Мария Власова – Мой злодей 2 (страница 52)

Глава 16. Встреча на приёме

Помню, когда была маленькой, всегда не хотела отпускать маму. Плакала, бесилась, даже на ноге у нее висела и прятала ее туфли на балконе. Тогда мама начала говорить, что идет вынести мусор или в магазин. Я просилась с ней, ревела, умоляла не уходить, пока однажды бабушке это не надоело.

– Она уходит в свою семью, к девочке, которая лучше и послушнее тебя.

Слёзы мигом просохли, я отпустила плащ матери, и она сразу же сбежала, будто бы только и ждала момента, чтобы покинуть эту квартиру и меня.

– Так будет лучше, – сказала бабушка тогда и вернулась к тому, что любила больше людей, больше меня – книгам.

С того момента я перестала плакать и капризничать, делала все, чтобы стать лучше той девочки, к которой каждый раз уходит мама. Я старалась, чтобы моя мать выбрала меня, но этого всегда было мало. В какой-то момент я сдалась и начала ее ненавидеть.

От любви до ненависти не так уж тернист путь: обидное слово, недопонимание или ужасное предательство от самого дорогого тебе человека.

Сколь бы не была спасительна темнота, она не длилась долго. Мир наполнился красками, теплом летнего вечера, с россыпью звезд на небе в окружении кровавой луны. Чирикают птицы, стрекочут сверчки и играет скрипка, там, где-то далеко, но чарующе красиво. Воздух больше не пахнет гарью, наоборот пьянит сладким цветочным ароматом густого сада. Мои переживания застыли в какой-то невесомости, но все равно больно. Касаюсь груди, там, где между ребер отдает болью печаль утраты. Не верю, не верю! Они живы, я уверена, они…Отец!

Перед глазами темнеет, дышать снова становится тяжело, зажмуриваюсь и боюсь открыть глаза. Боюсь, что это все было сном, а я сейчас проснусь в горящей квартире без шанса на спасение. Но разве такое возможно?

– Не поймаешь, не поймаешь! – звонкий детский голос заставляет подпрыгнуть на месте и открыть глаза.

Мимо меня, по вымощенной камнем дорожке, пробежала светловолосая девочка. Она направлялась к дому, построенному из белого камня. Огромному дому, что в обилии деревьев и кустов пропадал на фоне сада. Перед самым входом девочка остановилась, словно высматривая кого-то. Она смотрела в мою сторону, но, конечно же, совсем не видела меня, застывшую у большего куста сирени.

– Сью? – вырвалось у меня, при виде ее детского личика. Очаровательный ребенок, с красными от бега щечками, похожая на прелестную девочку с какой-нибудь рекламы кукол. Сколько ей лет? Десять? Нет, слишком высокая, думаю не больше тринадцати. Нескладная немного, как все подростки, но все равно безумно красивая, точно маленькая лесная фея в этом салатовом летнем платье. Не притворяется, как ее взрослая версия, а поистине невинное и нежное существо.

– Эй? Ты где? – заволновалась она, не найдя того, кого искала.

Отошла от двери на несколько шагов и принялась высматривать кого-то на узких, закрытых густыми кустами дорожках. Где это мы вообще? И почему я вижу Сью? Ведь раньше я бывала только в воспоминаниях Анри. Что в них забыла Лафает? Мои мысли прервал резкий вскрик девочки, я даже дернулась ей на помощь, помня, что во сне обычно ничего хорошего не происходило. Сделала несколько шагов и остановилась, под звуки заливистого смеха девочки.

– Попалась! – звонким голосом объявил парень, не сильно старше Анри в последнем, видимом мной воспоминании. Он безжалостно щекотал девочку, а та заливисто смеялась, попутно крича, что сдается.

– Ну и кто теперь самый быстрый в Романии? – парень отпустил девушку и, уперев руки в бока, задорно улыбаясь. Людвиг? Шаловливый парнишка, вздорный юнец, но отнюдь не тот, кто может убить кучу людей, лишь бы его не отправили из столицы, в которую он недавно вернулся. Людвиг, что покушался на собственного отца, за что его, собственно, и сослали.

Я не понимаю. Ведь всегда в кошмарах был Анри, я спасала его и просыпалась, в наказание переживая этот сон много раз. Он не снился мне лишь однажды и тогда сны сменились болезненной темнотой. Почему я здесь и вижу их? И разве Людвиг и Сью знали друг друга раньше? В книге все выглядело, как любовь с первого взгляда.

– Ты, конечно же, ты! – засмеялась девушка и отвесила шутливый поклон принцу. Он ответил тем же и даже, как настоящей леди, поцеловал ее маленькую ручку.

– Признание своего поражения уже полдела, леди, – ухмыльнулся самодовольно парень, а Сью тем временем сама ухватила его за руку и толкнула, подставив перед этим подножку. Принц, разумеется, обескураженно упал. Сью залилась смехом, а опешивший парень улыбнулся.

– Вам ещё надо попрактиковаться в проказах, мой принц, – с детской непосредственностью заявила она.

– Похоже, у меня появился ещё один учитель, – засмеялся парень, вставая и кланяясь девочке уже искренне.

