Марк Эльсберг – Блэкаут (страница 32)
Над главным зданием «Талэфер АГ» простиралось серое небо. Зима навевала уныние. Особенно если в офисе температура не поднималась выше десяти градусов и приходилось кутаться в пуховики и шарфы. Они являли собой смешное зрелище. Уикли уже тосковал по Бангалору.
– Три оператора сообщают о проблемах на электростанциях. Сами разобраться не смогли и просят у нас поддержки.
– Значит, мы обязаны ее предоставить. Что конкретно у них стряслось?
– Точно пока не знаем. Проблема в том, что обычно наши сервисные службы подключаются к ним по Сети и проверяют систему. Но поскольку Интернет не работает, это невозможно.
В ушах у Уикли поднялся странный шелест, постепенно перерастая в гул. Он уже дважды обращался в больницу из-за временной потери слуха. Меньше всего сейчас нужны были эти проблемы. Шум становился громче, появился какой-то треск.
– Что это? – спросил технический директор.
– Вы тоже слышите? – Уикли постарался скрыть облегчение. Это был не самый подходящий момент, чтобы выказывать слабость.
Теперь шум заполнял все вокруг. На окно кабинета легла тень. Уикли различил темно-синий силуэт, затем – рокот вертолета, который медленно опускался на парковку перед зданием.
– Какого…
Они бросились к окну и проследили, как вертолет приземлился между машинами. В тот же миг из него выпрыгнули четыре силуэта, нагруженные тяжелыми сумками, которые побросали на асфальт. Двое, пригнувшись, побежали ко входу, двое других остались стоять. Уикли разглядел надпись на фюзеляже.
– Полиция?
– Что они здесь забыли? – Технический директор удивился не меньше.
Из брюха вертолета стали появляться ящики, и двое оставшихся принимали их и складывали рядом с сумками. Потом появились еще два пассажира, и один из них подал знак. Вертолет снова поднялся в воздух и, заложив протяженный вираж, скрылся из виду. На все ушло не больше трех минут. Затем в дверь постучали.
Они сидели в небольшом конференц-зале, сразу за вестибюлем. Уикли смерил Хартланда взглядом, затем прокашлялся и спросил:
– На каком основании вы собираетесь проводить проверку?
За долгие годы в ведомстве по уголовным делам Хартланд приучился общаться в том числе с главами международных концернов. Уикли сразу не понравился ему своим высокомерием, но он привык к этому и оставался невозмутимым.
– Расследование на предмет террористической активности, если кратко. Я не имею в виду, что вы как-то вовлечены в это, – поспешил он сгладить угол. – Но кто-то в вашей организации может быть причастен. Если это так, вам, конечно, хотелось бы по возможности быстрее внести ясность?
Уикли взвесил слова Хартланда.
– Наша SCADA-система? Это невозможно! – ответил он возмущенно и решительно.
Хартланд ожидал такой реакции. Он развернул список, который получил от Европола, положил перед Уикли и изложил факты.
– Это, должно быть, ошибка, – стоял на своем тот.
– Ошибка или нет, – заявил Хартланд, – но мы должны провести проверку. Предоставьте нам, пожалуйста, список всех сотрудников, которые работали над этим проектом. Кроме того, нам хотелось бы провести встречу сегодня с руководящим составом. Со мной IT-эксперты Федерального ведомства по уголовным делам. Они помогут вашим сотрудникам в поисках возможных ошибок.
– Боюсь, это будет не так просто, – отреагировал Уикли.
Хартланд видел, что это признание дается ему непросто. Он не ответил и ждал, что тот еще скажет.
– Наша система аварийного питания не была рассчитана на такой случай. Многие сотрудники не могут попасть на работу, общественный транспорт встал, а топливо закончилось. И без электричества мы не можем включить компьютеры, на которых хранятся все данные.
И это один из крупнейших поставщиков энергетических концернов, подумал Хартланд, но воздержался от комментариев и лишь кивнул:
– Я об этом позабочусь.
На экране тянулся конвой из военных машин и бензовозов. Манцано вспомнил одноименный фильм, снятый в конце семидесятых.
– Авария во Франции вызвала беспокойство в других странах Европы. Охраняемые колонны доставят дизельное топливо на атомные электростанции, что обеспечит бесперебойную работу систем охлаждения.
Собравшиеся в конференц-зале Европола следили за репортажем.
– За исключением электростанции «Сен-Лоран», все атомные реакторы на континенте и Британских островах находятся в относительно стабильном состоянии, – сообщал репортер. – Международное агентство по атомной энергии сообщает о неисправностях на двенадцати электростанциях. Только на станции «Темелин» в Чешской Республике положение по-прежнему напряженное. А вот из Франции поступают тревожные новости.
