Мария Вельская – Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (страница 15)
Вспыхнули, налились силой изумрудные плотные нити.
Заметались Мертвые головы, шелестя узорчатыми крыльями.
Сила сорвалась, перемещаясь по пронизывающим город каналам.
Если здесь кто-то использует магию смерти — он скоро это узнает.
Обязательно узнает. И охота будет сладкой. Похоже, его собственные сородичи, не говоря уж о людях, забыли, как опасны могут быть вестники мрачных богов.
Довольное шипение, от которого мигом протрезвел пьяница, упавший в канаву за пару кварталов до этого, разлетелось серебряными искрами магии.
Некроманты были готовы к работе.
Глава 6. Нежеланное знакомство
Кейрин Дерришх
Новый день встретил суетой.
— Лейда, прошу! Лейда, давайте я поправлю вам вот эту оборочку. Чудесно, этот лавандовый так прекрасно оттеняет ваши светлые локоны! — Горничная щебетала.
Я рассеянно бросила взгляд в зеркало. Оттуда угрюмо смотрела стройная бледная девица с забеленной кожей и освеженными магической краской волосами.
Рыжие волосы — это удел черни. Доморощенных колдовок и шарлатанов. Я никогда не смела выходить из своей комнаты без магической краски на волосах. Истинная леди должна иметь белокурые завитые локоны.
Помню, как когда-то в детстве обижалась на это, не могла понять, почему папа считает меня некрасивой? Помню, как однажды специально смыла противную магическую маску и сбежала из комнаты без шляпки...
Тогда впервые меня оставили без ужина, а потом и без завтрака, а маму сменила строгая и сухая, как стручок гороха шейда Алеера.
Она стучала по пальцам специальной дощечкой, заставляла стоять в углу часами, если я провинилась, и учила, что дочь должна выполнять любые повеления родителей и быть благодарной за то, что ее, не слишком одаренную богами и умную, терпят в доме.
С тех пор я уже и не помнила, когда видела себя настоящую...
С той ночи, когда я сбежала к дракону, прошло три дня. И только мерцающая змейка на запястье напоминала, что мне это не приснилось.
Змейку, к слову, никто, кроме меня, не видел.
Я ждала. По вечерам, когда стихал шум, приходил пушистый хранитель, растекался огромной шкуркой по постели, урчал и... говорил.
Говорил о том, о чем с женщинами говорить вообще не было принято.
О магии и древних верованиях. Об основании королевства и других странах.
О драконах и мизгарах — закрытой расе серокожих гигантов, способных управлять по поверьям магией скал.
О знати и интригах вековой давности, о далёкой Хи-они, империи людей на юго-востоке, отгороженной от нас прорывом древних тварей.
Сочащийся тьмой провал маги до сих пор так и не смогли закрыть. Поговаривают, что в древние времена этот провал был порталом в иные измерения, божественные чертоги. Что оттуда и пришла к нам магия некромантов, что порождало новую волну слухов и опасений.
Я узнавала мир вокруг заново, и вдруг поняла, что он не ограничивается окриками гувернанток, строгими выговорами отца, скучными светскими приемами, весёлыми танцами и замужеством.
Мне так нравилось то, что я слышала! Сердце стучало быстрее, горели глаза, я закрывала глаза и мечтала... мечтала вырваться из заколдованного круга, пусть даже с помощью дракона. Если он позволит мне увидеть мир вокруг — я обещаю, что стану ему верной женой.
А чувства? Они только все усложнят. Поэтому не думай о драконах и их парах, Кейрин. Тебе нужно выжить и зацепиться в этом новом пугающем мире.
Предательство Альдара ударило больно. Даже думать о мужчинах не хотелось, не то что — видеть рядом с собой.
— Так что происходит, Гланира? — Мой голос прозвучал требовательно. Жёстко.
Я сама не ожидала от себя такого. И ещё больше удивилась, когда служанка оглянулась воровато через плечо, потерла круглую щеку, наморщила курносый нос и шепнула громко:
— Так ведь известно чего, высокая лейда, жаних ваш прибыл! Просют невестушку показать, а вы такая красавица! Он вас брыллиантами осыплет!
Она ещё что-то гудела, но гул доносился фоном. Сознание отрезало, отгородилось от происходящего. Эстаниош здесь? Как, откуда так быстро?! Мы все просчитали. У нас должно было оставаться ещё три дня!
Да, именно три. Планы дракона о более близком и куда более скором знакомстве с моим семейством пришлось отложить. И отец был постоянно в разъездах, и, как я поняла из отрывочных докладов Виконта Мройна, у драконов тоже возникли неотложные дела. Так что все пришлось перенести. Именно сегодня состоялась бы прогулка по парку, где я бы столкнулась с драконами, и...
