Мария Воробьева – Наследство (страница 33)
выход. Она устроила Ивана работать барменом в «Лиану».
Это место Лика вырвала из Гены, можно сказать, с душой, вконец измотав брата скандалами, слезами и уговорами.
– Не могу я уволить кого-то из ребят, чтобы пристроить твоего
дружка, – объяснял ей Гена.
Лика рыдала. Кончилось все тем, что Гена утвердил
дополнительную ставку бармена.
Так Иван попал на работу в самый модный клуб города, на
денежную должность бармена. Пройдя курс обучения и, немного
поработав, он зарекомендовал себя отличным работником, после чего
Гена «снял» наблюдение с протеже Лики.
У Вани появились деньги, у Лики возможность выходить «в
свет». Все были довольны, особенно Гена, который, наконец то,
- 67 -
чувствовал себя спокойным за сестру. Не сказать, что бы Иван любил
Лику, она нравилась ему своим незаурядным поведением и веселым
бесшабашным нравом. С ней было легко, и она была не злопамятна. Но, не хватало в их общении какой-то душевной близости и тепла, которым
одаривают друг друга по-настоящему родственные души. Не
чувствовал Иван в Лике друга. С ней было здорово клубится и
тусоваться, но это быстро надоедает, несмотря на молодость.
Однажды случилось неизбежное. Лика и Иван поссорились.
После этой ссоры Лика «сорвалась». Бывших наркоманов не бывает.
Иван собрал вещи и ушел из дому в тот же вечер, когда Лика ввалилась
домой
с
дурными
глазами,
в
компании
с
дружками-наркоманами. Девица дико хохотала и лезла с объятиями к
Ивану. Он грубо оттолкнул ее и выбежал в ночь. Переночевать ему
пришлось в подъезде соседнего дома.
Наутро Иван железно решил, что больше никогда не будет жить
у своих женщин. Он будет приводить их к себе, туда, где хозяином
будет сам.
Лика ушла в «загул», пока оттуда ее не вытянул Гена. Вся жизнь
этой женщины состояла из сменяющих друг друга полос дурмана и
отходняков
Теперь Лика хотела иметь только одну нормальную жизнь, без
полос. Много времени прошло со дня их последней встречи в «Лиане», которая закончилась для Лики рвотными судорогами над унитазом.
После клиники Лике захотелось вернуть Ивана, а вместе с ним и ту
восхитительную жизнь, которой они когда-то жили.
Лика больше недели провела в салонах красоты. Она с трудом
вымолила у Гены разрешение на посещение «Лианы».
– Я приду одна и даже пить не буду, – кротко проблеяла она.
Тотоша разрешил, дав распоряжение на отпускать его сестрице
спиртное. А Лика впервые в своей жизни шла в «Лиану» не веселится
или слушать нотации брата, а всерьез обустраивать свое светлое
будущее. Не учла она одного – не все счастье в жизни лежит и
дожидается, когда его решат подобрать.
– Мне тоник со льдом, – Лика грациозно взобралась на стул у
стойки бара.
- 68 -
Выглядела она великолепно: маленькое черное платьице –
классика от мадам Коко; белокурые коротенькие кудряшки, искусно
заколотые ловкими руками лучшего парикмахера города, в
совокупности со свежей кожей лица, делали похожей ее на
восемнадцатилетнюю девчонку; искусный макияж, ухоженные ручки с
французским маникюром, изящные туфельки с кожаными ремешками, обвитыми вокруг стройных лодыжек. Лика в тот вечер была сама
элегантность и ухоженность. Она впервые не выглядела, как женщина
– вамп, сошедшая с обложки «Плейбоя».
Иван оставался невозмутим, он подал стакан с тоником и
пододвинул девушке пепельницу. Лика, не спеша, вытянула из сумочки
сигарету и, когда Иван поднес ей зажигалку, затянулась. Она смотрела
на него сквозь ароматный дым и улыбалась улыбкой Моны Лизы.