Мария Тиамат – Величие. Книга 4 (страница 5)

– Прошу, поднимитесь. Человеку не пристало стоять в Белой империи на коленях, ведь норды и люди – братья по крови. Мы не забыли этого. – Орсинь благосклонно улыбнулась, сквозь полуопущенные веки отыскав находящегося среди знати Пьерше и заслужив его одобрительный кивок.

Эристхейл поднялся, и эльфийка увидела, что плащ скрывал длинное одеяние чародея, вышитое шёлком и серебряной нитью.

– Я маг, а магам свойственно предчувствовать. И меня не покидает ощущение, что ваше правление останется в истории надолго, Ваша Светлость. – По учтивому тону Эристхейла было трудно определить, льстит он или говорит на полном серьёзе.

– Я не больший герой, чем Аурелий. – Рука Орсинь опустилась в ладонь императора, который её пожал. – Ваш восхитительный дар принят с искренней признательностью. Прошу, наслаждайтесь вечером.

Маг отошёл в сторону, и эльфийка едва удержалась, чтобы не проводить его взглядом. Что-то тянуло приглядеться к нему поближе. Быть может, преподнесённый им драгоценный подарок? Дерево, безусловно, свидетельствовало об изумительном мастерстве ювелира, который создал его, – но почему именно Десятое королевство одарило Белую империю столь щедрым знаком внимания?

– Пойдём танцевать? – предложила Орсинь Аурелию.

Поток гостей перед троном уже истощился, а император по-прежнему сидел со скучающим видом.

– Давай, – коротко бросил тот.

Пока они спускались, эльфийка постаралась припомнить лекции своих преподавателей, в которых те рассказывали о расе людей. Десятое королевство было одним из самых сильных человеческих княжеств. Ему удалось существенно ограничить власть жрецов Бездны – именно поэтому его послом смог стать маг. Насколько Орсинь было известно, человеческая магия скрывала в себе много таинств и кардинально отличалась от эльфийской: доступная немногим, она соприкасалась с самой сердцевиной Бездны и потому несла большую опасность в первую очередь для своего обладателя. В древности простые люди боялись своих одарённых соплеменников и изгоняли их из селений. Сегодня, когда магия используется повсеместно, отношение это, разумеется, смягчилось, однако в Северных королевствах чародеи по-прежнему являются чем-то вроде отдельной касты. Их терпят из необходимости и одновременно по возможности сторонятся. Даже живут маги зачастую в кварталах-резервациях, и только Десятое королевство законодательно не ограничивает их в данном аспекте.

Всё то время, что они с Аурелием танцевали, Орсинь не покидало ощущение: что-то не ладится. Быть может, она слишком сильно погрузилась в размышления, позабыв о празднике. Или, возможно, Аурелий держал её как-то не так, как ей хотелось. Впрочем, он был бережен, но что-то в его манерах переменилось… Иллюзорность чувств, не поддающихся объяснению, приводила эльфийку в замешательство. Величие их победы – и личной, и военной – было безупречным, и всё же одного-единственного кусочка этой мозаики, которую они собрали вместе с таким трудом, как будто недоставало.

– Я красивая? – спросила вдруг Орсинь.

Аурелий удивился, чуть не сбив шаг.

– Да, конечно. А я? – Ласковая улыбка осветила его лицо, но глаза… глаза оставались спокойными.

– Ты очень милый, – фыркнула Орсинь.

– Что-то не так?

– Нет-нет. – Если бы она знала, то безусловно бы объяснила, что её беспокоит, но пока что эльфийка действительно не понимала, в чём дело.

Они провели вместе три танца – число достаточное, чтобы соблюсти приличия и после этого разойтись. Эта мысль больно кольнула Орсинь. Раньше они не считали танцев, но сейчас… сейчас иная реальность, и на их плечах лежит гораздо больше обязанностей. Этот приём – тоже своего рода работа. Необходимо уделить внимание гостям, почтить их приветливой беседой, ведь соблюдение этикета – залог уважительных отношений. Наверное, им с Аурелием стоит больше времени проводить наедине, и ей не следовало в тот вечер быть такой холодной. А Аурелий очень чуткий… Она наверняка оттолкнула его.

