Мария Власова – Мой злодей 2 (страница 20)

– Как обычно попадают к невестам поздно ночью – через балкон, – кивнул в сторону окна Анри, не отпустив мою руку, но успокоительно сжав ее. Что-то не так, даже его злодейская улыбка выглядела какой-то уставшей. Да и сам граф выглядел непривычно, в обычных штанах и утепленной темно-зеленой рубахе совсем не похож на человека его статуса. Хотя право, кто будет в шикарном костюме на балкон забираться?

– Как-то вы совсем запозднились, граф, – скосила взгляд на часы, сложив руки на груди. – В записке была указана полночь.

Анри нисколько не смутился от такого обвинительного тона, наоборот, улыбнулся довольно.

– Ничуть не похоже, что вы переживали из-за моего опоздания, – заметил он и ощутимо наклонился вперед, заставив меня вжаться в подушки. – Признайтесь, я ведь вам снился?

Нет, вы посмотрите на этого наглеца! На кота объевшегося сметаной похож, совсем зажрался.

– Только в кошмарах, – мрачно ответила ему, гордо подняв подбородок. Мой ответ его совсем не задел, Анри мягко засмеялся, но все так же устало.

– Не похоже, что только в кошмарах, – ухмыльнулся он, проведя рукой от бедра к груди. Хлестнула его загребущие ручки, с неохотой убрал, но игривую улыбку на губах оставил. Как же она ему идет, так бы его такого дерзкого съела.

– Так зачем вы все же явились? Три дня не было ни слуху, ни духу, а тут заявились под утро поговорить о снах? – решила сменить тему, стараясь держаться холодной стервой.

– Эти твои странные выражения… – протянул он недовольно.

– Раздражают? – предположила ему вариант.

– Умиляют, – он накрыл ладонью мою щеку, нежно погладил сверху.

– Граф… – решила дать ему понять, что продолжения поцелуев не будет.

– Мы скачем с «вы» на «ты» и обратно, это слегка раздражает, тебе не кажется? – заметил он.

– Когда кажется… – начала было я, но он меня перебил.

– Мне кажется, значит так и есть, – довольно резко сказал, но затем смягчился. – Привыкай к неформальному общению, или там, откуда ты, принято иначе?

– Иначе, – согласилась спокойно, – «там» у женщин есть права и такая штука как равноправие для всех.

– Такого не бывает, – с уверенностью парировал Анри. – У женщины и мужчины разные роли, мы не можем быть равными, это попросту глупо.

– Боже, слышали бы тебя феминистки… – простонала с иронией.

– Кто? – сузил глаза мужчина.

– Борцы за права женщин… Ай, не важно, – махнула рукой, заметив полное недопонимание в этом вопросе. – Хочешь неформального общения, заслужи мое уважение, граф. Пока что ты заслужил разве что того, чтобы я учинила скандал, закричав, и выдала тебя отцу с потрохами.

Да, я мстительная, а что? Чем меньше меня тянет к нему, тем мне легче убедить себя, что ничего нет.

– Потрохами? – улыбнулся злодей, совсем не испугавшись. – Тебе так интересен мой богатый утренний мир?

– Мне так интересно, почему ты опоздал? – не растерялась от его вопроса.

– Иногда планы складываются совсем не так, как тебе хотелось, – спокойно улыбнулся мужчина.

– Что правда, то правда, я вот планировала поспать, – даже наглядно подтянула к шее одеяло и кивнула на открытое окно. – Выход ты знаешь где.

– Ты хочешь, чтобы я ушёл? – спросил с насмешкой вшивый злодей, вызывая у меня непомерное желание двинуть ему подушкой по лицу.

– Я хочу, чтобы ты мне отвечал, а не уходил от вопроса, – придала голосу серьёзность и, резко подавшись вперед, сжала его руку, не сумев скрыть волнение в голосе. – Ты смог переубедить короля не отправлять тебя в Новую Романию?

Анри долго смотрел на меня без тени эмоций на лице и, когда я с трудом поймала его взгляд, злодей улыбнулся. Что-то не так, но сказать, что не могу. В его взгляде не злость, но что-то очень похожее. Что такого я сказала, что могло дать такую реакцию? Почему какой-то странный взгляд меня волнует? Это же злодей, да ещё не моего романа. Остыть, мне надо остыть! Отпускаю его руку и прячу под одеяло, чтобы не возникло больше соблазна его коснуться.

– Анри? – повторяю вопрос, уже сама опустив взгляд и особо не надеясь, что ответит. – У тебя получилось его переубедить?

– Нет, – отвечает, отвернувшись и смотря на дверь, ведущую в коридор, – король слишком зол на меня.

Сердце ухнуло куда-то вниз, волнение мгновенно вырвало руки из-под одеяла, но я не посмела, просто не смогла его коснуться. Это из-за меня господин Карвалье все это придумал. Точнее из-за того, что я появилась в теле его дочери и не смогла сдержаться. Мне всего лишь надо было вести себя, как она, Анри бы никогда не посмотрел на такую, как она… как я. Но я дерзила, что во сне, что наяву хотела, чтобы он меня заметил и… полюбил. Где-то глубоко внутри, но все же я хотела быть той, из-за которой мужчины завоёвывают целые народы и бьются на дуэли, за право быть его главной героиней. Мне бы не пришлось выбирать между кронпринцем и злодеем, ведь свой выбор я уже давно сделала.

