Мария Вель – Идеальная рабыня Строго 18++ (страница 4)
«Прими душ. Вымой голову. Оденься. Сегодня утром ты должна выглядеть презентабельно. Не торопись. Сделай все как следует».
Он развернулся. Каблуки щелкнули по цементу.
«Когда закончишь – наверх».
Я осталась сидеть, уставившись в то место на полу, где только что были его ноги.
Странное приказание. Ему никогда не было дела до того, как я выгляжу. Лишь бы была чистая. Лишь бы готовая.
В ванной замерла у душа, выглянула за дверь. Сверху доносился звук кофемолки, затем – запах кофе. Он заваривал себе. Значит, время есть.
Я сделала, как велел: мыла волосы шампунем и кондиционером, долго и тщательно смывала засохшую кровь с ног и спины. Время растягивалось, живот сжимался в тугой узел. Я ждала, что в любой момент дверь распахнется и он ворвется сюда, вытащит меня мокрую и накажет за то, что трачу его время. Но – ничего.
Вытерлась грубым полотенцем, заплела волосы в тугую косу – он любил, когда их можно схватить. Надела единственное, что у меня было, кроме прозрачных «танцевальных» тряпок: старые джинсы и синюю футболку. И поднялась наверх.
Хозяин Джек сидел за кухонным столом с кружкой. Взглянул на меня, нахмурился.
«Наверное, стоило купить тебе что-то получше. Но теперь поздно.» Он пожал плечами. «Девин, думаю, не обратит внимания. Всё равно долго ты в этом не проходишь.»
Сделал последний глоток, поднялся, взял ключи от «Порше» из шкафчика у двери.
«Пойдём.»
Слово «Девин» прозвучало как приговор. Ноги стали ватными, когда я спускалась в гараж. Поместье хозяина Девина. Туда.
Дорога была долгой. Я молчала, глядя в окно, цепляясь взглядом за редкие дома, за повороты серой ленты асфальта. Хотелось, чтобы она никогда не кончалась.
Но кончилась. Высокие кованые ворота, черные, как провал в памяти, раздвинулись сами. «Порше» нырнул в тень аллеи, заросшей кленами. А в конце дороги, встроенный в холм, как зловещее украшение, возвышался особняк. Готический, тяжелый, из темного камня. Хозяин Джек припарковался у подножия широких ступеней.
Я открыла дверь, вышла. И в тот же миг распахнулись массивные дубовые двери особняка. Из темноты вышел он. Йен.
Высокий, как гора. Сложенный, как из дубовых сучьев. Светло-каштановые волосы, собранные в хвост, который в пылу «сессий» всегда расплетался. Его глаза – холодные, карие, бездонные – скользнули по мне, и внутри всё сжалось. Он упивался болью. Помнила. Помнила слишком хорошо.
Я стояла на гравии, скрестив руки, ждала, пока хозяин Джек обойдет машину. Потом последовала за ним по ступеням. Йен развернулся и вошел внутрь, не сказав ни слова. Мы – за ним.
Переступила порог. Мраморный пол вестибюля, белый, ледяной, обжег босые ступни. В голове вспыхнули картинки: этот пол, но в красных разводах. Моя кровь. Я закусила губу до крови, чтобы не вскрикнуть. Руки дрожали, когда стаскивала сандалии. Женщинам здесь нельзя носить обувь.
Мы прошли в приемную. Комната, обшитая темным деревом, поглощала свет. Где-то высоко над головой было окно в крыше, но оно не спасало. Белый мрамор под ногами – снова. Почему он такой белый? Почему на нём нет следов? Я ведь помню…
Я встала в привычную позу: голова опущена, руки скрещены на животе. Слушала, как хозяин Джек и Йен обмениваются короткими фразами. Голоса звучали непринужденно, почти тепло. От этого становилось ещё страшнее.
«Где Девин?» – спросил Джек. «Удивлён, что его ещё нет. Думал, он не дождётся этого дня.»
Они усмехнулись. Я почувствовала, как их взгляды скользнули по мне. Не шевелюсь. Едва дышу. Может, если буду недвижима, они забудут, что я здесь.
