Мария Высоцкая – Он вернет тебя (страница 14)
— Я на следующий год пойду в школу, — сообщает между делом.
— Класс, — киваю, глядя поверх Юлиной головы в узкий коридор квартиры. Вижу край кухни и детский рисунок на холодильнике – желтое солнце с лучами-спиральками. — Твой рисунок? — киваю в глубь квартиры.
Юля оборачивается.
— Ага. Мой. Это я давно рисовала. В том году.
— Понятно, — улыбаюсь, сам того не осознавая.
Юля же замолкает. Смотрит на меня, как ребенок, который понимает, что накосячил, сбежав от соседки, и теперь не знает, что делать с незваным гостем, пока мама недоступна.
Она ждет, что я буду делать дальше. Уйду или зайду в дом без разрешения?!
— Как зовут соседку? — оглядываюсь на лестницу.
— Дашенька.
— И она спит?
— Да. Всегда спит. Или смотрит скучные передачи, — тяжело вздыхает.
В моменте я даже копирую этот ее вздох. Неделя адреналина, не кончающейся водки и нервотрепки вызывает именно такую эмоцию. Хотя то, что теперь я стою перед пятилеткой с плюшевым ежом, решая, нарушать ли неприкосновенность жилища или оставить ее тут одну, вызывает гораздо больше эмоций.
Только вот они сковывают. Я чувствую себя неуютно, кто бы мог подумать.
А еще мне впервые становится страшно. Если Юля окажется моим ребенком, получится, что меня в ее жизни не было почти шесть лет…
Алиса, твою мать!
— Я подожду твою маму внизу, в машине, — принимаю решение уйти. — Хорошо?
— Хорошо, — Юля быстро соглашается и тут же начинает прикрывать дверь.
— И… — добавляю, когда расстояния между дверью и косяком почти не остается. — Не открывай дверь незнакомцам…
Из щели мелькает ее кивок, и дверь с глухо захлопывается. Чуть погодя щелкает замок. Умная девчонка.
Спускаюсь по лестнице, ощущая странную пустоту в груди.
Это не разочарование. Скорее… неверие.
Она и правда может быть моей дочкой…
Как только сажусь в машину, сразу тянусь за сигаретами. Прикуриваю и открываю окно.
Затягиваюсь, а дождь будто нарочно громче барабанит по крыше.
Груз в это время висит где-то на границе. Партнеры нервничают. А я сижу в промозглом питерском дворе, курю и думаю о пятилетней девочке, которая, возможно, моя дочь…
Жизнь – чертов цирк. И главный клоун в ней я. Остается только гадать, что скажет Алиса, когда увидит фото моих прав на своем телефоне. И главное – когда.
Откидываюсь затылком на подголовник и выдыхаю дым. Окно приоткрыто, и холодные назойливые капли залетают в салон. Ежусь. Ненавижу дождь.
Прикрываю глаза, прокручивая в голове короткий разговор с Юлей. Анализирую. Больше, конечно, ее внешность. Она может быть моей дочерью? Может. Она на меня похожа? Скорее нет, чем да. Хотя моя мелкая сестра вообще не похожа на нашу мать, она – вылитая прабабка, судя по фоткам…
Проходит полчаса. Дождь усиливается. Алиса на горизонте, естественно, не появляется. Зато я вижу Юлю. Она выбегает из подъезда и, оказавшись посреди двора, замирает под дождем. Крутит головой по сторонам и… ревет?
Толкаю дверь тачки, вылезаю из салона, и меня тут же передергивает от попадающих за шиворот ледяных капель.
Заметив меня, малая тут же трет глаза и бежит в мою сторону.
— Там! — хватает за руку. — Там Дашенька упала и не встает!