Марк Грегсон – Край неба (страница 13)

– Ты забыл, что я родилась на другом острове? И последние два года училась в Университете.

– Что изучала?

– Общественную иерархию.

– Заманчиво.

– Сарказм. – Брайс широко улыбается. – Может, это область науки и не для богатых, зато она важная.

Ревет гудок – сигнал к погрузке.

– Ладно, пора нам на борт, – говорит Брайс. – Увидимся на корабле.

Вскоре я поднимаюсь по пружинящему под ногами трапу и ступаю на палубу. За последним пассажиром лестница втягивается. Корабль со стоном оживает; внутри него такая мощь, что чувствуешь ее всем нутром. Сердце ускоряет бег. Я перехожу на корму, и мне кажется, что я вижу на причале мать: ее светлые волосы развеваются на сильном ветру.

«Не давай этому миру прогнуть тебя, – шепчет она. – Будь моим сыном. Всегда».

Но стоит мне поднять взгляд на вершину горы, туда, где стоит поместье Урвинов, и в голове раздается мрачный голос другого человека – того, кто вложил мне в руки трость и награждал меня синяками, называя это любовью. «Кто желает возвыситься, – говорит отец, – пойдет до края неба. Не позволяй ничему встать на пути твоих амбиций, сынок, и тогда сумеешь голыми руками изловить молнию».

Корабль уплывает в синие дали, а Холмстэд позади становится все меньше и меньше. Мамины заветы навсегда останутся в моем сердце, но для того, чтобы возвыситься, придется стать жестче отца. Ничто не встанет у меня на пути: ни Громила, ни прочие отборные и, уж конечно, никакой горгантавн.

Я докажу дяде, что возвышение – в моей крови, а потом он падет, избитый и окровавленный, к моим ногам.

Я еще вернусь на Холмстэд.

Глава 08

Спустя два дня стою на палубе, а вдали растет остров Венатор. Подаюсь вперед, опершись на перила, вдыхая влажный вечерний воздух. Венатор – огромный остров, покрытый джунглями, он вдвое больше Холмстэда и окружен дюжиной островков поменьше.

Я почти не замечаю горячего бриза, что ерошит мне волосы, а все благодаря ладно пригнанной форме охотника. Справа на груди у меня изображен черный гарпун. Форма помогает сохранять прохладу, но я все равно расстегиваю черную куртку, и ее края полощутся на ветру.

Многочисленные пики Венатора пронизаны жилами водопадов. Два главных города на острове – Истдок и Вестдок – разделены горной грядой. Издалека они оба кажутся роскошными, по их улицам словно текут реки золотого света, однако во всем Скайленде не сыщется двух других городов, которые так разнились бы. Истдок полон туристов и граничит с озером, окруженным песчаными пляжами и шикарными виллами местных высотников.

В то же время Вестдок населяют суровые цеховики. Это не то место, где можно с комфортом присесть, закинув ножки повыше. Здесь нет песчаных пляжей, а к каменистому берегу озера у подножия крутой горы льнут грубые сельские постройки. Никаких особняков, домиков и то очень мало, зато полно таверн, где подают горячую еду и выпивку.

Видимо, выпивка помогает охотникам справляться с потерями.

Направляемся к Вестдоку, а приблизившись к нему, следуем за караваном небесных судов, которые ждут своей очереди у причала. Прибывают суда со всего Скайленда; у каких-то над палубой возвышаются мостики, у других паруса вместо кристаллических движков, есть даже несколько древних деревянных калош. И все они привезли новейших рекрутов цеха.

Под нами десятки людей следуют по дощатому пирсу, направляясь к Вестдоку и скамьям вокруг костров в выложенных камнями ямах.

В небе мелькает что-то серебристое. Корабль. Уносится прочь от острова, мерцая палубой над огнями Венатора. Его узкий корпус взрезает воздух. Прекрасное зрелище. Это один из новейших кораблей, о которых я слышал. Класс «Хищник». Также известен под названием «Небесный меч».

Он летит вдаль с умопомрачительной скоростью. Идет на охоту, защищать острова. Сражаться с угрозой горгантавнов.

Я благоговейно покачиваю головой. Скоро ли смогу взойти на борт одного из таких? Скоро ли стану капитаном?

Громила провожает корабль с самодовольной рожей, будто однажды сам поведет такой. Вот же тупой кусок дерьма.

