Мария Жукова-Гладкова – Игра с огнем (страница 46)

– Ты сменила фамилию на бабушкину, чтобы ей угодить? Будто ты – продолжательница рода врачей Ваучских? Не дедова внучка, а из рода врачей с долгой историей? Единственная из молодого поколения с этой фамилией. Чтобы переехать в ее квартиру и попытаться найти документы? Ваучская должна жить в квартире Ваучских.

Яна кивнула.

– Мой отец вполне мог их сжечь, – заметила тетя Майя. – Он бы никогда не взял чужое. И чтобы ни у кого другого не было искушения. А поняв, что твой отец про документы знает, он мог убедить мою мать от них избавиться.

Яна пожала плечами.

– Единственный вариант – перебрать все бумаги, которые лежат в той квартире? – спросила тетя Майя, хотя это скорее были мысли вслух.

– И книги, – добавила я.

– А теперь я не знаю, когда вернусь в Россию! – заорала Яна и повернулась ко мне. – Как ты могла?!

Я посмотрела на сестрицу невинным взглядом.

– Я видела это обращение, которое ты записала! Ты что, не понимала, что делаешь?!

– Еще как понимала. Из-за твоих «подвигов» ко мне приходят банкиры и объясняют, что меня ждет, если я не окажу «любезность». – Все было не совсем так, но Янке этого знать не следовало. – Я вообще была в шоке! Я все всегда делала сама и у родителей ничего не просила.

– Да, ты ушла из семьи и семьей не интересовалась! Ты не знала, как нам было плохо.

– А кто в этом виноват? – спросила тетя Майя. – В психиатрии работает не один твой отец. И ничего, живут люди без постановки ложных диагнозов за большие бабки.

Я предложила вернуться к кредитам. Что там с залогом? Я не поняла, как Яна могла служить залогом. Ее что, отдали в крепостные девки кому-то из банкиров?

– Примерно так, – кивнула моя сестрица, и в это мгновение она показалась мне на десять лет старше, чем была на самом деле.

– Но ты же все время жила с родителями, а не в гареме! – заметила тетя Майя. – Ты не съезжала ни к какому мужику!

– Но встречалась по первому требованию, – процедила Яна. – И этот садист стал моим первым мужчиной. И это обеспечило нам более низкую ставку по кредиту.

– Тебя отец продал?! – закричала я.

– Я сама приняла окончательное решение. Я хотела спасти родителей. Кто же знал, что он садист?! У него же на лбу не написано. А он тушил об меня сигареты, он… Неважно. Эта сволочь сдохла. Жаль, недолго мучилась.

– Это тот начальник кредитного отдела, который умер на вечеринке от сердечного приступа? – уточнила я.

Яна кивнула.

– С твоей помощью? – спросила тетя Майя.

– Мама помогла. Она не могла видеть, как я мучаюсь. Подсыпала, конечно, я. И снова бы подсыпала, если бы можно было открутить время назад. Только раньше.

– Кредит отец выплатил?

– Да. Довольно быстро. И клиника заработала, и мне садист денег давал, я тоже клинику открыла. Жадным он не был, нужно отдать ему должное. И он же придумал еще один источник дохода для нас всех.

– Патентованные психи, которые брали кредиты? – уточнила я.

– Ты и про них знаешь?

– Банкиры просветили.

А Яна продолжала рассказывать дальше. После смерти ее первого мужчины на нее через некоторое время вышел начальник кредитного отдела другого банка – тот, который потом сбежал за границу с большим количеством денег вкладчиков.

– Вот с ним мне было хорошо, – печально улыбнулась Яна. – Он на меня дом в Испании переписал. Я точно не знаю почему – или чтобы жене не достался, или чтобы Интерпол и наши спецслужбы на него не вышли. Он предложил – я согласилась.

– И с ним вы продолжили схему с патентованными психами?

Яна кивнула. Более того, этот человек познакомил ее с двумя владельцами микрофинансовых организаций, выдававших быстрые кредиты. У него и с ними были дела. И один потом помог Яне – и заработал на этом.

Мы с тетей Майей вопросительно посмотрели на Яну.

– Авария со Славой Рукомойниковым, – вздохнула она.

Мы ничего не понимали. Яна объяснила, что аварию подстроила она, а не пожилая пара.

– Но снотворное…

– Отец заплатил. Вот и получилось снотворное. А я договорилась с директором микрофинансовой организации, что он им организует займы задним числом. Все деньги – ему. И очень кстати оказалось, что у них были и банковские кредиты. Директор микрофинансовой организации и ребят послал, которые вроде как пришли деньги выбивать. А папа выяснил адрес дачи этих стариков и отвез туда документы. Вроде как они сами выложили на стол для своих детей. Вот, смотрите, не справились с кучей кредитов.

– Почему ты убила Славу?

– Да потому, что многого хотел! И аппетиты росли с каждым днем. Ему все было мало! Поганый был мужик.

– Кто с кем познакомился? – поинтересовалась тетя Майя.