Я до боли прикусила губу.
Разум стал вдруг четким и кристально холодным.
— Это прекрасно, милая. Позови матушку, я хочу посоветоваться с ней. Все же встреча с таким известным человеком... Я ведь должна ему понравиться! — Лепетать, глядя в пол, я тоже научилась.
И заливаться смущенным румянцем.
Мама. Мне очень нужна сейчас мама. Теперь, когда отец занят гостем, есть шанс поговорить.
"Мройн... Виконт усатый, если ты слышишь меня, срочно передай господам драконам, что у нас проблемы! Эстаниош уже здесь и желает меня видеть!" — ночные тапки Бадины Необъятной, в моем голосе звучала проклятая жалобная паника!
Тапок Бадины, древней покровительницы быта, между прочим, размером с четыре моих. Таким накрыть — и хлоп, как комара, неких герцогов.
"Мяу со всех лап. Знает твой драко-ун, бедоу-вая. Жди-у", — раздался голос кота тогда, когда дверь моей комнаты приоткрылась — и внутрь проскользнула леди Дейришх.
Вот кто был воплощением красоты и изящества, истинным духом знатных леди. Злые языки болтали, что отец женился на лейде Миури Шангольт из-за ее неземной красоты.
Длинные шелковистые волосы — чистое золото, светло-голубые блестящие глаза, длинные ресницы, маленький розовый рот, изящный овал лица и длинная шея. Фигура в виде песочных часов с высокой грудью и бедрами, от которых мужчинам сложно было оторвать взгляд, хотя леди Дейрисшх всегда была одета изысканно, просто и безукоризненно строго.
Моя мать. Я, в отличие от сестры, совсем не была на нее похожа.
— Мама!
— Милая, — грудной ласковый голос.
Сильные женские руки прижимают меня к ее груди.
Мама выглядит словно моя сестра. Ее дар силен, но она им едва пользуется. Неприлично. Не подобает.
— Мама, отец запретил со мной видеться? — Я не хочу больше молчать и ходить вокруг да около.
— Милая, — вздох. А потом прелестное нежное лицо моей матери ожесточается. Она поднимает глаза — и я вижу в них себя. Эту ослепляющую злость, готовность бороться и бездну одиночества, — он выставил охрану возле твоей комнаты и приставил соглядатая ко мне. Вдобавок, похоже, по его рекомендации целитель якобы переусердствовал с моими успокоительными каплями — несколько дней я едва соображала и была как сонная муха. Шансов почти не было. Это было... Нет, наверное, уже не ударом. К подлости лорда Оттама я начинала привыкать. Вот только лишнего времени на сочувствие не оставалось.
— Мама, я не выйду замуж за этого мерзавца. Эстаниош умён и опасен, даже я знаю, какой славой он окружён, и...
— Он уничтожит тебя, мой шмеленок, — женщина рядом со мной порывисто обнимает меня и что-то лёгкое скользит мне на шею.
От детского прозвища в глазах встают слезы. Времени почти нет, но...
— У меня есть план и союзники, мама. Поверишь мне? Мне нужно выбраться сегодня на прогулку в парк. До помолвки. Любой ценой.
Я хотела спросить ее — правда ли я не дочь своего отца? Как сильно она ненавидит его? Как терпит? Любит ли моих брата и сестру — чванливых и высокомерных?
Но у нас не было на это времени.
Голубые глаза матери смотрели прямо на меня. Внимательно. Чарующе. Серьезно.
Она не задаёт вопросов, не заламывает руки, не плачет. Молча стискивает пальцами мою руку.
— Я все сделаю, Кейри. Береги себя, дочка. И прости, что я оказалась слишком слаба и не смогла защитить тебя.
Ее пальцы ласково обводят контур моей щеки. Мама словно прощается.
Потом вздыхает, мотает головой и, когда открывает глаза, на меня смотрит совершенно другая женщина. Стальная леди.
— Я давно готовилась к этому дню. У меня тоже был план, дочка, но я положусь на тебя. Надери задницу этим высокомерным индюкам. Живи, милая. Делай то, чего просит сердце — я никогда тебя не осужу. Прогулка будет. Сейчас пока только первое знакомство. На тебе — ключ. Если все станет совсем худо — урони на него каплю крови, да или просто плюнь, — подмигивает мне эта безумная незнакомка с лицом мамы, — и скажи тому, к кому тебя перенесет, что ты дочь Золотой Мири, и она помнит вкус браги из "Драконьего приюта".
Шорох платья. Поцелуй в щеку.
И леди величественно и стремительно удаляется.