносит Арика, – ты слишком близко подошла к монстру. Отходи.

– Шторм!.. – Есения ведет корабль, стиснув зубы. – Нас как будто толкает к зверю.

Мне в грудь бьет очередной порыв ветра. Мы замедляемся, еле ползем.

– Китон, – вызываю я нашего механика, – движок сможет справиться…

– Нет, – рубит она. – Мы на пределе.

Идем прямо над существом, в сотне метров над его шипастыми веками. Надо лишь пройти мимо. «Хоть бы пронесло. – Я стискиваю зубы. – Хоть бы пронесло. Осталось совсем немного».

В нас ударяет ветер, и мы скользим по небу. До октолона всего несколько десятков метров. Ес сражается со струнами. Никто не кричит, не производит ни звука, но Родерик отчаянно машет руками, жестами веля нам отойти подальше от монстра.

Внезапно огромный черный глаз октолона распахивается, и меня словно парализует. Широченный зрачок сначала сужается, а потом снова становится больше, вглядываясь в бурю, пока наконец не останавливается прямо на моих кораблях.

– ХОДУ! – кричу я.

Ес выбрасывает руки вперед, но мы не срываемся с места из-за проклятых ветров. Монстр вскидывает щупальца, задев нас. Меня встряхивает, все летит кувырком, а через секунду в голову ударяет кровь. Ничего не пойму… Страховочный ремень впивается в тело. Лодыжки примагниченных к палубе ног стонут от натяжения.

Нас перевернуло кверху дном!

Вот черт.

– Выровняйте корабль! – вопит Родерик. – Ес, ровняй «Гладиан»!

Пошевелив пальцами ног, убеждаюсь, что обувка держит. Правда, левая стопа подводит: когда я был низинником на Холмстэде, то отморозил мизинец, – и в этот момент нога выскальзывает из ботинка.

Проклятье!

Отчаянно хватаюсь за ремень. Ветра усиливаются, и я вот-вот потеряю носок. Пытаюсь сунуть ногу обратно в примагниченный к палубе ботинок, но не попадаю в него.

Есения с криком, напрягая все силы, борется с управлением, и наконец «Гладиан» встает как надо. Я же просовываю ногу в ботинок и туго, пережав вены, затягиваю чертовы ремешки.

– УБИРАЙТЕСЬ ОТТУДА! – орет нам в коммуникатор Маг.

– Сейчас снова ударит! – Родерик жмет на спуск турели, посылая гарпуны в приближающееся щупальце.

Октолон хватает «Смелый». Нам нельзя останавливаться, но я не могу вот так просто сбежать. Мы не бросим своих.

– АТАКУЕМ! – кричу. – Спасти «Смелый»!