Мария – Иллюзия эволюции (страница 6)
Стол окрасился в серый цвет и на краю появился таймер ожидания заказа.
– Знаешь, может помощь и нужна, – Лия достала голограф и открыла сохраненные данные исследований. – Что ты об этом думаешь?
Мия внимательно посмотрела на графики и спектры. Пролистала несколько раз туда—сюда данные с двух разных приборов.
– Похоже на жесткую кристаллическую решетку, будто листок дерева, с одной стороны зеленый и живой, но плавно перетекает в затвердевший, как будто окаменевший.
– Я подумала о том же. Пробовала воспроизвести, но ничего не вышло. Мне нужно будет найти человека, проводившего эти измерения. Я знаю точную дату, но учетная запись уже удалена, придется перекапывать журналы.
– У тебя есть доступ в хранилище? Если нужно, планов на сегодня у меня не было. Можем вместе полистать, может чего найдем.
Девушкам принесли их бесподобно пахнущую еду.
– Если тебе правда будет не сложно, я буду очень рада. Одной мне там дел до завтрашнего утра.
– Ну, вдвоем как раз управимся за день, и ты сможешь выспаться на своем любимом диване, – Мия улыбнулась подруге, и они продолжили свой завтрак за беседой о всяких пустяках.
***
–Итак, есть две даты— второе и четвертое июня. Возьмешь эту базу? – Лия переправила на соседний схемолит файл. – Я займусь четвертым числом.
Девушки начали просматривать даты входа и выхода из здания, записи с камер видеонаблюдения, даты авторизации пользователей. Пара часов пролетела незаметно. На третий час Лия начала разминать затекшую шею. Стены маленького помещения, в котором они находились, понемногу начинали давить. Помещение без окон, приглушенный свет. Только лишь три стола, расположенные вдоль трех стен, три стула, три схемолита и дверь. Архивом редко пользовались, только при служебных расследованиях.
– Я, пожалуй, принесу нам био—чай. Тебе какой? – Лия встала и потянулась.
– Давай энергетический? – Мия не отрывалась от просмотра базы данных.
– Я думала ровно о том же.
Девушка вышла из кабинета и зашагала по коридору в ближайшую комнату отдыха. Как хорошо, что часть кабинетов отвели под такие нужды. Когда в лаборатории не было комнат, где стояли холодильники с гелями и чаем, диваны и раковины, Лие приходилось каждый день мотаться домой: час туда, час обратно. Это выматывало.
Вернувшись в помещение архива с двумя баночками в руках, Лия встряхнула каждую из них, тем самым подогрев напиток.
– Держи, – она протянула подруге теплую банку из стекла с фиолетовым напитком внутри, – Есть что—нибудь?
– Сложно сказать, две странных записи с камер, но на них разные люди, в этот день авторизация была с удаленного аккаунта, может быть, что это разные учетные записи. Вот, смотри. – Мия включила запись с камеры в кабинете с ЯМР.
На видео молодой человек сидел за схемолитом, затем встал, подошел к ЯМР, потом снова к схемолиту, провел рукой по волосам, забрал образец из ЯМР, выключил компьютер и вышел из кабинета. Лия раньше не видела этого парня. Относительно стола, он казался высоким, широкие плечи, короткие темные волосы. Прямой нос и темные глаза. «Ордалий…», пронеслось у Лии в голове. На втором видео был явно другой человек. Камера в кабинете АСМ зафиксировала, как худощавый парень точно так же проводит исследования на микроскопе, катаясь на кресле между оборудованием и схемолитом. Кудрявые каштановые волосы, голубые глаза, совсем худой. Кажется, он разговаривает сам с собой?
– Думаю их—то нам и нужно искать. Аудиодорожка с камеры у АСМ есть? – Лия отпила био—чай, хотя энергии в ней было уже хоть отбавляй.
– Да, минуту. – Мия открыла другой файл и девушки услышали монолог.
«Снова не то. Оххх… Почему же ты не состыковываешься с материалом Айзека, что в тебе еще изменить…Сопротивление минимальное, мощность идеальна, ты не мог сгореть…»
– Айзек. – Лия отставила банку с чаем в сторону и повернула на кресле Мию к себе одним движением. – Айзек!
– Я не знаю ни одного Айзека, уж прости
– Да найти его по внешности и имени проще простого! Открывай базу работников, поищем его имя в других исследованиях. Судя по всему, он Ордалий, давай искать в неорганике.
Девушки снова взялись за поиски информации. Благо все статьи работников лаборатории сохраняли в архив.
– Мия, а у твоего учителя в старшей школе фамилия случайно не Грав была?
– Да, ты что—то нашла?
– Он был Ордалием?
