Мария Вель – В сети 18+ (страница 2)

– А если я скажу, что уже готов?

– Тогда ты нарушишь первое правило: слушаться моих условий.

Он рассмеялся – звук пришёл аудиосообщением. Низкий, тёплый, без тени насмешки.

– Ты строгая. Мне это нравится.

Я сжала телефон, чувствуя, как внутри разгорается странное тепло.

– И последнее, – добавила я почти шёпотом, хотя знала: он не услышит. – Никаких обещаний.

Тишина. Затем:

– Никаких обещаний, – повторил он. – Только слова. Только здесь.

Я закрыла глаза, выдохнула.

– Спасибо.

– За что?

– За то, что не пытаешься меня переубедить.

– Я не хочу тебя менять. Я хочу узнать тебя. Без масок. Даже если маски – это твои правила.

Я молчала, не зная, что ответить. В груди было тесно от чувств, которые не умещались в слова.

– Ладно, – наконец написала я. – Тогда начнём?

– Уже начали, – ответил он. – И знаешь что? Мне нравится эта игра.

Я улыбнулась, глядя в потолок.

Игра началась. И впервые за долгое время мне не хотелось из неё выходить.

Глава 3. «Голос без лица»

Телефон дрогнул в руке – входящий аудиозвонок. От него.

Я уставилась на экран, будто он мог обжечь. Мы условились: только текст. Никаких звонков. Никаких следов реальности. Так почему сейчас…

Палец завис над зелёной кнопкой. Сердце стучало в висках.

– Привет, – его голос прорвался сквозь динамики, низкий и чуть приглушённый. Не такой, как я воображала. Лучше.

Я сглотнула, пытаясь собраться.

– Ты нарушил правило.

Он тихо рассмеялся – звук прокатился по коже мурашками.

– Одно маленькое нарушение ради большого открытия. Ты ведь хотела знать, как я звучу?

Я закрыла глаза, впитывая интонации. В них не было наигранности, только спокойная уверенность. И что‑то ещё – будто он улыбался, говоря со мной.

– Мог бы предупредить, – пробормотала я, сама не понимая, сержусь или нет.

– А ты бы согласилась?

Молчание. Он прав.

– Ну вот, – продолжил он мягче. – Теперь ты знаешь. И можешь решить: хочешь ли продолжать.

Я прикусила губу. Хотелось сказать: «Верни всё назад, я не готова». Но вместо этого спросила:

– Почему именно сейчас?

– Потому что слова на экране – как тени. Они не передают тепла. А я хочу, чтобы ты чувствовала: я здесь. Настоящий.

В груди что‑то дрогнуло. Я представила его – как он сидит, прижав телефон к уху, как смотрит куда‑то в темноту, говоря со мной. Без лица, без имени, но с голосом, от которого внутри разгорается странный огонь.

– И что теперь? – прошептала я.

– Теперь ты задаёшь правила. Как и раньше.

Я выдохнула.

– Ладно. Но… говори ещё.

Он усмехнулся.

– О чём?

– О чём угодно. Только не останавливайся.

И он заговорил. О ночном городе за окном, о запахе свежего кофе, о старой песне, которая застряла в голове. Простые слова, но в его исполнении они становились почти музыкой. Я слушала, забыв о времени, о границах, о том, что должна быть настороже.

Когда он замолчал, я поймала себя на том, что улыбаюсь.

– Ну что? – спросил он тихо. – Я прошёл проверку?

– Возможно, – я провела пальцем по краю стола, будто пытаясь ухватить ускользающее ощущение. – Но это не значит, что я тебе доверяю.

– Я и не прошу. Просто хочу, чтобы ты знала: мой голос – это я. Всё остальное – потом.

«Потом» повисло между нами, как обещание. Или угроза.

Я взглянула на часы. Разговор длился двадцать минут. Двадцать минут, за которые мир стал чуть другим.

– Мне пора, – сказала я, хотя не хотела заканчивать.

– Хорошо. Но если захочешь услышать меня снова… просто напиши.

Экран погас. Я положила телефон на колени, всё ещё слыша отголоски его голоса в голове.

А потом, сама не заметив, открыла чат и набрала:

«Спасибо».

Ответ пришёл мгновенно:

«Это тебе спасибо. За то, что не сбросила».

Я улыбнулась. И впервые за долгое время почувствовала: что‑то только начинается.

Глава 4. «Границы размываются»

Сообщения приходили чаще. Короткие реплики сменились длинными диалогами, а те – ночными разговорами, когда за окном уже темно, а ты всё не можешь нажать «отбой».

Сегодня он начал первым:

– Ты когда‑нибудь чувствовала, что стоишь на краю? Не потому, что хочешь прыгнуть, а потому, что боишься шагнуть назад?

Я замерла, глядя на экран. Слишком точно. Слишком близко к тому, о чём я не говорила даже себе.

– Да, – ответила без раздумий. – Только я не знаю, что страшнее: шагнуть или остаться.

– А что, если за краем – не пропасть, а лестница?