Мария Жукова-Гладкова – Игра с огнем (страница 48)

Я пожала плечами. Яна хотела другого – много денег, уважения, признания. Она же собиралась работать с Сосновским на других условиях, а фактически попала к нему в рабство.

– Как ты считаешь, ей можно вернуться в Россию? – спросила я у Андрюши.

– Так она вроде сама не хочет.

– Но в принципе?

– По-моему, не стоит. И не из-за, так сказать, официальных проблем с законом. Но если проснулись одни банкиры, могут проснуться и другие. И эти два милых человека, Владислав Петрович и Денис Николаевич, были честны с тобой, потому что выяснили про тебя все. Ты никого не кидала, ты ничего не воровала. Ты не создавала проблем ни им, ни другим банкирам и не банкирам. И еще согласилась сделать запись под камеру, и она сработала! Но они выяснили и все про Яну. И они вполне могут поделиться (или уже поделились) этой информацией с коллегами. Объявлять Яну в международный розыск, я думаю, никто не станет. Но с любимым Юрой ей лучше не встречаться.

На похоронах моего отца народу было немного. Мама не хотела никого приглашать. Тетя Майя не прилетела, хотя ей сообщили. Наверное, и вырваться не могла, и просто не хотела после всего, что она узнала о брате. Женщин отца мама не приглашала. Наверное, они даже не знали, что он умер. На поминки мы опять поехали в бабушкину квартиру. После того, как остальные гости уехали, мы остались с мамой вдвоем.

– Ты знала? – спросила я.

– О чем?

– О том, что он убил бабушку?

Мама долго молчала, потом ответила, что догадалась. Больше некому. Кто еще мог проникнуть в соседний двор и при этом остаться незамеченным? А потом отец очень ругался, что не смог найти «документы». Он даже не думал о смерти своей матери, он поносил ее – «Куда эта старая карга их запрятала?». Он сокрушался, что деньги не получить немедленно.

– Вам на самом деле было очень плохо, когда отца обвинили в постановке ложного диагноза Алексееву? – Я повторила то, что мне говорила Яна.

– Анечка, это был очень тяжелый период. Но мы с отцом ни в коем случае не винили тебя! Как ты могла нам помочь? Наоборот, мы радовались, что ты такая самостоятельная, все делаешь сама и нам не нужно решать твои проблемы, даже помогать тебе деньгами. Яна не права. Нам было легче оттого, что ты уже жила отдельно. А потом… Яна очень хотела денег. Что угодно была готова делать, только бы не жить в нищете. Она и специализацию выбрала с одним расчетом: как можно больше зарабатывать.

– Отец ее к чему-то принуждал?

– Нет. Она сама принимала решения и сама делала выбор. Может, я и стала игроманкой, потому что не хотела их слушать… Они с отцом мыслили одинаково, понимали друг друга с полуслова. А я… Иногда меня ужасало то, что они делали. Но как я могла этому противостоять? Я только один раз возмутилась, когда узнала, что тот парень из банка – садист. Но Яна долго терпела – из-за денег. Она избавилась от него, когда проблемы были уже решены.

– Кстати, что будет с клиникой отца?

– Я найму менеджера. Мы же держим связь с Яной. Она сказала кого. Все отчеты будут посылаться ей, как посылаются и из ее клиники. Я в этом плохо понимаю, Аня.

«А меня вы опять не учитываете? Я же тоже наследница отца. Я должна унаследовать акции клиники или хотя бы один кабинет, хоть что-то!»

Но я не спросила у мамы про себя. Я спросила про других детей отца.

– Так они не признаны официально, Анечка! – воскликнула мама. – Ничего им не положено! Дедушка завещание оставил, где упомянул всех внуков – законных и незаконнорожденных. А твой папа никакого завещания не оставил. Фамилии у них – их матерей. Да, отчество по папе. Ну и что? Им нужно доказывать родство. А это долгая процедура. А вообще, Аня, проконсультируйся у юриста. Ты же знаешь Артура Альбертовича? Ведь после смерти папы его часть бабушкиной квартиры должна делиться между тобой и Яной. Незаконнорожденные дети к ней, по-моему, отношения не имеют. Клинику папа сам создавал. Там еще как-то могут претендовать, если докажут родство. Но это долгие суды в любом случае. Яна будет судиться. А квартира… Я не знаю. Наша квартира давно переоформлена на меня. Это отец сам сделал при жизни. Он чувствовал себя виноватым передо мной. Сходи к юристу, Аня.

Но вскоре похороны забылись и в нашей семье сыграли три свадьбы, одну за другой. Мы поженились с Андрюшей. Свадьбу играли в бабушкиной квартире. Там все-таки – самая большая площадь. Готовили еду Андрей с Евдокией Степановной, кухаркой Сосновского, у которой все мужья умирали от обжорства. Мы с мамой им помогали, но были только на подхвате. Мне было очень жаль, что дед не дожил до этого счастливого для меня дня. Яна не приехала, зато появился олигарх Сосновский с тетей Майей.

