Мария Власова – Мои уродства меня украшают (страница 23)

— Я не о НЕЙ, господин! Девчушка что должна была заявить на Вальтера! Она просто взяла и сбежала! — Румяный от бега и слегка напуганный Серж мялся с ноги на ногу посреди моего кабинета.

Вальтер? А причем тут Вальтер? Он имеет какое-то отношение к великанше? Под зельем она же сказала, что не знает его, да? О чем это должна была заявить великанша на Вальтера?

Уставился на Сержа, что-то я совсем уже запутался.

— Господин, ну ваш план, с тем зельем! — Напомнил Серж.

С каким зельем? Зельем Подчинения? Похоже, этот крем влияет не только на кожу, но и на мозг. Закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, но перед глазами возникала весьма интересная картинка великанши, стонущей подо мной. Открыл глаза, похоже, мозг от крема все-таки пострадал.

Недовольно скривился и уставился на помощника, как будто намекая, что хочу услышать подробный отчет. Тот во все глаза на меня таращится, но похоже его мозг пострадал еще больше чем мой.

— Подробности, Серж! — рыкнул на него, теряя терпение.

— А, ну да! Так вот. По нашему плану, рано утром после жаркой ночки в гостиничном номере обнаружат Вальтера и скромную студентку училища Зельеваров. Студентка должна была заявить об изнасиловании, Вальтера задержали бы, а потом благополучно казнили за столь страшное преступление. — Серж невольно улыбнулся, ему Вальтер тоже не нравился, поскольку тот чуть не женился на той самой глупой избалованной Камилле, той самой дочке министра финансов. И что они в ней нашли? Мордашка красивая, но у нее слишком раздуто самомнение, да и умом не отличается — глупышка. Ну да ладно, за то Серж мой верный союзник в деле уничтожения гадкого Вальтера, мотивы же не так уж важны, главное добиться желаемого.

— И что же пошло не так? — Это был насущный вопрос.

Зелье «Желание», как я его окрестил, неделями создавалось мною специально, что бы ослабить напыщенного советника короля и сделать роковую ошибку переспав со студенткой училища. Нужна была именно студентка училища Зельеваров, поскольку туда брали неодаренных отпрысков из богатых семей, ученики же оттуда считались подданными короля, он за них отвечал, а значит, даже советнику короля не удалось бы замять такое громкое дело. Якобы жертву распутства советника так же подобрали тщательно, почти отличницу с хорошей незапятнанной репутацией. Что же пошло не так?

— Она сбежала, господин. Трудно судить, было ли что-то между ней и Вальтером, поскольку господин советник слегка разозлился, когда она сбежала, — Серж коварно улыбнулся, — и спалил парочку этажей «Престижа».

«Позер!» — подумал я с ухмылкой, а потом вспомнил, как утром благодаря мне сгорел квартал трущоб и благополучно не высказал свои мысли вслух.

— И почему эта дура сбежала? Ты ее допросил? — слегка скучновато поинтересовался, чувствуя желание плюнуть на Вальтера и разборки с ним, и самолично бросится на поиски одного злобного чудовища.

— Никак нет, господин. — Господи, чего орать то так?! Солдатские привычки моего генерала иногда выводят из себя.

— Ты по существу будешь отвечать или нет?! — Рыкнул я совсем не добродушно, кажется, я нашел новую жертву моему огню. Бесит-то как!

— Так точно! — Крикнул в ответ Серж и у меня закралось подозрение, что гавнюк так делает специально, что бы позлить меня.

Все дело в том, когда я слегка подправил один квартал, он решил, что мы вдруг очутились не на службе и посмел мне свои претензии предъявить. Ну а что в таком случае сделает настоящий некромант и военный министр? Правильно! Я поджарил ему зад, чтобы неотрадно было начальству хамить. Но в Сержа то некромантской регенерации нет, как мне было приятно видеть его рожу, пока целители, еле сдерживая хохот заживляли его задницу. Еще неделю не сможет сидеть, помощник мой дорогой.

— Я тебе сейчас и спереди кое-что подпалю! — Пригрозил, позволяя руке загореться.

— Она в больнице, в училище произошел какой-то инцидент, после которого ее и… любовника, профессора Захарова доставили в критическом состоянии в больницу. Целители не понимают, что с ними происходит, но побаиваются, что их болезнь заразна, так что никого не допускают к ним в палату. — Слегка муторно бубнил Серж, вызывая мое раздражение.

— Мне не интересно, что там с Лафэй произошло, я хочу знать, почему эта дура не выполнила задание?! — рыкнул я недовольно.

— Проблема в том, что она без сознания, господин. Все что я смог выяснить, это то, что это была не она.

Мои извилины, одурманенные кремом с трудом, работали, но странный вывод привел их в движение.

— И с чего ты решил, что не она? Она что ли в больницу раньше попала?

