Марк Адамов – Тимлид (страница 16)
– В основном, там сплетни разные. Кто сколько получает, кто кого отчитал или трахнул на корпоративе, – Игорь вернулся в кадр, заметно покраснев. – Но на выходных скинули вот эту фотку Алисы, где она в трусах. Ты, как я понимаю, и сам видел.
Подозрение, что наполнило голос Игоря на последних словах, резануло Алекса по горлу.
– Дело серьёзное, Игорь, как ты сам понял, – сказал он строго. – Двадцать пять кусков – в никуда, ещё и обнажёнка кого-то из команды теперь гуляет по секретным чатам. Я хочу знать, кто это скинул и когда. Мне нужен доступ…
– Да это же только админ может сделать, – Игорь посмотрел на него, как на ребёнка. Или дурака. – И чат называется «без боссов». А ты – босс, вполне себе.
– Тогда пришли мне всё, что можешь, из этого чата.
– Алекс, блин, он же секретный! Я же сказал, что скриншоты в нём заблокированы. Если попробую – выйдет чёрный экран, а админ получит оповещение.
Настала очередь Алекса смотреть в веб-камеру свысока:
– Так просто открой его и пофоткай экран.
Игорь весь сдулся и вяло покивал:
– Попробую, босс. Но мне вся эта история не нравится. За команду, знаешь ли, обидно.
«За команду, которую ты и поимённо не назовёшь?»
– Просто пришли, как сможешь, после работы, – попросил Алекс, с усилием смягчив голос. – И постарайся побольше нарыть об этих мутных кампаниях. И особенно о том, куда ушли наши деньги.
17.
– Ну, что? – нетерпеливо жужжал наушник голосом Кристины. – Прислал что-нибудь?
Алекс вытянулся на диване и вздохнул. Ноги он скрестил и чуть свернул таз вправо, чтобы отщёлкнуть ноющую поясницу.
– Мы договорились, что Игорь займётся секретным чатом после работы, – напомнил он.
– Так, работа-то закончилась! Знаешь, сколько… Четыре минуты как!
Алекс сощурил один глаз и вновь пролистал список идентификаторов, который прислал Игорь парой часов ранее. За каждым набором символов таилась целая рекламная кампания: по полноценному видеообзору, купленному за сотни и тысячи долларов из бюджета «Нексторы».
Результат – ворох аномально бойких пользователей, которые пролистали половину продуктовых страниц и благополучно вышли навсегда.
– В голове, сука, не укладывается, – Алекс ввёл один из кодов в базу рекламных публикаций. – Вот кто бы подумал, что именно Алиса обчистит нас на двадцать пять штук и смоется в закат?
Что-то зашуршало на том конце «провода»:
– Надеюсь, что не ты, – буркнула Кристина.
Раздался протяжный гул поверх её голоса, вслед за ним хлынул шумный поток воды. Алекс вскинул брови:
– Ты что, на туалете?
– Уже нет, – безразлично ответила Кристина.
Алекс молча покивал, выпучив глаза. Кристина же громко шмыгнула носом и с напором продолжила:
– Лучше ты объяснись. Ты правда веришь, что Алиса могла обокрасть твой бюджет, кинуть своего парня и просто убежать в никуда? Серьёзно? Алиса, наш губастый одуванчик?
– Я верю тому, что вижу.
– Давай без бритв и Оккам, пожалуйста.
На экране как раз появился один из тех самых видеообзоров. Алекс быстро прокликал по полосе внизу проигрывателя, но картинка менялась едва ли.
О свежих решениях «Нексторы» для платежей фрилансеров и малого бизнеса вещал нарочито холёный парнишка лет двадцати двух с выбритыми висками и улыбкой в шестьдесят четыре зуба. Сошёл с постера арийской пропаганды, не иначе.
В несмываемой улыбке не таилось ни искорки жизни. Голубые глаза смотрели ровно, без эмоций, а руки точно приклеились к столу возле громадного микрофона. Фон за ним – явно компьютерный: типичные для модного блогера стеллажи с коллекционными фигурками и светодиодными лентами вдоль полок.
Сошло бы за зелёный экран, будь сам парень по имени Джейсон Гарнетт хоть капельку живее.
– Ты бы видела эти ролики, Крис, – простонал Алекс, уже открывая следующий. – Очевидная нейросеть, аномальные «лайки» и полотна сгенерированных комментариев. Алисе бы десять секунд хватило, чтобы бросить их в топку.
