Мария Устинова – Проданная невеста (страница 70)
— Значит, это Ирина? — прямо спросил Зверь.
Вика облизала губы.
— Не знаю, — в глазах появилась неуверенность впервые с разговора. — Кто об этом сказал?
— Диана. И ты сама должна понять, без врача они бы не справились.
Она отвела глаза.
— Ты прав… Прав. А где взяли лекарства? В клуб абортивные не поставляют.
— На черном рынке.
— Так допроси того, кто продал, — резонно предложила она. — Ира, я все-таки… не знаю… не верю. Боже, она же любила Руслана. Зачем с ним так поступать, это был его ребенок…
— Это правда не ты? — подала я голос.
Вика взглянула на меня.
— Клянусь, Лили! Если бы я знала, я бы это в секрете держать не стала бы. Рассказала бы обязательно.
Пожалуй, самый главный аргумент «за» — она все еще здесь, а не сбежала.
— А знаешь… — вспомнила я. — Ирина пыталась меня завербовать. Когда я жила с Русланом, она хотела, чтобы я на него доносила. Говорила, что обязана ему. И тебе тоже.
Я замолчала — обсуждать это при Вике не стоило. Да и так все ясно. Ирина покинула «Авалон», якобы, ушла вслед за Русланом, но так ли это на самом деле или она уже далеко от города, никому не известно.
— Ну что ж… — сказал Зверь. — Если ты сказала правду и это подтвердится… Я тебя хорошо награжу. Я ценю людей, которые мне преданы.
Вика расцвела.
Мы вышли из медкабинета.
— Ты ей поверил? — задумчиво спросила я.
— Не важно, верю я или нет, — отрезал он. — Все зависит от того, что скажет Ирина.
Мы поднялись на лифте — возвращались обратно в приват-комнату. Меня разобрала дрожь. То ли от облегчения, что Вика ни при чем — а подруге я все-таки верила, то ли от напряжения перед тем, что предстоит.
Я села на кожаный диван, прижимая к себе леопарда, а Зверь ходил по комнате, прижав телефон к уху.
— Руслан, — сказал он. — Я выявил всех, кто убил твоего сына. Диана сейчас у меня. Среди них была Ира, твой врач, ты должен об этом знать. Где она?
Это был автоответчик.
Только после этого Руслан ответил лично. Его голоса я, к счастью, не слышала, только реплики Зверя.
— Это твой человек, задержи ее сам. Я жду тебя в «Авалоне» для разбирательства, — долгая пауза. — Да, она здесь.
Сначала я подумала, он о Диане. Но по изменившемуся тону, сообразила, что, кажется, обо мне. Руслан спрашивает обо мне. Сердце снова заболело, словно его расковыривали старой длинной иглой.
— Исключено. Нет, Руслан. Я лучше приеду сам.
Он что, просит о нашей встрече?
— Так-то лучше, — Зверь отключил трубку и какое-то время стоял ко мне полубоком, пряча лицо.
Я с испугом смотрела на него.
— Он приедет, — сказал Зверь. — Не волнуйся, вы не пересечетесь.
Он вернулся на диван, но не то, что диалог, даже простой контакт не клеился. Зверь был на взводе после разговора. Тяжелое дыхание, мышцы закаменели. Встречу с Русланом он воспринимал, как встречу с соперником на своей территории, хотя сам его пригласил.
Я прижалась щекой к его руке, потерлась, как кошка.
В конце концов, Зверь оттаял и обратил на меня внимания.
— Иди к папочке, принцесса… — он обнял меня алчным движением. — Надо разобраться. Я хочу, чтобы все знали, чем чревато причинять вред моей принцессе. Сговорились против тебя, суки… У меня под носом.
Я судорожно вздохнула.
— Зачем она это сделала? В голове не укладывается. Она так была верна Руслану… — прошептала я в мех Голди на загривке.
После разговора Зверя с Русланом, я почувствовала слабость и скованность. Хотелось сжаться, спрятаться. И даже близость Зверя не помогала, а нежные прикосновения не отвлекли.
— Руслан сам это начал, настроил против себя всех. Прости, милая. Но от Ирины я точно не ждал. Думаю, Руслан тоже. Она нам обязана.
— Чем?
— Мы спасли ее от тюрьмы и позора. Когда-то ее муж, главный врач городского госпиталя, попался на махинациях с лекарствами и коррупции. Был большой скандал. Она тоже оказалась замешана, потеряла лицензию, деньги, уважение, а он вышел сухим из воды. Руслан договорился с мэром, чтобы ее не трогали. Ее сыну нужны были деньги, она зарабатывала их в «Авалоне». Ирина понимала, что должна была гнить в тюрьме. Я удивлен, что она так поступила… Если это она. Я не могу понять мотивы.
— Она меня не любила… — выдохнула я.
Как и все они. Когда я только здесь появилась, я не осознавала своей ценности для них двоих. Думала, зачем им девчонка из трущоб… Остальные, кажется, все прекрасно понимали. А я удивлялась, за что меня так ненавидели здесь. А они знали, что я золотой ключик к изменению ситуации, преломлению давнего паритета сил в мегаполисе… И для братьев, и для моего отца.
Все знали, что братья рассорятся из-за меня. И я перетянула на себя их внимание целиком.
И я даже не представляла, сколько опасного внимания привлеку из-за одного этого факта.
В дверь постучали, в комнату заглянул охранник Зверя:
— Хозяин, ваш брат приехал.
— Тебе лучше подняться в спальню, — решил Зверь.
Я не стала спорить, встала, прижав к себе котенка леопарда, и направилась к двери. Выглядела я такой подавленной и оцепеневшей, что Зверь проводил меня взглядом и велел одному из своих людей:
— Проводи ее.
После того, как я стала близка со Зверем, встречаться с Русланом хотелось еще меньше. Я боялась его гнева…И старая рана еще не зажила.
Зверь и без меня разберется, чью шкуру прибить к воротам.
Со Скорпионом он так и поступил.
Но в гробовой тишине спальни лучше не стало — мысли были об одном. Я представляла, как Руслан входит в клуб, затем допрашивает Диану… По телу проходила дрожь. Вместе с мыслями о Руслане возвращался и ужас
Я дала Голди молока, и отпустила играть.
Постель была в пухе, хотя ее меняли по два раза в день. Зверь не злился, думаю, он подыгрывал мне, разрешая брать Голди в постель. Видно, руководствовался идеей: чем бы дитя не тешилось, лишь бы не…
Уход за котенком вытаскивал меня.
Не было времени неподвижно лежать на кровати, и смотреть в пустоту. Руслан бы никогда не разрешил держать животное в своей спальне, еще и брать в постель на ночь.
Руслан теплым никогда не был.
Никогда.
Это его нужно было назвать Зверем, если по факту.
Минуты текли, как смола. Очень медленно. Уже и Голди притомилась, задремав, а с той стороны двери не было ни звука. Я гадала: что они делают? Представляла, как вместе пытают Диану. Или распивают на мировую — они же братья, что бы между ними ни случилось. Или не знаю, что. Почему Зверь так долго?
Черт возьми, как и в прошлые ночи, я хотела, чтобы он скорее пришел, обнял меня, занялся любовью, пожалел. Уснуть рядом, и чтобы не снились кошмары.
Меня насторожил подозрительный шум за дверью.
По ощущениям прошло уже несколько часов. Голди сладко спала на подушке, да и я тоже задремала.