Мария Зотова – Москва купеческая. Как купцы себе и нам столицу построили (страница 24)
Пассажи быстро становятся популярными. В них можно с комфортом совершать покупки, встречаться с друзьями, обедать в лучших ресторанах и просто прогуливаться. А раз покупателям нравится, значит, пассажей должно появиться как можно больше.
Солодовников решил не отставать и в 1870-е годы затеял строительство своего собственного торгового здания на углу Кузнецкого моста и Петровки. Но осуществлению проекта предшествовала неприятная ситуация. Однажды Солодовников прогуливался по городу и встретил своего старого знакомого, московского купца. Тот был в отличном настроении и поделился с Гаврилой Гавриловичем радостью – ему удалось сторговаться при покупке участка на Кузнецком мосту. Солодовников выслушал друга, узнал у него подробности и… отправился напрямую к владельцу участка, чтобы перебить цену и купить землю на торговой улице самому. Ситуация была некрасивая, но очень характерная для Солодовникова. Он никогда не ставил личные отношения выше своих финансовых интересов.
Для разработки проекта Солодовников пригласил архитектора Николая Никитина, который перестроил стоящие на участке здания в роскошный пассаж. Основой для будущей галереи с магазинами стал особняк Дмитрия Татищева, построенный в 1821 году. Трехэтажный доходный дом был оформлен колоннами, лепниной и входил в Архитектурный альбом лучших московских зданий. В 1878 году пассаж объединили с соседним зданием, внутренний двор перекрыли двускатной стеклянной крышей.
Кузнецкий мост всегда был торговой улицей. Преимущественно торговлю на ней вели французы, и москвичи с удовольствием заглядывали в магазины в поисках самой модной одежды, изысканных духов и необычных шляпок. Проблем с потоком покупателей не было, поэтому арендаторами в новом пассаже Солодовникова стали «Товарищество Эмиль Циндель», продававшее ткань, «Товарищество Алексея Абрикосова» с целыми ассортиментом кондитерских изделий, парфюмеры «Брокар и Ко». Для оформления интерьеров пригласили самых модных московских архитекторов.
В 1904 году у Солодовникова заработал один из первых московских кинотеатров, а на верхнем этаже здания устроили театральный зал, где играли свои спектакли театры «Шекспировский кружок», «Немецкий театр», «Театр Буфф», «Мефистофель».
Солодовников и сам был частым посетителем своего пассажа. Правда, интересовали его не модные наряды или сладости. Он хотел понять, какие из магазинов больше привлекают покупателей, чтобы на следующий год повысить им арендную плату. В только открывшийся пассаж Гавриил Гавриилович заманивал будущих арендаторов низкой арендной платой, и вот пришло время подумать о собственной выгоде. Те, кто платил 2000 рублей в год, теперь должны были Солодовникову 6000, а те, кто изначально согласился на 3000 рублей, и вовсе столкнулись с необходимостью выплачивать 10 000.
После революции в пассаже Солодовникова продолжалась торговля. Но в 1941 году здание было разрушено во время ночной немецкой бомбардировки, восстанавливать его не стали. После войны на этом месте разбили сквер, который стал продолжением Кузнецкого моста. А в 1974 году этот участок вновь получил торговое назначение – здесь построили новое здание ЦУМа.
Театр Гавриила Солодовникова
Театральные спектакли, игравшиеся на верхнем этаже пассажа, вероятно, и стали причиной зарождения у Гавриила Гаврииловича любви к театру. Он решил построить собственный, не забывая при этом и о выгоде.
Участок, на котором предполагалось построить театр, Солодовников приобрел еще в 1860-е годы. Имеющееся строение со стороны Кузнецкого моста он переделал под магазин «Aubonmarche» («По доступным ценам»), а в 1894 году на большой части участка начал новое строительство. За разработкой проекта Гавриил Гавриилович обратился к архитектору Константину Терскому. Тот, зная характер заказчика, вначале предложил небольшое здание, но Солодовников хотел масштаба. В результате Терский всего за 8 месяцев возвел шестиэтажное театральное помещение.
