Мария Высоцкая – Она моя зависимость (страница 29)

Андрей со скрипом шин останавливает «Мустанг». Точнее, просто бросает его посреди дороги.

Когда дверца открывается, мое сердце предательски замирает.

Я наблюдаю за тем, как он вылезает на улицу. На нем нет никакой верхней одежды. Хотя погодка сегодня и для кожаной куртки холодновата. Он в джинсах и футболке, на голове беспорядок, на глазах очки, а в руках бутылка минералки.

– Капец, – Леська кусает губы и крепко сжимает мою руку. – Я думала, Ярик шутил…

– Ты о чем?

– Панкратов со Ждановым всю ночь кутили.

В какой-то момент мне хочется стукнуть ее за эту ненужную сейчас правду. Но, с другой стороны, что бы сделала я на ее месте? Правильно. То же самое.

– Мне уже без разницы.

– Еся, вам нужно поговорить. А тебе – перестать приносить себя в жертву, твоя мать этого все равно не оценит…

Я резко оборачиваюсь, и Олеся замолкает. Захлопывает рот и опускает взгляд в пол.

– Давай без советов.

Бережная мнется, но, кажется, у нее слишком быстро открывается второе дыхание.

– Да конечно! Ему тоже плохо, вон как сублимирует. Сто процентов до беспамятства надирается. И тебе, между прочим, тоже плохо. Ты тень человека, Токарева. Нужно что-то с этим делать, а не…

– Ты сама-то многое делала? – рычу. Выплескиваю всю свою агрессию на Леську.

– Нет. И была дурой, не повторяй моих ошибок. Пошли.

– Куда?

– На пару, куда же еще?

Леська закатывает глаза и тащит меня в аудиторию.

К слову, до обеда я сижу как на иголках. Сразу после звонка на большой перерыв мне звонит мать, и я прошу Лесю занять нам место в столовой. Сама же притормаживаю в коридоре.

Разговор выходит натянутым и больше похожим на инструкцию. Нигде не задерживаться. С учебы на работу, потом сразу домой.

– Да поняла я! – взрываюсь и сбрасываю звонок.

Прижимаю прохладную ладонь ко лбу, на секунду закрывая глаза. Что она делает? Рушит наши отношения окончательно, манипулирует, прикрываясь здоровьем, заведомо зная, что я струшу идти против нее в такой ситуации. Потому что ситуация швах. У нее реальные проблемы с сердцем, врач увеличил дозировку препаратов. По-хорошему, ей нужно быть в палате под наблюдением врача, а не сидеть с девчонками.

Случайно выпускаю из рук телефон, и он падает на пол.

– Черт! – выругавшись сквозь зубы, подбираю гаджет. Выпрямившись, поднимаю взгляд и замираю.

Мимо проходит Андрей. Приоткрываю рот, чтобы поздороваться, но теряюсь в моменте. Концентрирую все свое внимание на его глазах, не сразу замечая легкий кивок головы. Видимо, в знак приветствия.

Киваю в ответ, до боли в пальцах сжимая смартфон.

Андрей проходит мимо, все, что остается мне, это плестись в столовую. Настроение колышется на нуле, сейчас и вовсе упало под плинтус.

– Я тут!

Леся машет мне рукой, и я иду к столику.

– Так, я тут уже все взяла, – придвигает мне поднос.

– Спасибо, – смотрю на салат, чувствуя легкую тошноту. – Я лучше чай и пирожок.

– Девчонки, привет! – голос Кострова становится неожиданностью. Он усаживается через стул от Леськи, с широкой улыбкой на лице.

Я же чувствую, что стул по левую руку от меня тоже отодвигается. Чуть-чуть поворачиваю голову, понимая, что Андрей садится рядом.

– А вы что вообще в универе забыли? Преддипломная же, – разбавляет напряжение Леся.

– Нас зав. кафедры собрала. Полдня какую-то херь втирает про диплом, – хохмит Женя. – Кстати…

Дальше я не слушаю, точнее, не слышу. Весь его треп перекрывают удары собственного сердца, потому что Андрей крепко сжал мою ладонь под столом.

17

Не знаю, зачем это делаю, зачем отвечаю, но, вопреки здравому смыслу и поставленной точке, я прижимаюсь к его предплечью.

Голова идет кругом от этих прикосновений. От его теплых пальцев, от сильного тела всего в паре каких-то миллиметров от меня самой.

Смотрю на его губы из-под полуопущенных ресниц и задыхаюсь.

– …ну конечно, – хохочет Леська, но, резко замолчав, бросает взгляд на экран телефона.

Ее лицо приобретает загадочно-счастливый оттенок. Шепнув мне, что звонит Ярик, подружка вскакивает из-за стола и уносится в коридор.

Костров тоже исчезает. Мы остаемся вдвоем.

Поворачиваю голову. Смотрю на Андрея, чувствуя легкое жжение в области груди. И пальцы… пальцы, кажется, занемели. На меня вдруг накатила такая волна эмоций… Они душат. Их слишком много, вздохнуть не могу. И сердце бьется так громко, вот-вот выпрыгнет. Явная тахикардия.

– Что ты делаешь? – еле разлепляю губы. Во рту сухо. Поэтому каждый звук приходится выталкивать елеворочающимся языком.

– У тебя пары закончились?

Спрашивает, будто и не слышал моих слов.

– Нет, еще одна, – передергиваю плечами в желании стряхнуть с них воображаемый груз, который я сама туда и взгромоздила. Поджимаю губы и никак не могу отвести от него взгляд. Уже пора. Уже просто необходимо это сделать, но я все смотрю, смотрю. Впрочем, он делает то же самое: пожирает меня глазами на виду у толпы ни о чем не подозревающих людей.

– Потом на работу?

Киваю.

– Я тебя подвезу. Нужно поговорить.

– Андрей…

– Нужно поговорить, – он чуть крепче сдавливает мои пальцы, а после сразу выпускает их из захвата.

Ему звонят, и он будто нехотя встает из-за стола. Я лишь украдкой слышу, что он отвечает звонящему. Стискиваю ладони в кулаки и зависаю взглядом на одной точке – между его лопаток. Глаза жжет от слез или же белоснежного материала его футболки. Не знаю…

Отмираю, когда люди активным потоком начинают покидать столовую. А точка, на которой я сконцентрировалась, превратилась в пустое пространство. Андрей уже ушел, а университет содрогнулся отгромкого звонка, оповещающего о начале пары.

В аудиторию плетусь под гнетом собственных сомнений и дичайшего чувства восторга. Каждая клеточка моего тела распускается, как цветок, который поник, но его только что полили.

Пальцы горят в прямом смысле этого слова, даже покраснели. Щеки тоже, к ним обильно приливает кровь, а легкое головокружение не дает собраться с мыслями.

Все занятие я смотрю на доску за спиной препода, отчего создается впечатление, что я сосредоточенно слушаю его разъяснение о прошлом семинаре.

– …так что, не хочешь с нами?

– А?

Заторможенно поворачиваюсь к Леське, слыша ее тихое шипение.

– Завтра суббота, говорю, в клуб с нами пойдешь?

– Нет.

– Ладно, значит, буду тебя ждать.

– Олесь…