– А она купила их видео за большие деньги… – протянула Кристина, что-то пожёвывая. – Вопрос – зачем?
Алекс знал, что напарница взорвётся, припомни он ещё хоть раз старину Оккама. Пока он мялся с ответом, Кристина вновь подхватила руль их телефонного разговора:
– Слушай, можно нескромный вопрос?
– Хм-м?
– Вы там, в маркетинге, вообще не следите, куда такие деньжищи шлёте? Неужели никакого следа не осталось?
Алёкс дёрнулся, будто ощутив жало осы где-то в районе седалища, и вернулся к списку кампаний в аналитической консоли.
В последний год руководство «Нексторы» – и лично Жорж, проникшийся тренингами бизнес-гуру в Дубае и Торонто – активно поддерживало «оптимизацию процессов» в лучших «бирюзовых» традициях. Иначе говоря – противоположность бюрократии, и столь же опасное явление, если возвести его в абсолют.
Значительная часть кампаний у опытных ребят, вроде Алисы или Макса Хоффмана, проходила без лишней волокиты и цепочек одобрений. Но предел тому был – и Алиса это знала хорошо.
– Она начала с сумм поменьше, – рапортовал Алекс, вчитываясь в каждую строку. – До полутора тысяч не нужны одобрения и даже контракты с исполнителем. А вот выше… Да, под конец она явно обнаглела.
Две последние кампании превысили этот порог – три и пять с половиной тысяч долларов за видеообзор. Финансы бы уже давно снизошли из Чистилища по душу Алекса, проведи они такие активности без нужных бумажек с цифровой закорючкой исполнителя в графе «подпись».
Об этом он и сообщил вдруг замолчавшей Кристине.
– Значит, какой-то след всё же есть, – резюмировал Алекс на выдохе. – Я проверю их контракты в базе. Там должны быть названия компаний, адреса, номера регистров…
– И не забудь добавить на доску всё, что пришлёт Игорь по их крысиному уголку.
18.
Алекс уже забывал, как пахнет снаружи. Кажется, сладкой выпечкой, под вечер уступавшей многим килограммам мяса, что дымилось на грилях по всей округе. Изредка – бензином и мокрой травой.
Этой весной окно доводилось открывать редко: слишком уж крепкой выдалась Кошава. Этот зябкий ветер дул нескончаемым потоком прямо в окна его гостиной на шестом этаже, заставляя дребезжать рольставни снаружи.
Из дома Алекс всегда выходил редко – с тех пор, как тринадцатилетним пацаном открыл радости целых фантастических миров, помещавшихся на жёстком диске компьютера. Удалённая работа лишь усугубила его привычку замыкаться меж кроватью, холодильником и ноутбуком.
А когда Алиса Марченко пропала вместе с парой десятков тысяч со счетов «Нексторы», то, что осталось снаружи, тускнело быстрее, чем скоротечный зимний закат.
Игорь соизволил поделиться тем, что имел по секретному чату «Без-Боссов» совсем уж поздно. Алекс даже заглушил оповещения о сообщениях Кристины. Советы бомбардировать вопросами самого Игоря на напарницу подействовали не больше, чем Аспирин на пулевое ранение.
Оповещения он вернул, лишь когда изучил файлы сам и добавил их на виртуальную доску.
К сообщению Игорь прикрепил несколько снимков экрана. Буквальных фотографий его широченного монитора, сделанных с довольно близкого расстояния. На половине снимков в отражении монитора торчало сосредоточенное лицо Игоря и кусок волосатой груди. Почему-то – обнажённой.
– «Без Боссов», значит, – Алекс раз за разом открывал снимки по порядку. – Понятно, почему.
Похоже, чат и впрямь был анонимным. Вместо имён – сложные ники разной степени остроумности. Дизайн минималистичный, аватаров нет. Отличное место, чтобы приоткрыть дамбу скопившегося в душе дерьма.
Алекс хмыкнул и пролистал дальше. Пару снимков Игорь приложил как пример того, что обсуждалось в чате. Помимо рассуждений о голосе Александра Корнева, то были, в основном, дешёвые сплетни.
Он должен был искать упоминания Алисы, но всякий раз ловил себя на том, что своё имя ищет куда тщательнее.