Они давно следили за новостями только от Си-эн-эн. Национальные и европейские телеканалы вынуждены были приостановить вещание. На экране появилось размытое, зернистое изображение электростанции. Одно из строений внезапно распалось в громадном облаке.
– На электростанции «Сен-Лоран» произошел второй взрыв. Здание серьезно повреждено.
Люди в жутких защитных костюмах, как гигантские насекомые, неуклюже передвигались по территории электростанции. В их руках трещали дозиметры.
– Замеры показали, что уровень радиации превышен в тридцать раз.
Человек в комбинезоне с логотипом «Гринписа» показал на камеру дозиметр.
– Организации по защите окружающей среды сообщают, что в радиусе двадцати километров от электростанции уровень облучения опасен для здоровья.
Колонны военных грузовиков, внутри которых теснились закутанные в зеленое солдаты специальных подразделений, казалось, приехали со съемок фильма-катастрофы.
– Французское правительство постановило эвакуировать население в радиусе двадцати километров.
Кадры из временных убежищ в каждом репортаже уже стали привычными. Манцано заметил, как Боллар набирает номер и, приложив трубку к уху, смотрит репортаж.
На экране появились кадры с аэродрома. Грузовики, словно игрушечные, исчезали в недрах громадного самолета, как планктон в пасти кита. На других кадрах солдаты грузили ящики и перегоняли машины.
– США, Россия, Турция, Китай, Япония и Индия готовят к отправке первые спасательные группы.
Боллар, так и не дождавшись ответа, положил трубку.
– Пора прекращать это безумие, – сказал кто-то.
Остальные хранили молчание.
Хартланд организовал оперативный штаб в одном из конференц-залов за вестибюлем. Столы были сдвинуты в вытянутый прямоугольник. С одного конца стояли компьютеры его сотрудников. Другую половину отвели для совещаний. Генераторы, расставленные во дворе, давали достаточно энергии для ноутбуков и санузлов на первом этаже. Техники отключили лифты и электроснабжение верхних этажей. Даже Уикли был вынужден оставить свой кабинет и спуститься к ним. Но это не помешало ему занять отдельное помещение, где он и устроил себе временный кабинет. Однако сейчас Уикли присоединился к остальным и говорил о положении дела внутри концерна.
– Наша команда разработчиков включает семь инженеров, двое из них здесь с нами. Всего в штате около ста двадцати человек. Подробнее вам доложит господин Динхоф.
Высокий худощавый мужчина с венцом седеющих волос и бородой взял в руки отпечатанный лист, пробежал глазами и сообщил:
– Трое наших менеджеров в отпуске, пока мы не смогли с ними связаться. Еще двое проживают в Дюссельдорфе, но, вероятно, им пришлось перебраться в какое-то из временных убежищ; нам пока неизвестно в какое. Возможно, вы могли бы помочь нам в поисках – у вас наверняка есть доступ к соответствующим службам, – он взглянул на Хартланда.
– Я за этим прослежу, – кивнул тот.
– Из всех сотрудников до сих пор мы смогли связаться только с десятью. К остальным пока не добирались, поскольку у нас не хватает людей и топлива для машин. Кого-то мы просто не застали дома. – Он отложил листок в сторону.
– Дайте нам список имен и адреса, – попросил Хартланд. – Мы постараемся их разыскать.
Динхоф кивнул.
– Что касается SCADA-систем, то мы смогли начать анализ только утром. Системы хоть и содержат в своей основе несколько общих модулей, но мы приспосабливаем их для каждого клиента индивидуально. Само собой, в первую очередь проверим эти базовые протоколы. В случае если наши системы действительно стали причиной сбоев, то дефект, вероятнее всего, содержится именно в них, учитывая количество затронутых электростанций.
– Хорошо, – сказал Хартланд. – Продолжайте работу. А мы постараемся разыскать и привезти ваших сотрудников.
Выставочный зал располагался в современном, функциональном здании. Над входом белыми буквами красовалась надпись «Dumeklemmerhalle»[5].
Перед входом группами стояли люди, тихо переговаривались или курили. Хартланд прошел в просторный холл. Там, где обычно посетители покупали билеты, встречались перед мероприятиями, запасались попкорном и напитками, сейчас находились люди в зимней одежде, хотя внутри было заметно теплее. Через широкие двери Хартланд заглядывал в большие залы. На мгновение время словно повернулось вспять: вспомнился 1997 год, он проходил службу в армии и состоял в спасательном отряде при разливе Одера.
На досках, поверх цен на билеты, снэки и напитки, висели белые таблички с простыми надписями: «Прием», «Красный крест», «Группа добровольцев», «Материальная помощь». Указатели к туалетам, душевым и пунктам выдачи продовольствия, расположенным в других помещениях. Вдоль стены висели многочисленные листки и фотографии – некое подобие доски объявлений, как предположил Хартланд.