Мария Зайцева – Между ними. Тайфун (страница 2)
И руки тянут одновременно.
А вот целуют — по очереди.
Глава 1. Мила. Отличный Новый год
Смотрю на пришедшее смс от МЧС о том, что в ближайшие два часа усиление ветра, обильный снегопад и прочие прелести нашей островной зимы.
Здесь и тайфуны не редкость.
Но обычно о них заранее предупреждения приходят. И привычный ко всему народ готовится: закупается провизией и лекарствами на длительное время, потому что метель может длиться и неделю даже. А потом еще ждать, когда в огромных сугробах, достигающих вторых, а иногда и третьих этажей, пророют ходы к магазинам, больницам, школам, садам и другим общественно значимым местам.
Те, кто живут в частных домах, кроме запасов продуктов, еще и запускают в тепло кошек, собак, коз и прочую живность, потому что есть вариант, что, после того, как тайфун отгуляет и отправится, уже ослабленный, безобразничать на материк, из-под снега не будет видно даже печную трубу.
Обычно никто особо не боится, а те, кто на Острове давно, вообще все воспринимают с философским спокойствием.
Я тут уже пять лет. Приехала с мамой. Она с отцом развелась и тут работу себе нашла, по контракту, как медик. С подъемными и прочим.
Я была подростком, школу заканчивала уже тут.
И замуж тоже вышла за местного парня.
Выхожу на улицу, закрываю магазин на рольставни, звоню на пункт охраны, завершая привычную процедуру.
И топаю домой.
Сегодня тридцатое число, завтра у меня, в кои-то веки, выходной. Чего мне стоило выбить этот выходной, да в канун Нового года, никто не знает, только я.
И, похоже, зря мои метания были.
Если реально тайфун, то завтра магазин работать не будет. В такое время работают только продуктовые, аптеки еще… Да и то, не всегда.
А я из-за завтрашнего дня со сменщицей поругалась…
Она с чего-то решила, что, если у нас с Маратом детей нет, то мне и дома делать нечего тридцать первого.
Типа, вы вдвоем, чего ты суетишься? Отработать не можешь, что ли?
И такая песня — на все праздники. И Восьмое, и Двадцать третье, ну и майские — это обязательно. У нее же дача. А у меня — однушка ветхая. Да и то, не моя, а Марата.
Я год терпела, прежде чем решилась возразить и слово поперек вставить. А директриса взяла да и поддержала меня. И сразу же я — враг номер один. Учитывая, что мне с Танькой еще работать и работать, то это не очень хорошо. Но, с другой стороны, мне нужен был этот день!
И без того без выходных впахивала сколько времени!
Так что я была готова к неприятностям, понимала, на что иду.
И теперь, получается, зря ссорилась с Танькой.
Но кто же знал?
Я звоню Марату, но трубку он не берет.
Главное, чтоб не за компом своим опять.
У меня на эти новогодние праздники большие надежды.
Наши отношения с мужем как-то испортились в последнее время. И я не понимала, что происходит, и что делать. Верней, понимала, но…
Так сложно это все, блин!
Я замужем уже два года, сразу после школы мы с Маратом поженились, но кажется, что уже лет десять, не меньше!
Поднимаю взгляд к серому небу, смотрю, как на меня сыплется снег. И неожиданно загадываю: «Пусть в этом Новом году все для меня изменится! Я хочу понять, что такое счастье! Хочу любви! Много-много любви!»
Зажмуриваюсь, неожиданно понимая, что, когда просила о любви, не думала совершенно о Марате!
И сейчас тоже все внутри противится.
Не хочу домой! Не хочу!
Ведь я, на самом деле, прекрасно знаю, почему он не ответил.
И что он делает там, в нашей, верней, в его, квартире.
Знаю, но трусливо прячу это знание подальше от самой себя.
Наматываю шарф потуже, сую руки в карманы и топаю домой. Хорошо, что тут недалеко. Пешком можно дойти.
По пути попадается круглосуточный магазинчик формата «у дома». Тут не только продукты, но еще и много всего другого. Такая местная помесь мини-супермаркета и деревенской передвижной лавки.
Притормаживаю, потому что там свет горит, думаю о том, что надо бы забежать, но… Решительно надвигаю шапку пониже и топаю домой.
Нет уж.
Мы с Маратом договаривались, что он приберет квартиру, а еще приготовит поесть. Все равно дома сидит. Как уволился полгода назад со склада своего, так и сидит. Работу ищет.
А она почему-то не находится все.
Удивительно, правда? Дома сидит, а работы все нет!
Боже, сколько злобы во мне. Это от усталости. Пять дней на ногах, да по двенадцать часов… Тяжело.
Вспоминаю, как мы планы с Маратом строили… Хотели уехать с Острова, хотели в Москву даже. Чего нам терять? Он — один совсем, сирота. А мама моя вышла замуж второй раз и укатила с мужем на материк год назад.
Ничего нас тут не держит уже.
Оказывается, держит. Квартира, которую фиг продашь за приличные деньги. Работа Марата, где ему обещали повышение от грузчика до кладовщика…
И как-то все не уезжалось, как-то все то одно, то второе… А потом Марата сократили. И все. Даже ехать стало не на что. И жилье единственное потерять страшно…
А мне теперь уже, кажется, ничего не страшно.
Если на этот Новый год не наладится у нас ничего, то разведусь и одна уеду. Сначала к маме на материк, а потом в Москву!
Решимость эта меня пугает. Но еще больше пугает понимание, что я так и могу всю жизнь прожить тут, в обшарпанной однушке, с человеком, в котором давно уже не вижу ничего хорошего…
Страшно менять свою жизнь настолько сильно!
Может, придумываю?
Приду домой, а там чисто. И едой пахнет. Есть хочу еще…
Открыв дверь, сразу понимаю, что надежды мои не оправдались.
Дома тихо. Грязные ботинки Марата, которые он три дня назад бросил на стойку для обуви, а я принципиально не стала мыть и убирать, так и валяются.
Едой тоже не пахнет.
Разуваюсь, прохожу…
И обессиленно приваливаюсь к притолоке.
Картина та же, что день назад. И неделю. И месяц.
Марат сидит спиной ко мне, в наушниках, перед компьютером. На экране грохочут танки. Танкист он у меня, да.
Вокруг — уже привычный свинарник, потому что жрет он тут же, у компьютера, не отрываясь от игры.