Марк Дуал – Междулистье (страница 11)
– Если ты не возражаешь, я еще побуду здесь. Эта тишина меня успокаивает, – сказала Элия и положила подбородок на ладони.
– Конечно. Если что, я буду в каюте.
Бейрик кивнул Элии и быстрым шагом направился в нижние отсеки.
Глава пятая.
Остров Эмири.
Паэлий осторожно шел по тропе, призывая держаться Неоллу позади него и остерегаться кустов. На остров опустилась такая тягучая тишина, что даже хруст травы под ногами был еле слышен. Она вонзалась в уши со свистом, изредка, словно из-под воды, донося речь отца. Неолла сжимала уши ладонями, но становилось только еще тише. И воздух словно загустел, дышать становилось все трудней и трудней. Ни единого дуновения ветра не доносилось вглубь острова, где жила семья Саэгли.
Неолла, ступая след в след за отцом, следила за окружающими их кустарниками и, выставив кулаки, ждала нападения из-за каждого поворота. Неподалеку промчалась стая супельмункий, но, так и не заметив чужаков, унеслась в противоположном направлении. Лес наполнился бурной жизнью. Что-то всколыхнуло его привычную безмятежность.
А на листьях кустов покачивалась серебристая роса, искрясь в редких солнечных лучах. Высокие заросли кустарников и тянущихся вверх крючкообразных растений затеняли местность, сгущая мрак. Неолла старалась не показать своего испуга и только криво улыбалась, когда отец поворачивал голову, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке.
Дом Саэгли уже был близко. Но пока стояла тишина, и ничего не выдавало, что здесь произошло что-то ужасное, как и в доме Эмири. Паэлий всем сердцем надеялся на лучшее. Дван Саэгли был очень вспыльчивым мужчиной, и можно было полагать, что ему вряд ли понравится вторжение Рантов на его территорию. Но ситуация была из ряда вон выходящей. Во что бы то ни стало, нужно было предупредить их о происходящем на острове.
Паэлий и Неолла вышли на открытое пространство, залитое ярким полуденным солнцем, и осмотрелись. Неолла была здесь впервые. В этой части острова ей запрещалось появляться. Каждая из семей поселилась на отдельной территории и жила обособленно. Это только Паэлий Рант и Кенджи Эмири с сыном, втайне от Саэгли, сговорились охотиться вместе. Особенно после того, как несколько семей были убиты животными на охоте, а иные погибли в собственных постелях, не пожелав заблаговременно обезопасить свои дома.
Семья Саэгли состояла из трех человек: Двана Саэгли, его жены Ниоры, и их взрослой дочери Цэчимы. Все трое не отличались учтивостью и доброжелательностью. Правда, Сэту Эмири очень была по нраву их дочь. Более красивой девушки на острове было не сыскать. Высокая, с волосами цвета вороньего крыла, Цэчима словно сошла со страниц книг, хранящихся в доме у Рантов. Неолла несколько раз пересекалась с ней на восточном пляже острова, но девушка всегда была замкнутой и отстраненной. Она никогда не купалась в море с остальными детьми, а сидела на песчаном берегу и смотрела куда-то вдаль. И никто не нарушал ее одиночества. Дван Саэгли отсек все попытки соседей к общению, и они поселились в самой глубине острова, куда мало кто заходил.
Паэлий осторожно, не касаясь ветвей, сделал несколько шагов вперед и подозвал к себе дочь.
– Ты сиди здесь и, если что случится, беги к дому. Дорогу запомнила?
Неолла утвердительно кивнула и легла в траву. Девочка неотрывно следила за каждым шагом отца, пока тот не оказался у ограды. Она слышала его голос, который словно эхо долетал до нее. Отец позвал по имени всех Саэгли, но никто не ответил на его призывы. Неолла лежала на теплой траве, и зеленые острые кончики щекотали ее открытые ноги. Она перевернулась на спину и замерла. Над ней парило странное насекомое. Огромное, похожее на земляных жуков, только с крыльями как у летучих мышей. Оно вперило в нее взгляды многочисленных глаз и зловеще зависло над ней. Его мохнатые лапки потянулись в ее сторону. Но встревоженное чем-то, оно резко взмыло вверх. Послышался хлопок и, будто вывернутое наизнанку, насекомое исчезло в ту же секунду. Только маленькая светящаяся капелька успела соскользнуть с его крылышка, и стала падать вниз.
Неолла, итак до чертиков напуганная, зажмурила глаза и попыталась успокоиться. Она старалась думать о том, что ничего не произойдет, и эта капля упадет рядом с ней в траву. Но ее ожидания не сбылись. Прозрачная капля упала прямо ей на лоб. Неолла почувствовала, как тело ее стало горячим. Капля растеклась по лбу тонким слоем и устремилась к краешкам глаз, исчезая под веками девочки. Все вокруг перед ее глазами заволокла золотистая дымка. Неолла вздрогнула и вскочила на ноги.
