Мария Вельская – Тонкости приручения магических тварей (страница 14)

– А вот теперь, – тихонько смеется мужчина, вызывая желание все-таки схватиться за сковородку, – поговорим о ваших правах и обязанностях, милая лесса. Все-таки твари не признают кого попало, работать с ними очень непросто, и хотя пока в моем маленьком заповеднике не так много спасенных детишек, но они все довольно проблемные… почему я не могу просто отдать их самим тварям, расскажу также. Наберитесь терпения, лесса…

– А Ян?..

– Ваш сын уже ждет нас внизу. Сейчас он занят книгой по истории магии, у нас такие дают детям с пяти-шести лет, – отсек мне пути к отступлению этот очередной интриган.

Уже третий за день – не многовато ли для несчастной попаданки?

Хищный взгляд ожег синевой, захлопывая ловушку.

– Ну что же, раскроем карты, как говорят у вас на родине-Земле, милая леди?..

Слова упали камнем. Хорошо, если не надгробным. Что-то внутри азартно потерло лапки. Ничего, мы ещё поторгуемся!

ГЛАВА 6. НОВОЕ ЖИЛИЩЕ.

Я чуть не рухнула со стремянки, пытаясь оттереть ручками, а не всякими там заклинаниями, слой пыли и грязи на окне.

После нашего разговора с милордом ректором прошло два дня. Теперь я была достойной вдовой лессой Морисан (на самом деле – та же лесса Марис, просто в здешних землях многие произносили мою выдуманную фамилию с таким вот своеобразным акцентом), которая находилась под покровительством рода Даласских. Как-то само собой разумелось, что мой муж был магом средней руки, который выполнял определенные поручения своего командира в чужих землях и погиб не так уж и давно.

После чего, когда у моего сына от горя открылся чрезвычайно сильный магический дар, нам пришло предложение от самого главы клана, бывшего свидетелем «подвигов» Яна на поле боя с сорняками, приехать в Академию.

Поскольку во мне был заявлен спящий дар мага животных, почтенную вдову и сделали смотрительницей местного заповедника.

Легенда была заучена-затвержена, сын ходил с умеренно печально-возвышенным видом – похоже, на этот раз он вообразил себя шпионом в стане врага.

А я приводила в порядок доставшийся нам домик на опушке леса.

Был он небольшой, но уютный, хоть и довольно запущенный. Ректор уже и сам не помнил, зачем его здесь пристроили – далеко от преподавательского городка, да и от Академии не так близко, все время не набегаешься. Может, сторож какой-нибудь жил…

Или несчастный неодаренный, чтобы не смущать великих магов собой презренным.

Одним словом – меня все устроило. Жалко только, что бытовых заклинаний, которые ректор выдал, хватило ненадолго – еле-еле отчистили кухню и наши спальни. В домике было два этажа и чердак, а ещё небольшая ванная и туалетная комнаты.

Какое наслаждение, уж простите за подробности, мне, цивилизованному человеку, обнаружить почти родной унитаз, хоть и работал он на магии! Чуть не прослезилась! А ванная? Пусть маленькая, но с волшебными горячими камнями на дне, которые сами подогревали воду!

Нам выдали несколько симпатичных баночек с моющими средствами, пенками, шампунями – хоть тут голова болеть не будет.

Сыну выдали четыре комплекта формы от щедрот ректора – хоть будет, в чем ходить, а мое единственное приличное платье, насколько возможно, привели в порядок и выдали аванс. Вот разберусь в нашем новом жилище и отправлюсь за покупками в городок в часе езды от академии.

Фух, так о чем это я? Ах да, об обустройстве. Кровати были неплохие, хотя это вам не ортопедический матрас, а суровая деревянная реальность с тонким тюфяком.

Матрасы-то тут были, но их просто так не выдадут… придется занести в список покупок «на потом». Когда-нибудь, ага. Когда смогу нормально за обучение сына платить. В общем, подложила ещё некоторое количество тряпья, чтобы было хоть немного помягче, порадовалась выданным подушкам, пусть и формата «блинчик совсем плоский» и пошла наводить порядок в других комнатах…

Тут-то бытовые амулеты такого счастья не выдержали – и сдохли. Пришлось срочно вспоминать универсальное средство моей юности, которое помогало нам с матерью оттирать дачный дом после зимы. Сода в выданных запасах продуктовых нашлась, а вот лимон пришлось цыганить через переговорный амулет. Правда, помог неожиданно не ректор, которого я бы не рискнула побеспокоить такой мелкой просьбой, при том, что кладовщик уперся, а Ян. Раздобыл у своих новых знакомых и торжественно принес мне вечером местный ярко-оранжевый лимончик.

Уксус и горячая вода, к счастью, достались из запасов прежнего хозяина.

– Кручу, верчу, я сказать, хочу… Кручу, верчу, я теперь ворожу, – напевала я с утра, разводя нужную мне смесь в двух больших ведрах и доставая тряпки, – лимонного сока и соды немного… за чистотой тут теперь я слежу…

Мое «колдовское» варево радостно выпустило пузырьки, мне показалось, что даже немного заискрилось – интересный оптический эффект, или тут лимончики с сюрпризом?