– Да… – Мия придвинулась к Лие и заглянула в экран схемолита.
– И у него похоже был сын…
Девушки смотрели на статью о применении фенолов в лечении раковых опухолей, соавтором которой был некий Айзек Грав.
– Ему тут лет двадцать, не больше. Но он правда похож на отца, – Мия обратила внимание на подругу.
Щеки у Лии горели, в глазах появился азартный блеск. Все карты на руках. Она знает, как его зовут, знает его примерный возраст и как он выглядит. Теперь не составит труда найти его, пробить по паре баз данных и готово, и не важно, что это снова займет уйму времени.
– Мия, спасибо тебе большое… – Лия не отрывалась от экрана монитора, откуда на нее смотрел молодой парень, с теми же темно—карими глазами.
Девушки выгрузили все необходимые данные, стерли истории сессий и отправились в комнату отдыха, чтобы переварить информацию. Мия еще какое—то время помогала подруге разобраться с дальнейшим планом действий, но, когда за окном небо окрасилось в красный и солнце зашло за горизонт, предложила Лие пойти переночевать на диване в своей квартире.
– Тебе же все равно нравится спать на диване, поспишь на моем, – улыбнулась Мия.
–Мне нужно запустить новые измерения, спасибо тебе большое. Когда я пойму, как уменьшить нейро—сопротивление, я обязательно впишу тебя соавтором в свои исследования!
– Впиши меня лаборантом—помощником, этого будет достаточно.
Девушки в хорошем расположении духа выдвинулись к выходу из лаборатории. Когда Мия ушла, Лия вернулась в лабораторию, запустила очередной образец в симулятор и отправилась спать на свой любимый неудобный диван.
На удивление, сон пришел быстро. Лия провалилась в небытие, чему была очень рада.
Утро наступило раньше, чем хотелось бы. Кто—то уже хлопнул холодильником. Девушка открыла глаза и увидела, как ее коллега открывал фито—чай, смотря прямо на девушку.
– Да ладно, уже рабочий день начался?
– Еще десять минут, и да, – Максим сделал глоток чая и предложил Лии, но она отказалась.
– Иди отсюда, дай я приду в себя, – простонала девушка, не желая вставать.
– Ухожу—ухожу.
Парень вышел из комнаты, и Лия поднялась с дивана. Потянувшись, она стала вспоминать события вчерашнего дня.
«Сначала приведу себя в порядок, быстро выполню задачи на день и отправлюсь копаться в базах данных».
***
Проделав ежедневные ритуалы, Айзек устало опустился на кровать. «Через десять минут нужно выходить. До лаборатории идти двадцать минут. Подняться на второй этаж, отметиться, взять список заказов, спуститься на первый этаж, взять реактивы, выйти. Обратно идти двадцать минут. Все займет семьдесят минут». Ближайшие два часа Люциана лучше было не беспокоить. По указаниям врача, Айзек ежедневно вводил другу снотворное, чтобы он не сошел с ума от невозможности двигаться и в целом существовать, да и сон в качестве лечения никто не отменял.
Айзек провел рукой по волосам, сменил свои домашние спортивные штаны на серые брюки с идеально выглаженными стрелками. Чистой одежды осталось не много… Нашлась одна белая рубашка, которую Айзек не стал заправлять в брюки, но провел по ней руками, чтобы не осталось ни одной лишней складочки. Надев вычищенные до блеска туфли, Айзек отправился в лабораторию.
Каждую неделю ему приходилось отмечаться в книге аккредитованных сотрудников. Совет не вынес ему приговор несмотря на то, что правило гуманности было нарушено. Люциан все—таки остался жив, судя по данным мозговой активности, а инцидент списали на несчастный случай, в связи с добровольным согласием Люциана на эксперимент. Передвижения Айзека ограничили, отметки о входе и выходе из квартиры передавались секретарю Совета. В лаборатории ему выдавали рутинные задачи, которые не требовали специального оборудования. Ему запретили разглашать сведения об эксперименте, благодаря которому Люциан был полностью парализован. Свое решение Совет объяснил ценностью Айзека как научного кадра и предложил сделку. Исследователь может продолжать жить в своей квартире. Чтобы его аккредитация не пропадала даром, он должен синтезировать реактивы для практикантов лаборатории. В случае, если его знания и сила будут нужны, Совет направит за ним человека, который будет сопровождать Айзека во время реализации проекта. Соглашение о конфиденциальности и короткий поводок. Он выдвинул встречное условие— обеспечить квартиру всем необходимым для заботы о Люциане. Совет пошел ему навстречу, ведь пациент со столь странным диагнозом явно вызвал бы вопросы у медицинского персонала.