Мария Устинова – 9 месяцев после развода (страница 37)
Открываю дверцу. Внутри пусто – то есть абсолютно. Наверное, Антон убрал все после смерти свекра. Но все равно делаю вид, что беру что-то и иду обратно в спальню.
Следом заходит Антон.
– Молодец. Отлично справилась.
Нужно идти обратно в кабинет, пересматривать записи, что получилось. Но мы почему-то застываем. Оба устали. И обоим грустно.
Мне эта минутная прогулка по дому стоила огромного количества сил.
– Не понимаю, как меня подставили, – качаю я головой. – Если запись подлинная, значит, это был спектакль с какой-то актрисой очень на меня похожей… Значит она была здесь. Как это возможно?..
– Или это была ты, – улыбается Антон, но уже не так, как раньше.
Скорее подначивает, чем не верит.
– Не я!
Он молчит.
Если бы он не верил мне на все сто процентов, то не притащил бы сюда и не стал разбираться дальше.
– Получается, она была в нашей спальне, – продолжаю я. – На ней моя одежда. Она похожа на меня, как сестра…
– У тебя не было сестры-близнеца?
– Ты шутишь? Нет, конечно.
– Может, твоя мама не все тебе рассказала.
Смотрю и не понимаю, он серьезно или как?
– Я бы тогда знала… Давай не будем рассматривать совсем фантастические версии.
– Других не осталось, Кира.
С этим я согласна.
В кабинете мы пересматриваем запись. Похоже на то, что я видела. Конечно, одежда другая, все иначе, но я правдоподобно сыграла…
– Ты помнишь тот вечер?
Антон сидит в кресле, а я присаживаюсь на широкий подлокотник. Просто так удобнее. Он как будто не замечает: сосредоточенно смотрит кадры со мной.
– М-м-м?
– Тот вечер, когда я якобы обнесла сейф?
И покраснела при слове «обнесла». В ушах так и звучит мамин голос: что за выражения, Кира?
Антон не реагирует.
– Отлично. Я летал в Швецию по делам отца…
Он не успевает договорить, как перед глазами вспыхивает картинка.
– Боже, я помню это! – восклицаю я.
Я была одна в доме, было непривычно и страшно… Антон улетел только на один день, а я осталась – слишком неожиданной была командировка. Прямо из офиса отправился в аэропорт. Такие и раньше иногда бывало, но мы еще не жили вместе и одна в доме я не оставалась…
До сих пор помню свои чувства: грусть, одиночество, в огромной квартире страшно и непривычно. И хочется одного – чтобы Антон скорее вернулся.
– Так это был тот вечер?
– Да.
– Мы же болтали перед сном, помнишь?..
Страх я пыталась отогнать разговорами. Сначала поговорила с мамой, подругой, потом с Антоном перед сном. С ним мы болтали дольше всего, я даже смеялась…
Помню его голос – он меня успокаивал и говорил, что утром уже вернется. Скорее всего, я еще буду спать. И было так приятно осознавать, что, когда я открою глаза, мой любимый уже закончит дела и будет рядом.
Это воспоминание даже сейчас вызывает улыбку.
Антон, напротив, мрачнеет.
Складывает руки в замок – точь-в-точь, как отец. Кажется, он то же самое вспомнил.
– В ту ночь здесь кто-то хозяйничал, – бормочу я. – А я не слышала… – мысль идет дальше, да квартира огромная, хорошие двери, но. – Она была в спальне.
– Да, она вышла из нашей спальни.
Отмечаю, что Антон говорит «
Значит, все-таки верит. Хотя бы частично принял мою версию.
– Что ела и пила в тот вечер? – задал он вопрос, который уже вовсю крутился в голове.
– Я не готовила ужин. Тебя же не было, съела йогурт, бутерброд, чай выпила. Ничего особенного.
Такие детали за давностью уже не вспомнишь.
Но не готовила и не заказывала точно. Я была одна и до беременности ела, как птичка. Мне столько еды просто не нужно – в деталях не помню, но вроде бы бутерброд с мясом и йогурт был… Может быть, еще что-то съела из холодильника. Откуда же знать, это так давно было!
– Слишком много времени прошло, – качает головой Антон. – Но я выясню, кто из прислуги работал в ту и их опрошу.
– А в первый раз ее охрана не допросила?
– Допросила. Но сейчас другие обстоятельства.
– На ночь тогда никто не остался. Вечером прислуга ушла… Я была одна.
Антон запускает на видео ту самую запись, и мы вместе замолкаем.
Смотрим, как другая я крадется по дому.
Да, мы очень похожи. Но…
– Теперь ты видишь, что это не я? – шепчу я.
Антон поджимает губы.
– Тогда ты все-таки была другая, чем сейчас.
– О чем ты? – и вспыхиваю, поняв намек. – Ты намекаешь, что после родов я не очень выгляжу?
Я пышу праведным гневом.
Даже с подлокотника соскакиваю. Антон явно смущен.
– Прости, Кира. Это было неуместно с моей стороны, ты все-таки родила ребенка… Но выглядишь и двигаешься ты теперь немного иначе. Не могу замолчать этот факт.
– Как я должна двигаться? – цежу я. – Если недавно родила человека, даже отеки еще не полностью ушли! И грудь стала больше!
– Ладно, я понял, – Антон заслоняется ладонью от новых подробностей о моем теле. – Прости. Передам записи специалисту, пусть сравнивает.
– Ты мне веришь или нет? – решаюсь спросить я.
Антон молча заканчивает – выключает ноутбук, гасит свет в кабинете.