Главное, что отчищало оно действительно на совесть. К обеду я уже умаялась так, что еле ноги передвигала. А ведь пять дней на обустройство, потом – начало учебного года и моей работы в качестве смотрительницы заповедника.

Ян пропадал в Академии, знакомясь с обычаями магов, будущей расстановкой сил на факультетах, ну и определяясь со своими желаниями – все сразу не освоишь, хотя с его огнем и так понятно, куда ему точно грозит попасть.

Нельзя сказать, что я за сына не переживала – ещё как переживала! Но понимала, что нет смысла душить его сейчас своей заботой. Ян мальчик умненький и самостоятельный, благодаря Лире ориентируется в этом мире лучше меня.

Окно на втором этаже, наконец, оттерлось. Ведра с чистящим средством закончились, коридоры и ещё две маленькие комнатки, которые были почти пусты, не считая пары шкафов, кроватей, столов и стульев, были приведены в порядок.

Все, пожалуй?

Но, как и все женщины, я была любопытна, как кошка. И решила заглянуть на чердак.

Старая лестница была удивительно нескрипучей и удобной, несмотря на отсутствие перил. Я легко взбежала вверх, оказавшись перед овальной формы дверью, но… та была заперта. Хм, странно. Дом стоял пустой давно, ректор вообще говорил, что все двери нараспашку, даже ключей не было – пришлось и ключи, и магические замки заказывать у завхоза.

Хотя, погодите-ка, на кухне в одном из шкафов стояла большая жестяная коробка. Помимо кучи каких-то обрывков ткани, перышек и бусин, также, что весьма кстати – ниток и иголок – там было что-то, напоминающее ключ. Правда я приняла его за украшение.

Сбегать дело пяти секунд, что я и сделала.

Небольшая и довольно тонкая полоска металла с крупной круглой черной бусиной на конце действительно меньше всего напоминала ключ. Почему я решила, что это именно он? Не знаю. Как будто под руку что-то толкнуло. Сто лет уже не участвовала ни в каких авантюрах, а тут, что ни день, то…

Полоска вспыхнула на мгновение голубоватым отсветом – стоило только к двери поднести – и потертая серо-зеленая защитница чердака беззвучно распахнулась.

Со странным трепетом я медленно перешагнула порог. Тишина. Темнота. Толком ничего не видно. К счастью, я прихватила лампу. Магическую – яркую. Нам выделили три штуки на дом.

Кроме простеньких артефактных светильников, которые там уже были.

Пол на чердаке отозвался скрипом. По телу невольно прошла дрожь. Может, там какая нечисть водится? Как выскочит домовой какой-нибудь, ка-ак завоет!

Но все было тихо.

Светильник выхватил из темноты одно маленькое заколоченное оконце, груду сваленных мешков, разломанных стульев, какой-то комод, несколько сундуков…

Я уже было хотела выйти – от пыли свербело в носу, а чих грозил обернуться маленькой катастрофой, когда мне показалось, что чуть впереди, у одной из косых балок, держащих крышу, что-то блеснуло. Запрятанные драгоценности, не иначе.

И все-таки я сделала несколько шагов вперед и протянула свободную руку.

– Ай!

Палец обожгло.

Медленно, как зачарованная, поднесла уколотый палец к губам – на нем набухала капля крови.

То, что случилось после, я буду вспоминать ещё долгие годы.

Чердак вдруг озарился светом – и тревожным, и каким-то невероятно притягательным.

И прямо в воздухе отчетливо проступили, сплетаясь змейками, буквы:

«Одаренный Жизнью поймет. Кровь свое возьмет. Родичь прочесть сможет».

Медленно, словно позволяя мне проникнуться величием происходящего, по воздуху в вихре знакомой голубоватой энергии спускался медальон.

Это была самая невыразимо прекрасная вещь, которую я когда-либо видела. Круглый, небольшого размера, весь он был увит причудливыми узорами, какими-то веточками, ягодами, мелькающими тут и там крыльями и хвостами, рогами и перьями.

А ровно посредине, образовав треугольник, горели три ярко-голубых камня. Я не могла отвести взгляд от них. Руки сами потянулись, коснувшись медальона, и он вдруг щелкнул и раскрылся в моих руках. Там было лишь две вещи. Кольцо и портрет.

Массивный на вид, мужской перстень. Как он вообще сюда поместился? С таким же пронзительно-голубым камнем. Не думая, я надела его на указательный палец правой руки. И кольцо, казавшееся огромным, село, как влитое.

Портрет… Я невольно вздрогнула, смотря в глаза, как две капли воды похожие на мои.

Настолько, что показалось сначала – это мой потерянный брат-близнец.

Но нет. Мужчине на портрете было около сорока. Волосы как воронье крыло, чуть угловатые, жесткие черты лица, тонкие губы… погодите, это что – клыки? Симпатичные такие, два крупных, почти вампирских. Красавец! Портрет по плечи, под стеклом. Мужчина скорее опасный и характерный, чем по-настоящему привлекательный, но…