Мария Вельская – Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (страница 70)

Стрельчатые окна, крылатые статуи тварей на стенах, изрыгающие огонь светильники. Уют по-некромантски. — Да эти двое вообще единственные, кто умудрился пойти совершенно не туда! Это и было заданием выпускников! — Хмурил брови и рокотал угрожающим басом огромный как ведмед мужчина со шрамом. — Кейрин, — ноздри ласкал запах пламени. И хвои. Цветочный едва уловимый аромат и снова огонь. Отец и Тиарграт. Сердце упало. То есть как это мы пошли не туда? Мы что, провалились? Я резко повернула голову, дернув бессменного напарника за руку. Повязки исчезли. Эйкер действительно оказался высоким, худым и тощим на грани истощения. Запавшие глаза — поразительно красивые для мужчины, с длинными томными ресницами, короткий ёжик волос. И вызов, отчаянный. В каждом жесте. Каждом движении. И такая же отчаянная надежда. — Мы прошли испытание, — мой напарник-дракон упрямо вскинул голову, выпятил подбородок. Его шатало, но он продолжал стоять. Держать меня. Или держаться за меня? Мгла, такое ощущение, что он не ел месяц, как цыпленок! Мир вокруг грохотал и накатывал своим разноцветьем. Магия покалывала пальцы, а желание непристойно и грязно выругаться, наверное, читается на моем лице. — Если это было создано для адептов выпускного курса, а мы справились, значит, мы действительно прошли ваши испытания! — Решительно подала голос. Взгляд отца... в нем светится такой восторг, теплота, обожание! Они укутывают в пуховую перину — и я расправляю крылья. Я не одна. — Мой птеунчик, — Виконт Мройн здесь. Сидит важным комком рядом с какой-то чахлой летучей мышью. Бедный грызун кажется свежеподнятым умертвием — в чем только душа держится! — Девицу обучать вообще никто не возьмётся! — Плюется ядом ведмед. Чем-то мы его не устраиваем. — Первый курс... Нужно было войти в косую дверь. Портал спрятан, но отыскать его при наличии ума и толики магии легко. Дальше... он должен перекинуть на кладбище, но это обманка. Портал перенастроен — и ведёт в логово упырей. И сейчас...От ровного равнодушного голоса Эйкера меня бросает в ужас. Всех съели?! — И сейчас адепты уже завязали несчастных тварей узелком, накрутили вокруг столько заклинаний, что как бы самим не взорваться, и чуть не обрушили стены склепа-ловушки. Думаю, упырей уже можно спасать. Я решил, что мы там будем лишними, — с тщетно скрываемой насмешкой заявил мой спутник. Да кто он такой? Нескладный юноша вдруг преобразился. Появилась осанка. На губах — надменная улыбка. Взгляд неприятный, острый. А ещё — уставший. Как будто вокруг — вечный спектакль, который ему смертельно надоел. — Прекрасная леди, — шагнул в сторону от меня. Склонился, скорее обозначив поцелуй, чем коснувшись запястья, — я покорен вашим чувством юмора и стойкостью в непростых ситуациях. Вы верный товарищ. Для меня будет честью обучаться с вами, — красивый глаз цвета мха в Зыбчатом лесу медленно моргнул. Что удивительно — Тиарграт молчал. Не рычал, не пытался отшвырнуть "соперника" подальше, а смотрел... понимающе. Оценивающе. Нет, жалости не было. Жалость унижает и расслабляет. — Эйре... Или мне стоит обращаться к вам "хаор" Эйкер? — Спросила без иронии. Он аристократ. И, вполне возможно, драконий наследник. А что там с ним случилось — пока не мое дело. Я видела, как несколько некромантов из присутствующих в зале куда-то исчезли. Вероятно, отправились спасать упырей. — Знающий недоделанный, чтоб мне хвост откусить, — вздохнул кто-то в толпе. — Так... хаор Эйкер — или все же нет? — Повторила свой вопрос. Знающий — это кто-то вроде провидца или гадалки? Тогда понятно, почему мой спутник был так уверен в своих действиях. Только сейчас, в ответ на мое обращение, Эйкер едва заметно содрогнулся. — Может быть, хаосина Ардантэ, — бледная нитка губ изогнулась, — а вы очень похожи на своего отца, — качнул головой в сторону Кейарганта молодой некромант. — Я благодарна вам за вашу корыстную помощь. Торжественно обещаю, что не подведу — и обязательно возьму вас в следующее приключение, — произнесла, вдруг чувствуя себя очень лёгкой, веселой и счастливой. — Тогда уж и меня не забудь, моя возмутительно смелая леди, — нотки бархата проникли в самую глубину души, — я начинаю думать о том, как приятно иметь тихую покор... — Избавь нас от своих семейных разборок, Тир, мы сейчас от зависти удавимся, — закатил глаза высокий худощавый дракон в традиционно черных одеяниях. Его виски были совершенно белыми. — Не торжественная церемония, а балаган, — холодно отрезал кто-то из собравшихся. — Тихо! — Вроде бы сказал это лорд Ардантэ своим обычным тоном. Спокойно и негромко. Но голос раскатился по всему залу, заставил заметаться тени. — Возмутительное нарушение хода испытания будущих адептов Ордена будет всесторонне расследовано, — прокатился рыком голос отца, — также хочу заверить, что вопрос дисциплины... как мастеров, так и учащихся, я рассмотрю лично. Я терпел и ждал достаточно. Указом императора женщины-некромантки обязаны будут проходить испытания независимо от того, есть ли у них пара или нет. И их пара не может им этого запретить. При слове "пара" поднялось волнение. А Тиарграт — в черном с серебром мундире, со знаком Ордена некромантов на груди, шагнул ко мне. К нам с Эйкером. — Вы сдали этот экзамен. Вы достойны, — просто произнес он.