Наш трап падает на причал, и мы выгружаемся. Брайс сходит первой, с улыбкой вдыхая напоенный сладкими фруктовыми ароматами воздух. Оборачивается, смотрит на меня своими синими глазами.

Я отвожу взгляд.

Ступив на доски пирса, следую за прочими рекрутами, облаченными в форму. Они столпились у узкого выхода из порта, ждут своей очереди, чтобы выйти и присоединиться к остальным у костровых ям. Стоит гул бесчисленных голосов.

В конце причала, под парой гигантских кристаллических фонарей, меня бесцеремонно останавливает седой охотник-ветеран:

– Имя и остров.

– Конрад, сын Элис. С Холмстэда.

Он ищет мое имя в списке:

– Иди к остальным и жди мастера Коко.

От костровых ям пышет жаром. Клубы дыма сдерживают насекомых. Рекруты общаются. На их лицах фальшивые улыбки. Каждый ищет выгодное знакомство. В речах слышна притворная заинтересованность, дружелюбие. По правде же новички используют друг друга до тех пор, пока не возвысятся, а потом они лично растопчут тех, кого называли друзьями, не сходя с порога теплого дома. Этому меня научил дядя, который убил своего родного брата.

В правой руке сжимаю черную трость.

Я ошибку отца не повторю. Не подпущу других близко.

Усаживаюсь на багаже у кромки дышащих влагой джунглей, в стороне от света и смеха, отмахиваюсь от докучливых насекомых. Изучаю соперников. Одни рекруты выглядят грубо, прочие роскошно. Они прибыли со всех островов: чернокожие, смуглые, бледные.

Они – сильнейшие представители своих домов, самые умные и хитрые, и все стоят у меня на пути. Дяде мало того, что я попал в рекруты. Эта часть – самая легкая. Вызов в том, чтобы стать лучшим охотником. Возвыситься над рядами других отобранных. Выбиться в капитаны, и вот тогда… мне предложат имя Урвин и место следующего в очереди на обладание титулом эрцгерцога Холмстэда.

– Как странно, – произносит Брайс, загородив мне вид и выдернув из задумчивости. – Мы два дня пробыли на одном корабле, а я тебя почти не знаю.

– Было бы что узнавать.

Она опускается на бревно передо мной.

– Ну, ты некогда был наследником рода Урвин. Думаю, узнать можно много.

– Ты что, выспрашивала обо мне?

– Громила сам все рассказал. Он, кстати, жутко тебя ненавидит.

– Болван.

– Правда? А почему ты всю дорогу просидел в каюте? Я тебя на камбузе вроде бы всего раз заметила.

– Предпочитаю одиночество.

Глянув на насекомых, с жужжанием вьющихся вокруг моей шеи, она усмехается:

– Зато теперь у тебя есть компания.

Взмахом руки прогоняю парочку комаров.

Брайс смеется, видя, как мне неуютно.

– Брось, – говорит. – Идем, познакомимся с кем-нибудь.

– Я не компанейский.

– Какая жалость.

– Почему же?

– Потому что ты не такой, как все тут, – говорит она. – Придурок, конечно, зато хотя бы не притворяешься кем-то другим. Я заметила, что в Скайленде искренность – редкая добродетель. Кем бы ты ни был, Конрад, ты настоящий.

Она коротко улыбается. Отчасти я даже не против ее компании, но отцовский голос глубоко у меня в подсознании сыплет предостережениями. «Она соперник, – шепчет он. – Сблизитесь – предаст. Так же, как и все остальные».

– Ну так что, ты со мной? – спрашивает Брайс.

– Нет.

Она разочарованно морщится. Мгновение мне еще кажется, что уговоров не избежать, но вместо этого она просто поднимается с бревна.

– Ты ведь понимаешь, что если отвергать всех подряд, то в цехе Охоты не возвыситься?

Вскоре я снова остаюсь наедине с комарами. Стараюсь не смотреть, как Брайс идет через толпу, и отворачиваюсь, когда она заводит беседу с каким-то парнем, слегка тронув его за руку.

Чуть дальше вижу Громилу. Этот, похоже, успел обзавестись свитой. Девчонки хихикают, глядя, какой он огромный, щупают его мускулистые руки. Парни тоже вьются рядом – из-за девчонок.

Внезапно джунгли взрываются рокотом барабанов.

Все замолкают при появлении Коко из семьи Ито. Встав на склоне, мастер оглядывает нас. Сменив традиционную мантию на серебристую форму и черную куртку охотника, она выглядит внушительно.