Мария Устинова – Бывшие. Первая жена (страница 89)

— Мы поедем к Яну, — бросаю охраннику. — Передайте сестре, пусть спокойно собирается, я с племянником подожду в машине.

Меня пропускают.

Если сумею выйти за ворота: я буду свободна. Сумки я бросила в машине, заплатив таксисту, чтобы подождал. Если выйду, а его и след простыл — значит, так и надо дуре, но правда, даже на деньги плевать, когда ребенок оказался на моих руках.

Лифт еще на этаже. И криков Тани не слышно. Мы спускаемся, похолодев от ужаса, тороплю лифт.

Лишь бы она не рассказала правду Яну, когда все поймет!

зажмуриваюсь.

Ведь расскажет.

Отомстит.

Если ей не достался ребенок, значит, пусть не достанется и мне. Я ее характер знаю. Но мне плевать. Роман о нас позаботился, так что спасибо ему. Я даже прощу ему все, что он сделал. Помолюсь за него.

Только на улице, попав в незнакомую среду, Марк начинает хныкать.

Таксист ждет меня!

Ныряю в нутро салона и нервно улыбаюсь.

— На вокзал, пожалуйста.

Он кидает подозрительный взгляд, но заводит машину.

Смотрю в зеркало заднего вида. Дорогой ЖК уплывает назад. Таня, наверное, скоро поднимет тревогу, когда спустится и не обнаружит машину.

Но мы уже будем далеко.

Прощай, прошлое.

Я украла своего ребенка, свое будущее. Смотрю в сморщенное личико, покачивая, и шепчу:

— Не плачь, Маркуша, мамочка о тебе позаботится.

Мне еще страшно, я боюсь погони, но, когда попадаю в здание вокзала, меня отпускает.

Я почти реализовала свой план.

Приткнувшись в зале ожидания, изучаю свободные билеты. Дело упрощает то, что направление может быть любым. Мы переедем несколько раз, чтобы запутать следы. Я уже начинала новую жизнь, а теперь есть деньги и сын.

Я даже не представляла, как страдала без него.

Все время, что у меня был ребенок, сердце болело и ныло не переставая. Сейчас я боялась неизвестности, Яна, сестры, но сердце исцелялось, наполнясь покоем, о котором я даже не подозревала. Выбираю билет на поезд подальше от столицы и выкупаю его. Отправление через два часа.

До последнего боюсь появления Яна.

В уютном купе на двоих сижу с закрытыми глазами. Прижимаю Марка к груди и молюсь про себя. Каждую секунду жду криков и его охраны на перроне.

Открываю глаза, когда поезд трогается. В них стоят слезы, все расплывается.

Марк смотрит в лицо, с восторгом улыбаясь.

Все позади.

Не верю в это.

Столько борьбы, содранных коленок и синяков, столько попыток выгрызть для себя обычную жизнь с ребенком.

И вот, все кончается.

Правильно говорят, что дорога под ногами идущего.

Сама не заметила, как дошла до цели. И улыбка моего сына такая светлая, что нельзя не улыбнуться.

— Родной, — шепчу я и целую теплую макушку. — Все хорошо, Маркуша… Мамочка справилась. Мы будем вместе.

Эпилог

Чужой город встречает ночным дождем.

Недалеко от вокзала снимаю номер в гостинице и перекрашиваю волосы. Была блондинкой, теперь сексуальная шатенка с рыжинкой. Я должна быть максимально непохожа на себя.

Марк спит, а я выбираю объявления.

Я знаю, что утром сниму квартиру, положу деньги в банк — не на счет, в ячейку. Так надежнее. Куплю вещи нам с Марком. Поживу год, если город устроит, смогу зацепиться и найти работу, останусь. Куплю жилье, все будет хорошо.

А прошлое порастет быльем.

Уже через месяц у нас есть все: няня, уютная квартирка с видом на местную администрацию, одежда и налаженный быт.

Марк еще плачет ночами, зовет Таню, но уже привыкает — родная кровь зовет. Еще через две недели называет меня мамой и тянет ручки утром из кроватки. Мое сердце тает…

Первые несколько дней я дергаюсь, а затем понимаю: если бы Ян мог, уже бы нашел меня.

Я хорошо замела следы.

Мою жизнь поглощают хлопоты о ребенке. Я играю с ним, развиваю и он схватывает все на лету.

И каждый раз, глядя на него, я думаю о Яне.

Марк похож на отца.

Где он, что сейчас делает?

Ищет ли меня, что ему сказала Таня? Эти вопросы не дают спать, иногда я вижу бывшего мужа в кошмарах — он приходит за сыном.

Я читала в интернете о нем. Пыталась найти информацию о Северном. Тело охранника Яна вынесло на берег по течению реки ниже. Тела Северного и Дубнина не нашли. Спустя время их объявят погибшими и прекратят поиски. Река слишком бурная, с омутами… Там часто тонут.

Фирма Корнилова ликвидирована.

Все закончилось.

Можно дышать спокойно.

Я перестала следить за Яном. Он почти исчез из информационного пространства. Я даже начала беспокоиться. Как бы там ни было, но зла я ему не желаю — считаю, что мы в расчете за все. Пусть будет счастлив.

На глаза попалась статья: Ян Горский покорял новые бизнес-вершины и, судя по фото, отлично cебя чувствовал. И отлично выглядел. Непобедимый холодный взгляд и умные глаза остались при нем.

Он вывел новую девушку в свет…

Для меня это означало одновременно освобождение и конец. Когда с мясом выдираешь то, что уже не нужно. Боль и успокоение.

Он забыл обо мне. Пошел своей дорогой.

Теперь мы точно свободны.

Нахожу взглядом Марка и грустно улыбаюсь:

— Теперь я уверена, что все будет хорошо. Вот мы и одни…

Беру сына на руки, наслаждаясь родным теплом, которое может победить все: боль, одиночество, разбитое сердце…

Все раны, которые нанес мне самый любимый мужчина — мой бывший муж Ян Горский.

Конец