Мария Устинова – Жена Эмиля. Наследник для Зверя (страница 52)

Всё затихло. О вдове Эмиля никто не помнил. Злополучное видео, из-за которого у Эмиля начались проблемы с сердцем, кануло в никуда. Но предай они огласке мою историю, я бы это пережила. Я стала сильнее.

Однажды мне позвонил Андрей.

Говорить было трудно – и мне, и ему. Раньше я варилась в их каше, а теперь киллер не вписывался в мою жизнь. Тщательно подбирая слова, Андрей рассказал, что остался в городе, но не сказал, чем занимается и не звал назад. А перед тем, как повесить трубку, признался, что скучает. Голос был сдавленным, словно ему мешали говорить шипы, проросшие в горло. Нам не быть вместе, он это знает. И почти смирился – я слышу. Только смирение не лечит боль. Я прошептала «пока» и Андрей отключился.

Несколько раз я созванивалась с Феликсом. Он и не подумал уехать, занялся бизнесом. От него я узнала, что Антон еще в коме, а Алену похоронили на новом кладбище в подвенечном платье, как незамужнюю. Позже я выяснила, что на Антоне нет обвинений, и похлопотала, чтобы его перевели в частную клинику. Каждый месяц перечисляла помощь его маме.

Феликса я попросила съездить на кладбище. У Эмиля нужно было убраться, после зимы могилу наверняка развезло. Попросила навестить и Алену, купить ей букет роз от нас с сыном. Я очень благодарна ей за смелость.

Как-то я увидела в новостях прошлое. Шла в детскую и остановилась на полпути с бутылочкой молока. Хмурилась, услышав несколько знакомых фамилий, но стояла, пока не дослушала репортаж.

От этого так сильно веяло прошлым, что в горле пересохло. Перечисляли погибших в «Фантоме», прозвучала фамилия Кац… Мама вопросительно обернулась, но ничего не сказала. В новостях мелькнул Питерцов, судя по новеньким звездах на погонах, пошел на повышение. Думаю, он был бы рад, узнай, что я живу обычной жизнью.

Пора было отпускать прошлое. «Фантом» – символ нашего с мужем знакомства, сгорел. Я освободилась.

– Привет, малыш, – маленький Эмиль перевернулся навстречу и улыбнулся беззубым ртом так заразительно, что я улыбнулась в ответ. – Кушать хочешь?

С собой я привезла свою самую большую ценность. Родительство одновременно делает нас сильными и слабыми. Дети наша уязвимость и вместе с тем, наша сила. Я изменилась после рождения малыша. Эмиля он сделал уязвимым, а мне наоборот, стал опорой.

Прошлой весной, когда я забеременела, мечтала, чтобы у моего сына было нормальное детство. Без криминальных связей отца и врагов. Мечта сбылась, пусть и жестоким образом. Но в жизни так и бывает: чтобы получить одно, нужно отказаться от другого.

Я сама молила Эмиля об этом, пока он не взял в руки оружие и не исполнил мою мечту.

Я вспомнила видео, на котором Эмиль прощался и благодарил за все. Вспомнила уставший взгляд. Спасибо и тебе тоже. За то, что был в моей жизни, за сына, за любовь. За то, что дал нам шанс жить счастливо.

Я тебя не забуду, Эмиль. И навеки останусь твоей.