— Нет, всего час назад. Дело в другом, спалив несколько этажей, советник поднял на уши комиссаров. Они вовсю тормошат город, разыскивая девушку с длинными темными волосами, а Лафэй блондинка. — Серж гордо понял подбородок, доводя до меня свои умозаключения.

Длинные темные волосы? Почему-то на ум сразу пришла великанша с ее ужасной прической из неровно обрезанных прядей. Несмотря, что волосы выглядели просто ужасно, на ощупь были как шелк, что само по себе удивительно. Посмотрел на свою руку, невольно припоминая ощущение, когда прядь прошла между пальцев. Почему я все время о ней думаю? Так сильно хочется отомстить, убить ее?

Достал со стола бутылку дорогого эльфийского вина и бокал. Налил золотистую жидкость в бокал и начал понемногу пить, собираясь с мыслями.

— Господин, есть еще деталь. — Слегка неуверенно начал мой генерал и я устало поднял на него взгляд, заставляя продолжить. — Вальтер сказал комиссарам, что девчонка ограбила его. Ничего не напоминает?

Я подавился вином, при этом умудрившись оплевать Сержа и разлить бутылку уникального дорогущего вина на государственные документы.

Часть 19. Брачная метка

Клара.

В комнату Пепы я пошла, как только отошла от шока. Пофиг, Нальнар, как оказалось, даже когда он целуется по своей воле, делает он это в несколько раз хуже моего некроманта. Кажется, мне его жесткость в поцелуях и кхм… во всем остальном, понравилась. Поскольку поцелуй ушастого вызвал только желание вытереться. Хотя может все дело в том, что главную цель я достигла и теперь мне мужики не особо интересны?

Ну и пофиг с ними, теперь я уж точно не останусь одна, а на них мне плевать. На такой радостной ноте я попыталась открыть дверь ее комнатушки. Закрыто изнутри. Но где наша не бывала с моей-то клептоманией? Ноготь в замочек, поковырялись, с любовью и опытом, открывая замок за замком. Вот хорошо, что Пепа так много замков установила, и мне радость и ей защита от воров. А то воры они такие, разрешения не спрашивают!

— Пепа, ты только не обижайся, я немного взяла с твоих запасов! — обрадовала я единственную подругу и можно сказать одного из моих работодателей.

Комната у Пепы была маленькая, переделенная со старой коморки, как и остальные комнаты наших друзей бюджетников. Вот только у подруги моей все было еще хуже, чем в остальных из нашей компании. За все четыре года, что мы учились, эта зубрила не потратила на себя ни копейки, даже в комнату ничего не купила. Вот и стоит тут старая кровать, стол, стул, тумбочка прикроватная и увесистый шкаф. А главное в шкафу не одежда, а травы и ингредиенты, которые эта замухрышка собирает на летних каникулах по лесам и озерам. Главное, со второго курса мои летные каникулы проходят вместе с ней, поскольку с каждым курсом запросы у нее растут, иногда бывало, думала, что умру к чертям, сдирая кожу с еще живого василиска. Но в принципе хоть какое-то разнообразие летом, а то сидеть в своей комнате просто скучно, а так и поработала и потом долю получаю, когда Пепа очередной яд изобретет и втюхает кому-то.

Сама Пенелопа, как необычно ее полным именем называть, девушка неприглядная. Невысокая, с изуродованной странным корсетом фигурой. Она его почти не снимает, а если снимает, то такое впечатление что еще немного и упадет как кукла без опоры. Лицо у нее обычное, глаза серо-голубые, выражение на лице почти всегда можно охарактеризовать словом «задолбали». Волосы правда красивые, темно-коричневые и длинные такие, гладенькие, а эта дура их прячет, мол мешают они ей.

Моя челюсть медленно поползла в низ, когда я увидела, как подруга с непроницаемым выражением лица закинула Веронику, нашу одногруппницу, на свою кровать. Выглядели они очень странно, как будто погуляли в эту ночь очень славно, так, что еле доползли до кровати. Вероника не подавала признаков жизни, спит что ли?

— А что, меня на вашу тусу позвать не захотели? — спросила я, чувствуя, что начинаю злиться. Как детдомовская, я привыкла, что все мое — то только мое. И к Пепе я тоже так относилась, так что Вероника, с которой та сидела за одной партой и все время вместе ходила, бесила меня до чертиков. Как же часто мне хотелось раздавить ее как таракана у себя под ногами. И вот сейчас эти двое где-то шлялись целую ночь.

Меня даже не удостоили ответом, Вероника была явно в прострации, а Пепа с ничего не выражающим лицом поднялась на ноги, и, открыв шкаф начала рыться в куче мусора по ошибке названного ингредиентами.

— А я знаете ли, тоже ночь хорошо провела, а главное не одна и весьма плодотворно! — заулыбалась, чувствуя раздражение от того что меня кажется никто не слушает.