В этот момент раздался еще один хлопок, и дом Саэгли разлетелся на куски. Но тут же обломки, среди которых она увидела своего отца, снова сошлись воедино, и сплющились в маленький комок, исчезнув с оглушительным грохотом. Неолла попыталась закричать, но ни единого звука не вырвалось из ее рта. Только жар внутри тела все усиливался. Она, что есть сил, побежала к месту, где еще минуту назад стоял дом, но упала на колени, почувствовав себя плохо.
Девочка попыталась снова встать на ноги, но резкая боль пронзила ее голову. Из глаз потекли слезы и были они такие же серебристые, как и капля. Она посмотрела на свои руки и ужаснулась, увидев, что они светятся изнутри. На указательном пальце, под ногтем, мерцали две зеленые точки. Она поднесла его к лицу и увидела маленькую головку неизвестного ей существа, которая тоже смотрела на нее и моргала. Приступ паники сдавил горло Неоллы, и она упала навзничь, в траву. Всего одного раза хватило ей моргнуть, чтобы исчезнуть с острова Эмири, переносясь из одного мира в другой через портал Междулистья.
* * *
Лестия не могла найти себе места от переживаний. Муж и дочь ушли уже много часов назад и пропали. А она, запершись с детьми в доме, ходила от окна к окну и ждала их возвращения. Мирроль лежала на постели Неоллы и мирно посапывала. А Тони сидел на полу и рисовал на листке какие-то узоры. Но Лестия чувствовала, что произошло что-то плохое с ее родными. Никогда еще ночью никто из них не покидал дом. И ее мучили страшные картины, когда она представляла себе, что может твориться там, за оградой, в это темное время. Но побежать к мужу и дочери на помощь женщина не могла. Она не могла оставить детей одних. Ведь неизвестно, кто мог забраться в дом, пока они были бы вдвоем. И ей ничего не оставалось, как сидеть в запертом доме и дожидаться их возвращения.
Лестия решила хоть ненадолго отвлечься от мыслей и приготовить ужин. Дети уже много часов ничего не ели и в скором времени могли проголодаться не на шутку. Поэтому она набрала в миску немного кореньев и клубней и ушла на кухню. Но, скрывшись в ее тени, разрыдалась. Слезы душили Лестию, и она судорожно глотала воздух. Мысли о гибели Паэлия и Неоллы одолевали ее с каждой минутой все больше и больше.
Выронив из рук нож, Лестия упала на колени и схватилась за подол, отрывая от него куски.
– Мамочка, а где папа и Неолла? – спросил, вошедший Тони.
Она обняла его и прижала к себе.
– Они скоро вернутся. Видимо, у них появились еще дела или они поймали на ужин чего-нибудь вкусного, – уже спокойней, ответила она сыну.
– Хорошо бы это была не супельмункия. А то у меня живот после них пучит.
– Я тоже надеюсь, что они принесут что-то получше, – она взъерошила его волосы и отправила мальчика обратно в комнату.
Встав у окна, Лестия всмотрелась в сгущающиеся сумерки. Но ни одной тени не увидела во дворе. Она стала молиться Богам, чтобы они сберегли всех их. Но ее встревожил крик Тони.
– Мама, Мама!
Лестия со всех ног бросилась в комнату. Тони стоял у распахнутой двери и по его щекам текли слезы.
– Тони, зачем ты раскрыл дверь? – плача, Лестия кинулась закрывать дверь.
– Это не я, мамочка. Это тетя Малла.
Мирроль вскочила на кровати, услышав имя своей матери. Но Лестия только отшвырнула Тони вглубь комнаты и приказала им молчать. Прислонившись к двери ухом, она вслушивалась в происходящее за ней. Вдруг в дверь постучали.
– Кто там? – испугавшись, прокричала она.
Но никто не ответил. Раздался хлопок и снова раздался стук в дверь. Но и в этот раз никто не ответил на вопрос. Лестия осторожно прокралась к окну и посмотрела в него. На секунду она увидела лицо Маллы Эмири, но оно словно растаяло тут же, прямо на ее глазах. И снова постучали в дверь. Но, взглянув через окно на порог, Лестия никого не увидела. Мирроль и Тони уселись на кровати и прижались друг к дружке. Пришелец за дверью пугал их своими играми.
Снова раздался стук в дверь. На этот раз он был намного настойчивей. И послышался женский голос. Лестия узнала голос Маллы. Она распахнула дверь, но на пороге снова никого не было. И в тот самый момент, когда она стала закрывать дверь, в комнату вбежала Малла Эмири. Но, сделав несколько шагов, она растаяла в воздухе как тень. Лестия отпрянула от двери в испуге и взяла в руку топорик Паэлия, который лежал на полке рядом с ней.
В этот миг в комнату снова вбежала Малла. Но также, как и несколько секунд назад, она исчезла. Мирроль громко заревела, и Тони тоже сопел со слезами на глазах. Лестия встала на пороге в ожидании всего возможного. Но ждать долго не пришлось. Спустя секунд десять, из темноты выпорхнула мать семьи Эмири и упала в объятья испуганной женщины.