«Он заканчивает звонок, – сказал Йен. – Похоже, отец и брат Алекса неожиданно приехали из Франкфурта. Девин не в восторге.»
«Алекс… тот немец? Думал, он держится от нас в стороне.»
«И я так думал. Он редко появляется. Не нуждается.»
Снова смех. Короткий, сухой.
«Девин из вежливости держал его в курсе. Но ему нравилось, что ничего официального не было. До сих пор.»
«Что такого в его отце и брате?»
«Отец – Старейшина.»
Тишина. Длинная, тягучая.
«Чёрт. Девин знал?»
«Вильгельм наведывался в город, но на собрания не ходил. Алекс вообще в стороне. Девин молчал.»
«Он никогда не упоминал, – задумчиво произнёс Йен.»
Ещё пауза. Воздух стал густым от невысказанного.
«Так, Вильгельм… – протянул Джек. – Девин подозревает, что один из них может быть…»
Йен вздохнул. В его голосе прозвучала тревога, которую я никогда раньше не слышала.
«Вильгельм приезжает в пятницу. Внезапно. Девин начинает что-то подозревать.»
«Кто? Вильгельм или Алекс?» – голос Джека стал резче.
«Или младший брат?» – добавил он, но сам же, кажется, не верил в это.
«Курт приезжает только повеселиться с Алексом, – попытался сгладить Йен. – У Алекса, знаешь, репутация.»
«Могу представить, – усмехнулся Джек. – Брат, наверное, пошёл по его стопам.»
Я слушала, и тревога, холодная и липкая, заползала внутрь. Хозяин Девин ненавидел сюрпризы. Он всё просчитывал. Если он беспокоился – значит, что-то было серьёзно. Что-то, что могло коснуться и меня.
«Алекс женат? – сменил тему Джек. – Никогда не видел его с женщиной.»
«Был. Жена умерла за полгода до его переезда. Думаю, поэтому он и оказался здесь. Поэтому Девин не давил. Но теперь… не знаю. Девин молчит, но я вижу – он настороже.»
Они засмеялись нервно, фальшиво. Я знала эту ноту. Притворство.
И тут – голос. Чёткий, как лезвие, разрезал воздух комнаты.
«Джек.»
Хозяин Джек вздрогнул, обернулся. Я мельком увидела за его плечом – в дверном проёме стоял хозяин Девин.
Тишина стала абсолютной. Его присутствие впитывало все звуки, как черная дыра. Почему он остановил Джека? Раньше он никогда не вмешивался.
Сердце заколотилось где-то в висках. Что теперь? Что он задумал?
«Время для этого прошло, Джек. Ей уже двадцать.»
Девин двигался бесшумно, как тень. Инстинктивно я рванулась на колени, но Джек всё ещё держал меня за волосы. Я вырывалась, слепая от паники. Не успеть – больно. Не успеть – хуже.
«Отпусти её.»
Голос Девина смягчился, но от этого не стало легче. Джек разжал пальцы. Я рухнула на колени, сложив руки, склонив голову. Облегчение, горькое и короткое, промелькнуло внутри.
Девин остановился рядом.
«Йен рассказал тебе об Алексе и его семье?»
«Да.»
«Есть повод для беспокойства?»
Девин помолчал. Иногда мне казалось, что я чувствую ход его мыслей – вибрирующий, холодный поток. Это пугало больше всего.
«Беспокойство есть. Но паниковать рано. Мы можем использовать нашу находку, чтобы узнать их тайны.»
«Ты думаешь, послать её к ним – хорошая идея?»
«Они о ней ничего не знают. Но я хочу держать их близко. Предложу её Алексу. Он безопасен. Не в наших делах. Просто… несчастен. Может, заинтересуется такой девушкой, как Анна.»
Кто эти люди? Почему сердце замерло, а потом забилось с новой силой? В голове всплыли глаза – кобальтово-синие, нереальные. Из снов. Какое они имеют отношение к этому разговору? Я прогнала образ, как всегда.
Девин повернулся ко мне. Его черные туфли оказались прямо перед моим лицом.