И масштаб впечатлял! Зрительный зал был рассчитан на 3000 мест (тогда как в соседнем Большом театре, напоминаем, было 2300 мест), в оркестровой яме свободно размещались 100 музыкантов, а публика в ожидании спектакля могла прогуливаться по трем громадным фойе и проводить время в буфете. На Рождество 1894 года в Москве ожидали открытие нового тетра, но получение разрешения от городской комиссии затянулось, в проекте нашли множество недочетов. Обнаружились проблемы с обеспечением пожарной безопасности, смущало и наличие асфальтированного пола, а часть зрительских мест и вовсе имела плохой обзор. Москвичи ехидно назвали новое здание «Дмитровским сараем» (по названию улицы), а Антон Чехов именовал его «коробкой из-под спичек».
Но все недостатки были устранены, и в декабре 1895 года театр открылся. Первой оперой на новой сцене стала «Фаворитка» Донцетти. В первый год в репертуаре чередовались итальянская опера и спектакли труппы Михаила Лентовского, с которым Солодовников был знаком по работе в пассаже и имел приятельские отношения.
В 1896 году в театре состоялась необычная для москвичей премьера. Впервые в городе был проведен киносеанс. Французский импресарио привез картину братьев Люмьер «Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота». Неизвестно, испугалась ли наша публика, как и французская, что поезд может выехать прямо на них, но картина пользовалась успехом.
В том же 1896 году театр Солодовникова арендовал Савва Иванович Мамонтов для своей Частной русской оперы. До 1904 года с небольшими перерывами на этой сцене были поставлены оперы «Снегурочка», «Псковитянка», «Хованщина», «Орлеанская дева» и «Каменный гость» Римского-Корсакова, Даргомыжского, Чайковского, Мусоргского. Именно здесь Мамонтов впервые представил публике восходящую звезду Федора Шаляпина, здесь же дирижером впервые выступил Сергей Рахманинов.
В 1907 году в здании начался серьезный пожар, который имел разрушительные последствия, театр пришлось перестраивать. К работам пригласили архитектора Траугота Бардта. После окончания работ театр арендовала Частная опера Сергея Зимина. После революции бывший театр Солодовникова сохранил свое назначение и был переименован в Малый государственный оперный театр, а с 1961 года в здании располагается Московский театр оперетты. После всех перестроек здания количество зрительских мест сократилось до 1600.
Строительство московской консерватории
Еще одним щедрым вкладом Гавриила Солодовникова в культурную жизнь Москвы стало пожертвование на строительство Московской консерватории. С 1871 года консерватория занимала бывшую усадьбу Екатерины Дашковой на Большой Никитской улице. Но с ростом числа желающих обучаться музыке стало очевидно, что здание, которое никогда не видело перестроек, больше не подходит. Тогда директор консерватории Василий Сафонов решился на расширение и обратился к городским властям.
Проект требовал огромных средств, денежной помощи от государства не хватало, и руководство консерватории обратилось к московским предпринимателям, неравнодушным к искусству. Необходимые средства были в итоге собраны, строительство началось в 1895 году.
Автором проекта выступил архитектор Василий Загорский, который не только не взял оплату за работу, но и закупил мрамор для парадной лестницы на личные средства. Также в здание пустили арендаторов – еще до окончания строительства открылись винные подвалы с лавкой, владельцы которых передали крупную сумму в счет будущей аренды.
В 1898 году студенты приступили к занятиям в новых классах, в том же году был открыт Малый зал, а вот Большой зал распахнул свои двери только в 1901 году.
Клиника венерических заболеваний
В 1880-е годы медицинский факультет Московского университета обратился к городским властям с просьбой выделить им участок под строительство клиник для расширения учебной и научно-исследовательской базы. Подходящее место нашлось на Девичьем поле (между Садовым кольцом и Новодевичьим монастырем).
Общая стоимость строительства медицинского городка составляла более 2 миллионов рублей, и большая часть этих средств была получена от благотворителей. Гавриил Гавриилович стал одним из них.
Строительство клиники или любого другого благотворительного заведения могло быть обусловлено желанием помочь нуждающимся. Но некоторые из купцов понимали, что столь крупный вклад может быть путем к продвижению по социальной лестнице – из купечества в дворянство. Поговаривали, что Гавриил Гавриилович очень расстраивался, видя в газетах карикатуры и байки о себе. Но подать иск о защите чести и достоинства, чтобы прекратить насмешки, не мог, так могли поступать только дворяне. Значит, нужно им стать!