Глаза дракона сияли. Его глаза говорили мне гораздо больше, как и наша связь. Будь его воля — меня бы завернули в большой пушистый плед в три слоя. И никуда бы отпускали. Меня окутали его сожаление, беспокойство, восторг — и жаркая терпкая нежность. Похоже, Тир считал себя виноватым за то, что я просто не прошлась по усыпанной лепестками дорожке до зала посвящения. Но также знал, что мне нужно было это — нужна была полная уверенность в себе. Он дал мне гораздо больше, чем мог бы. Мне и подсказки хватило перед отъездом. Я ждала этого экзамена. И, хоть призраки стали некоторой неожиданностью, теперь была уверена. Серебро, дружба и вовремя вынутый кинжал помогут справиться со всеми неприятностями. Я послала мужу мягкий ответный импульс. Не нужно. Разве ты не видишь, что я по-настоящему счастлива? Теперь я с полным правом могу считать себя некромантом. Ты учил меня. И отец, и Мройн. Свой личный экзамен по имени "жизнь" я сдала на отлично. Вот, что для меня по-настоящему важно. Наши руки встретились — но на этот раз сияние магии было почти незаметным. Союз уже заключён. Шаг вперёд. Толпа расступилась — и мы оказались у большой каменной плиты. — Клятва приносится каждым из нас на могиле основателя Ордена, — произнес муж. Сердце бешено стучало в груди, его пальцы рисовали круги на моей ладони. Чернеющие глаза смотрели на меня, не отрываясь. — Чувствую себя лишним, — пробормотал Эйкер. — Никогда, — ответила ему, сжимая тихонько ладонь Тиарграта, — ты не будешь лишним. Не знаю, как так быстро ты сумел проникнуть в мою душу, но ты мой друг. Отныне и навеки. Считай, дальний родич. Это то, что я чувствовала. Немного пугающе, но искренне. — Количество твоих добрых знакомых мужского пола заставляет меня невольно напрягаться, счастье моё, — мягкий шепот. Волна прохлады обнимает меня, магия дракона ласкается довольной кошкой. — Думаю, это последний, Тир, — ответила, едва размыкая губы. Новый друг ехидно оскалился, но я-то видела, как дрожат его пальцы и губы. Кажется, традиция подбирать "котят в беде" становится у нас семейной. Медленно рокочут барабаны. Или это иной инструмент? В моем сознании он — или в реальности? Я вижу призрак высокого молодого мужчины, который сидит на белоснежном камне. Он болтает ногами, перекидывая из руки в руку череп с глазницами-васильками — и подмигивает. — Обычно они такие нудные, — читаю я по его губам, — с вами будет веселее...Обхохочешься! Доведём до сердечного приступа, признания в страстной ненависти, бардака, дергающегося глаза и каземата! Накатывает одна волна мелодии за другой. Она невидима, неслышима, но сплетается с душой, входит в неё, окрашивает мир совсем иными красками. Качаются колокольчики, серебрится поле у подножия Некрополя. В темном чертоге на тронах, изукрашенных костями, что стоят на три стороны света, восседают мрачные боги. Где-то в далёком древнем храме, за семью печатями, дрожит пол. Медленно открываются веки спящего бога. Он все ещё слаб, но его верные стражи уже спешат к нему. Больше они не допустят ошибки. Все эти видения скользят на грани сознания — и рассыпаются искрами. Откуда-то я знаю, что это правда. Мелодия становится громче и ярче. Здесь не нужна наша кровь. Камень знает. Камень видит и помнит все, в чем ему клялись. Нарушить клятву невозможно.

— Во имя предвечных богов и мрачных Владык! Силой, данной мне миром грани, я, Кейрин Кальсиар из рода Ардантэ...