– Он со мной. И стал шантажировать. Он собрал информацию обо мне, о психах, с кем-то из них пообщался. Он быстро все просчитал. Отдать ему должное, соображал он очень хорошо. Я посоветовалась с папой. Он сказал, что какое-то время придется «пообщаться». Тут как раз помог образ «блондинки», который я усиленно создавала. И перед Славой я неоднократно играла роль полной дуры. Будто я не понимаю, что он предлагает. А он верил! Он считал, что все придумал мой отец, а я делаю то, что мне говорят папа и мужчины. Слава меня ни во что не ставил. Дура-блондинка, которая ему полезна на данном этапе. Только один Юра меня любил и ценил!

Я уточнила, кто такой Юра. Это был банкир, в настоящее время объявленный в международный розыск. Оказалось, что Яна любила только Юру, Юра тоже любил Яну, а не жену, жену с детьми кинул, вкладчиков банка кинул, коллег кинул, а Яну – нет. Мало того, что он переписал на Яну дом в Испании, так еще и кое-какие банковские счета за рубежом открыты на Яну. И Яна сама тоже открывала и деньги из России туда переводила.

– Где сейчас Юра? – спросила тетя Майя.

– В надежном месте.

– И ты надеешься с ним воссоединиться? – мне было просто интересно.

– Конечно!

Неужели моя сестрица планирует жить с вором, обманщиком и проходимцем, объявленным в международный розыск? Хотя любовь слепа.

– Про Славу расскажи, – попросила тетя Майя.

– А что про него рассказывать? Слава хотел денег, и много денег.

– А ты не хотела?

– Хотела и хочу. А теперь из-за драгоценной сестрицы мне работать на Сосновского бесплатно! А я хочу быть финансово независимой ото всех! И мой инновационный метод это позволяет! Изначально у меня с Сосновским была другая договоренность. Убила бы тебя, гадина! – рявкнула сестрица, глядя на меня с перекошенным от ненависти лицом.

– Слава был садистом? – спокойно спросила я, думая, что к Яне нельзя поворачиваться спиной. И есть за одним столом с ней нельзя. Я бы предпочла с ней больше никогда не встречаться.

– Слава не был садистом, он был самовлюбленным эгоистом. Обо мне, о моих чувствах он не думал никогда. Но он понравился бабке. Именно поэтому я продолжала с ним встречаться. То есть вначале из-за шантажа, а потом еще из-за бабки. Вы же знаете, как она чудила в последнее время? А мне нужно было, чтобы она завещала квартиру мне. А потом Слава все испортил. Мы остались у бабки ночевать, а он пошел что-то искать. Я не знаю что. Он не мог знать про документы. Но, наверное, думал, что если одна семья живет в квартире третий век, то там не может не быть ценностей. И бабка его застукала. Я спала и проснулась от их криков. В общем, бабка нас выгнала среди ночи.

«Бабушка представила своей подруге Нине Александровне другую версию – будто Яна ругалась со Славой», – вспомнила я. Хотя, скорее всего, было так, как говорит Яна. Бабушке просто не хотелось рассказывать, как все происходило на самом деле. Ей было неприятно. И это еще мягко сказано.

– Но ты же повезла его на юбилей моей матери! – воскликнула тетя Майя.

– Я думала там избавиться от этого негодяя и сделать «подарок» бабке. И папа бы помог. А потом решила воспользоваться возможностью, когда она представилась. Я же водитель экстра-класса! Я все просчитала. Те пенсионеры выезжали с боковой дороги, девица приближалась по встречной полосе. Я за долю секунды просчитала ситуацию! Машина – Славина. Виноват будет он. Но папа все равно помог. И я сама себе помогла, как вам объяснила. Так что тут с меня все обвинения сняты. Да мне их и не предъявляли. Мне нечего было предъявить. А то, что не дала показаний… Об этом скоро все забудут.

– Так чего ж тебе не вернуться в Россию? – ехидно спросила тетя Майя.

– Боится сесть в тюрьму за убийство бабушки, – ответила я.

– Ты – дура, как я тебе уже говорила!

– Откуда же у тебя в шкатулке драгоценности, которые были на бабушке в последний день жизни и которые с нее сняли в том дворе, где ее убили?

– А ты откуда знаешь?

– Видела. Мама показала. Ничего не подозревающая мама, которая не догадывается, какого монстра вырастила.

– Во-первых, я тогда находилась в больнице…

– Чтобы скрыться от правосудия и не отвечать на вопросы следователя. Но ты при желании могла сбежать из больницы, сделать черное дело и вернуться.

– Мою мать убил мой брат, так? – устало сказала тетя Майя.

Я замерла на месте, потом мы встретились глазами с тетей Майей. И я поняла, что она права. Отец легко мог пробраться в соседний двор – он же там вырос и явно мальчишкой лазал по чердакам и знал все входы, выходы и проходы. И бабушка могла зайти в тот двор, потому что ее позвал сын, которого не записали никакие камеры. Он знал, как не попасть в поле их охвата.