– Ваш учитель приказывает вам угостить ее самыми сладкими пирожными в этом драном захолустье! – гордо вскинула голову девочка, еле сдерживая смех.

– Посольство курнейцев – захолустье? Что вы, леди! Такие слова поднимут неимоверный скандал. С этим нужно что-то делать! – наигранно возмутился парень, чем вызвал ещё больший смех маленькой Лафает.

– Предлагаю закрыть мой прекрасный ротик пирожным? Как вам идея? – кокетливо стрельнула глазками, пока парень предложил ей свой локоть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Идиллия, как не посмотри. И это при том, что кто-то из них в будущем убьёт трех моих самых любимых людей в этом мире. Почему я не могу ничего с ними делать? Почему это произойдет? Если это прошлое, значит, я ничего не меняю? Что бы я здесь не делала — все бессмысленно.

Они открыли плотную белую дверь, скрипку и её ритмичный мотив стало слышно лучше, а ещё гомон разговоров, звон бокалов. Звуки праздника жизни, на котором мне не хочется быть.

– Прошу, мой учитель, – пропустил девочку вперед Людвиг, и в тот же миг между ними появился Анри. Сердце вмиг сжалось при виде моего злодея, мальчишки не намного старше принца. Я инстинктивно шагнула назад, как раз в тот момент, когда Сью вскрикнула, а тот, из-за кого я здесь, прошёлся взглядом по саду, словно проверяя, что кроме них троих здесь никого нет.

– Мне нужно поговорить с тобой, – холодно и до боли знакомым голосом произнес Анри, даже не смотря на того, к кому обращается.

Если Людвиг и растерялся таким панибратством, то виду не подал.

– Что происходит? – заволновалась Сью.

– Моя дорога, иди, проинспектируй все сладости в захо… этом замечательном доме и обязательно доложи мне потом, какие здесь самые вкусные, хорошо? – беззаботно улыбнулся парень, и меня удивил, как легко он вернул ей улыбку и отправил восвояси, помахав ей рукой на прощание.

Если его беззаботная улыбка и произвела на девочку впечатление, то на Анри нет. Он довольно грубо столкнул его со ступени и захлопнул за собой дверь, отрезая его от толпы и возможных свидетелей. Будучи молодым, худощавым парнем, он все равно внушает какое-то опасение этим своим пугающим, бездушным взглядом. Строгий костюм, светлая аристократическая, почти серая кожа, мужская, пусть пока и не суровая, красота, и взгляд, от которого мурашки по коже, и волосы на затылке встают дыбом. Но больше всего он трогает сердце, словно ковыряется в нем ножом, так больно.

– И о чем же ты хотел поговорить? – обаятельно улыбнулся принц, точно ничего не происходит.

Анри чуть скривился, как будто у него совсем нет желания говорить. Оглянулся на дверь, подумав о чем-то, и между его бровями появилась уже знакомая мне морщинка.

– Это ты ей голову запудрил? – мрачно спросил он у принца, и тот совершенно неожиданно рассмеялся.

– Скажешь тоже, Сюзанна весьма примечательная девочка, мне даже интересно, что из нее вырастет, как думаешь? – принц принялся ходить вокруг Анри, и в опасной близости от меня.

– Такая же мразь, как ты, – холодно ответил мой злодей, никак не реагируя на эти круги вокруг него.

– Ты хотел сказать: как мы? Или ты считаешь себя лучше после того, что со мной сделал? – Людвиг истерично хохотнул, резко останавливаясь за спиной у Анри.

– По крайней мере, я не рассказывал девочке, как избавляться от сестер и братьев ещё до их рождения, – с явным презрением проговорил Анри, чуть скривившись, словно от отпрыска короля воняет.

Людвиг засмеялся надрывисто, правдоподобно.

– Ты думаешь это я? Нет, этому я ее не учил, – он похлопал парня по плечу, становясь уже лицом к лицу с ним. – Чего тебе, Чокнутый?

Анри выразительно посмотрел на руку принца, что так и осталась на его плече, после чего тот, пожав плечом, ее убрал. Смерил кронпринца пристальным взглядом, не сулящим ничего хорошего.

– Прекрати меня так называть, – сказал Эзеф сквозь зубы.

– Ну, прости, как повелось… Это же ты бредил ночами и звал святую. Что, дозвался? Пришла? И чем вы занимались? Может она и ко мне придёт? Она ведь, горяча, не так ли? – издевки Людвига прекратились после того, как Анри внезапно схватил его и бросил в стену и, не дожидаясь пока тот сам встанет, встряхнул.

– Заткнись, Крис, – прошипел сквозь зубы Анри, еле сдерживаясь, чтобы не зарядить парню в лицо кулаком.

– Крис? – вырвалось у меня, и Анри обернулся. Если бы не куст сирени, он бы точно увидел меня.

Сердце чуть не остановилось от испуга. Я начала мысленно складывать паззл, почти не дыша. Анри говорил, что у него проблемы из-за Криса, и что они встретились на рынке рабов. К тому же у моего злодея явные нелады с принцем, но я и подумать не могла, что принц и загадочный Крис одно и то же лицо. Вот почему Анри так вызывающе с ним себя вел, этот парень не Людвиг, он его двойник – Крис.