— Я, Эйкер, лишенный Рода и имени...Кто посмел так поступить с драконом? — Клянусь, пока стоит костяной трон и существует мир живых. Пока я существую — живой ли, или шагнувшей за порог, нести свое служение и достойно использовать мою силу во благо миру. Прими мою верность, Владыка Ийрэ'Нхато'нир. Прими мою веру, Владыка Микрис, — добавляю от себя. Призрак приподнял бровь и засмеялся. Смех льдинками врезался в кожу. Ладонь Тиарграта обхватила мою. Он наклонился над камнем — и впился в мои губы. Магия клятвы зелёным покрывалом осела на лоб и плечи. Магия вошла под кожу тонкой сетью. Мир вокруг сиял и пел. Счастье, нежность, восхищение, что-то глубже, шире, больше обычной любви распирало горло. Наша связь была нерушима. Мой дракон, моя пара, мой муж. Вот там, дальше — мой отец. На его губах — довольная, светлая улыбка. Тиарграт сжимает мою ладонь в своей. — Позвольте представить вам вторую женщину-некроманта в истории нашего Ордена! Кейрин Кальсиар, дочь рода Ардантэ. Моя жена и пара! Недовольных почти нет. Меня преследуют восторг, и скрытая боль, и надежда, и тоска в драконьих глазах. Эйкер кажется удовлетворённым. Спокойным. Что он там видит? Мое хищное счастье накидывает на меня форменный плащ с капюшоном и лично прикрепляет кокетливо подмигивающий череп с левой стороны накидки. — За тебя, Кейрин. За ту девочку, которая нашла в себе силы залезть на балкон к приезжему нелюдю. Я никогда этого не забуду. И не смогу восхищаться тобой меньше, — муж накручивает прядь моих волос на коготь, — я буду вымаливать у тебя прощения хоть день и ночь. Хоть всю бесконечную вечность рядом с тобой. За всё, что не понял, упустил, за боль, что мог причинить тебе по неосторожности. Ты моё сердце. В глазах — облегчение. И ещё впервые — внутренний покой и сила того, кто на своем месте. Властная вальяжность зверя, отстоявшего свои владения. В бокалах, которые раздобыл где-то Тир, вода. Но она кажется особенно вкусной. — За тебя, Тир, — мой голос звенит, — за того дракона, который показал мне, что никогда нельзя сдаваться. Что можно преодолеть почти все на свете — и выйти из этого победителем. Если рядом бьётся сердце того, кого ты любишь...Вымаливание прощения, должно быть, будет долгим и интригующим. Не то, чтобы я была против (когда ещё появится возможность вдоволь подергать за усы дракона), но мне немного жаль, что мы с Эйком не успели присоединиться к всеобщему веселью с упырями. И это единственное, о чем я жалею. Самую капельку. Сейчас же хочется отпраздновать мою окончательную победу и новый статус. И новую жизнь. Хищный жар и зелёные огни в драконьих очах. И ощущение, что я дома. Наконец, дома. И голова так удобно ложится на плечо дракона — пусть и на мгновение. Но у нас впереди — целая вечность. Да, она не будет простой. Да, за пару месяцев отношение к некромантам не изменится. Не все сразу найдут свои пары — и бури впереди тоже будут. А обучение наверняка будет не самым простым — но невероятно интересным. Я искренне предвкушаю его. Я слышу краем уха, как отец отдаёт приказы. Как к нему подходит несколько чело... драконов, командующих Ордена. Я знаю, что им предстоит выяснить, кто виноват в том, что задание выпускников оказалось у первокурсников. И кто этих самых шустрых первокурсников отправил к несчастным упырям. Знаю, что и Орден ждут новые времена. Знаю... Чили совсем скоро узнаю, что тех троих старшекурсников, которые умудрились на одном из заданий подхватить заклятье рассеянности, ждёт суровое наказание. Потом выяснится, что именно эти здоровенные лбы устроили весь сегодняшний переполох. Искренне считая при этом из-за заклятья, что делают всё правильно. А почему мастера не заметили? Да потому, что эти одарённые личности успели всё провернуть ровно перед началом экзаменов. Благодаря заклятью, у них возникла навязчивая мысль всё перепроверить. И испортить. Но об этом уже узнали позднее. Заклятье рассеянности вообще штука коварная, как нам потом объяснили. Оно ничем не обнаруживается, большую часть времени чело... дракон ведёт себя совершенно естественно. И только иногда вдруг внезапно срывается, и начинает... творить тихий хаос вокруг. Так что обучение эти ученики закончат ещё не очень скоро. Сначала лет пять наказания отбудут, без магии. А потом снова на первый год — учиться защищаться от заклятий. Им не повредит. Пусть это все выяснится немного позднее, уже сейчас все в Ордене гудят. Но некоторые перемены на пользу некромантам. Немного дисциплины им не помешает. Я точно знаю, что после этого посвящения всё обернется к лучшему. И знаю, что...Мы преодолеем все. Потому что только рядом с тобой, моя тьма, мой дракон, глава рода Кальсиар, мое сердце поет. Рядом с тобой я стала собой. Это и есть настоящая любовь. И она сильнее любой парности.