И Виталий Владимирович подарил нам на свадьбу ресторан – сказал, что владеть им мы с Андрюшей будем в равных долях, а моему мужу давно пора уходить со службы и заниматься тем делом, к которому лежит душа. Его коллеги из всех подразделений смогут у него столоваться и отмечать важные события в жизни. В ресторане два зала, один хоть каждый день можно использовать для торжеств, а во втором принимать всех желающих. В ресторане может работать не только Андрей, но и баба Дуся, которая обожает кормить людей. Пусть будут «Дни бабы Дуси» или «Вечера бабы Дуси», а то ей скучно сидеть в деревне.

– Я согласна, – кивнула Евдокия Степановна. – Андрюша, давай!

Против были только Юлия Юльевна и Олеся. Хотя Олеся ждала ребенка, и мы надеялись, что вскоре ей с мамой и бабушкой будет не до Андрюши. Коллеги Андрея поддержали – все знали, как он любит готовить, а они уж как-нибудь поддержат порядок на дорогах. Ведь Андрей шел в ГИБДД не по призванию, а из других соображений. И работа-то собачья! Кстати, Матрена вполне может сопровождать хозяина на работу и, как и всегда, получать лакомые кусочки.

Виталий Владимирович также сказал, что владелец ресторана может ездить за границу, когда пожелает, а нынешний Андрюшин статус этого не позволяет. Неужели он хочет, чтобы я ездила одна? А отдыхать надо, вон как Ане на Мадагаскаре понравилось.

Потом поженились Зина с Геной Ильюшкиным. Они гуляли свадьбу в особняке на берегу озера. Даже Зина признала, что озеро чистое. Зина больше ни в каких экологических акциях не участвует, вместо них заинтересовалась молочным производством. Она продолжает работать в клинике своего отца, а свободное время проводит не на митингах, а на заводе мужа. Ее сын живет то у отца, то у Зины с Геной. Его отец признал, что второй Зинин муж оказывает на нее исключительно положительное влияние.

Самым неожиданным оказалось бракосочетание тети Майи и олигарха Сосновского. Кто бы мог подумать? Эта новость, конечно, вышла далеко за пределы нашего семейного круга. Ее обсуждала «желтая» и даже серьезная пресса, причем и наша, и зарубежная. Высказывались предположения, что тетя Майя использовала африканскую магию, задействовала африканских колдунов, чтобы окрутить олигарха, который никогда не был женат. Он же женился на женщине старше себя с двумя взрослыми детьми, когда вокруг столько молодых красоток! Виталий Владимирович, как всегда, ничего не комментировал. А я подозревала, что им просто интересно вместе. Более того, Сосновского привлекло и то, что тете Майе от него ничего не надо. Она не собиралась оставлять свою работу, у нее достаточно денег на хорошую жизнь, и она – известный ученый.

Свадьбу праздновали на яхте, но не той, на которой успела побывать я. И праздновали на Дальнем Востоке, куда родственников и подруг тети Майи доставил личный самолет жениха.

– Мы с вами все-таки стали родственниками, – заметил Андрюша, когда мы с ним ступили на борт олигархической яхты. – А вы говорили, что такого быть не может. Я вам по статусу не подхожу.

– Но ты же меняешь статус? Я тебе, племянничек, не просто так ресторан подарил. Я в первую очередь о себе, а не о тебе думал. Можешь звать меня дядей.

Свадьба была роскошной. Тетя Майя – счастливой. Свидетельницей у нее была я. Игорь выбор матери одобрил, Зина поинтересовалась у нового отчима, не собирается ли он запускать производство электромобилей – и села на своего любимого конька. Услышав, что новый отчим с помощью ее матери участвует в производстве аккумуляторов для электромобилей и смартфонов, Зина мгновенно прониклась к нему любовью и уважением.

Я тихо спросила у тети Майи про Яну.

– Работает на той яхте, где ты отдыхала. Виталик выяснил, что у нее несколько счетов в зарубежных банках, так что Яна не пропадет, и свое будущее она уже обеспечила. Страдала она с этими банкирами не зря. Может, счета и Юрины, но оформлены на Яну. И Виталий ей перечисляет деньги на указанный ею счет. Он же нормальный человек, а не рабовладелец. И он же страховку получил. Так что твое выступление перед камерой, можно сказать, оплатила страховая компания. Яна сама хочет продолжать работу в плавучей клинике. Это всех устраивает. Почему бы и нет?

– Но она убила нескольких человек!

– Аня, не нам ее судить. И если она не ответила перед земным судом, ответит перед высшим. Я с ней не общаюсь и не собираюсь. Мне это неприятно. И мне сейчас нужны только положительные эмоции!

В первый момент я не поняла, что имеет в виду тетя Майя, а потом до меня дошло, и я уставилась на ее живот.

– Пока не заметно. А ты думала, что наш брак связан с бизнесом?