– Что? – спросил злодей с насмешкой. – Не будешь заверять меня, что отец поможет, или предлагать свою сомнительную помощь?

Не посмела взглянуть на него снова, чувствуя, что слегка дрожу. Когда это было? Когда я сделала этот выбор? Когда попала в книжный мир или раньше? Намного раньше? Когда впервые защитила маленького Анри во сне? Или когда увидела иллюстрацию и впервые взяла в руки книгу?

– Анна? – позвал меня встревоженно.

– Это не моё имя, – вздрогнула и отвернулась, пряча лицо за спутавшимися волосами.

Анри никак не отреагировал на мои слова, но еле заметно поменял позу, следя за мной глазами. Мне стоит успокоиться, скоропостижные решения приводят к таким же последствиям. Пусть лучше мы продолжим пререкаться, так легче.

– Так ты пришёл, чтобы попрощаться? – добавила в голос побольше иронии и улыбку добавила, похожую на оскал. – Или лично сказать мне, что пора собирать вещи в Новую Романию?

Я не понимала, что Анри замер в напряжении, пока он резко не выдохнул.

– А ты точно та самая святая? Словно меня совсем не знаешь, – чуть улыбнулся злодей и встал рядом со мной, с трудом поджавшей к себе ноги и пытающейся не кривиться от боли и нежеланных чувств. – Если я сказал, что защищу, то так и сделаю.

От его уверенности меня покоробило. Резко подняла на него глаза, хотя думала, что ещё долго не смогу этого делать спокойно.

– А кто сказал, что я нуждаюсь в твоей защите?

Он наклонился ко мне, схватил за подбородок. Совсем не разозлился, когда попыталась вырваться, только провел рукой по моей щеке.

– Твои глаза, застывшие в них слезы? – словно сам задался ответом на вопрос, нежно коснулся моих губ пальцами. – Или может твои руки…

Мы посмотрели на мои руки, до треска рвущейся ткани сжавшие одеяло, и я резко отпустила его.

– Я отвечаю за свои слова ещё с детства, – сказал Анри, вновь взглянув мне в глаза и убрав руки за спину, – ты меня этому научила.

Застыла, впервые услышав такую нежную интонацию из его уст. Хотела возразить, ведь я ничему не учила и, по моему мнению, вообще ничего путевого сделать не смогла, но моей реакцией воспользовались. Анри буквально укутал меня в одеяло и подхватил на руки.

– Что ты делаешь? – опешила, прижимаясь к нему c растерянностью.

– Помнится, ты должна мне ужин, – напомнил он с легкой улыбкой.

– Сейчас?! – попыталась дёрнуться, чтобы посмотреть на часы, но меня больно ухватили за подбородок.

– Сейчас, – подтвердил злодей и с коварной ухмылкой направился к открытому окну.

Глава 8. Романтика на крыше

Через открытое окно в комнату ворвался ледяной ветер, пробравший меня до костей. Поздняя осень – не лучшее время для прогулок в одной ночной сорочке, даже если сверху ты замотана в пуховое одеяло. Невольно прижалась к Анри, он хоть раздражает, но зато теплый.

– Ты что, правда, через балкон пробрался? – с недоверием бросила, думая, что это просто дурацкая шутка.

За открытым окном действительно имелся балкон, однако узкий и неудобный, наверняка предназначался больше для горшков с растениями, а не для визитов недоделанных Ромео. Но когда злодеев подобное останавливало? Хотя с трудом себе представляю, как Анри пользуется паркуром, чтобы забраться на балкон. Со всей той охраной под домом, что собрали они с отцом, только Анри и мог подобное провернуть.

– Конечно, – ответил он, как-то быстро пробежавшись взглядом по комнате.

– А через дверь войти нельзя было? Или хотя бы прийти не в четыре часа утра! – прорычала сердито, все ещё злясь за то, что он не появлялся все это время.

Единственный человек в этом мире, который знает кто я на самом деле, ни разу не соизволил появиться на обед или ужин, зато драгоценная кузина является, когда хочет и разрушает и так хлипкие отношения с отцом. Господин Карвалье даже не пришёл пожелать мне сегодня спокойной ночи, что раньше всегда делал.

– С этим возникли маленькие проблемы, – все тем же рассеянным голосом ответил он мне и вдруг, вместо того чтобы нести к окну, передумал.

Меня посадили в домашнее кресло, в котором по утрам Элла обычно возит меня на водные процедуры. Кстати, где Элла? Она же так чутко спит, неужели не слышит наш разговор? Или она не в своей комнате? Зная Курта, не рискну обратное утверждать. Хотя мне дела нет до их личной жизни, мне бы со своей разобраться. Из-за одеяла я едва не вывалилась из кресла, но злодей удержал. Метнулся к моему столу, стащил с кресла свой же пиджак и застыл на миг в удивлении. Да, это именно тот пиджак, что он одолжил мне на празднике госпожи Чарльз. Анри явно его узнал и попытался поймать мой взгляд, но я упрямо отвернулась, закутавшись в одеяло. Пиджак все время висел там, хотя Элла хотела его убрать, а я убеждала саму себя, что нужно отдать его Курту, но не смогла не то что избавиться от него, но даже коснуться. Глупо, но почему-то я часто поступаю в последнее время нелогично. Граф подошёл ко мне и помог одеться в собственный пиджак.