– Вы не окажете мне честь? – Эристхейл подобрался незаметно, или, быть может, это Орсинь слишком глубоко ушла в нерадостные мысли.

Кивнув, эльфийка вернулась к танцующим уже вместе с человеческим послом. Чутьё не подвело её: этому магу было что-то нужно. И точно, едва они сделали несколько вальсирующих движений и оказались в центре зала, Эристхейл тихо произнёс:

– Прошу, устройте мне неофициальную аудиенцию с императором Аурелием.

Шарканье подошв и шелест одежды заглушали его голос, делая недосягаемым для любопытных ушей. Орсинь выдержала паузу, обдумывая ответ.

– Почему неофициальную? И почему вы не обратитесь сперва к графу Круазе?

– Поверьте, я не имею ничего против вашего министра. Но то, что я намерен сообщить императору, – предложение, быть может, векового значения, и мне важна предельная секретность. И чем скорее аудиенция состоится, тем лучше.

– Вы умеете интриговать, – рассмеялась эльфийка. – Хорошо, пригласите меня на танец через час, я постараюсь переговорить с Аурелием.

Несколько вкрадчивых взглядов, которые умеет бросать только светская женщина, и вот уже император присоединяется к своей невесте на троне, якобы отдохнуть. Несколько слов, подкреплённых легкомысленной улыбкой, будто бы эльфийка делится впечатлениями от бала, – и вот они уже снова как ни в чём не бывало возвращаются к гостям. Вечер продолжается, смех, яства, красивая музыка и блеск нарядов приятно пьянят. Но когда хозяева празднества прощаются с гостями, удаляясь в покои, один из слуг бесшумно подходит к Эристхейлу и просит следовать за ним. Несколько переходов по лестницам и анфиладам комнат, и вот уже посол видит перед собой императора Белой империи без налёта светского лоска: несколько усталого и настороженного странной просьбой. Рядом с ним стоят довольно усмехающаяся Орсинь и министр иностранных дел граф Круазе.

Эристхейл не стал медлить, сразу опустившись на одно колено и прижав руку к груди в почтительном жесте:

– Ваше Величество! Позвольте выразить глубочайшую признательность за ваше великодушие. Весть, которую я вам принёс от имени Десятого королевства, действительно не имеет прецедентов в истории. Моя страна просит вас о помощи в объединении человеческих земель. Взамен мы клянёмся восстановить хорошие отношения между нашими братскими расами. Разумеется, наши народы очень долгое время находились в противоборстве. Мы готовы по мере возможности искупить свою вину, но не унижаться. Здесь нет места для правых и виноватых. Но я верю, что вместе мы могли бы создать новый мир. И это было бы выгодно и вам, и нам. Для Белой империи – обрести верного союзника. Для людей – преодолеть раздробленность и стать сильнее. Мы нужны друг другу.

Понимая, что услышанное должно быть слишком неожиданным, Эристхейл не менял позы, ожидая ответа.

– Да, то, что вы предлагаете, заманчиво, но нелегко в исполнении, – помолчав, протянул Аурелий. Он не спешил с обещаниями. – Что конкретно вы хотели бы предложить и получить взамен?

– Мы предполагаем заключить несколько политических браков между вашей аристократией и знатью королевства. Теперь, когда вы берёте в жёны эльфийку, это станет возможным. Кроме того, будут установлены льготные условия торговли, специалистам из Белой империи будет отдаваться предпочтение. Наши государства заключат соглашение о взаимном культурном обогащении. Но всё это мы сможем осуществить после того, как земли людей обретут центральное управление. Для этого власть в свои руки возьмём мы – маги Десятого королевства. В Верховном Совете нас уже преобладающее большинство. Очень скоро мы начнём освободительную войну, но для этого нам необходима поддержка, как экономическая, так и военная…

– Военная исключена: население решит, что древняя угроза сбылась и норды пришли поработить людей, – возразил Пьерше. – И мало что сможет их переубедить. Вы сами же и пострадаете от последствий, потеряв доверие простого народа. К тому же предлагаемых вами мер недостаточно. Политические браки и льготы? Этого слишком мало, чтобы преодолеть вековую ненависть. Начинать нужно с самых корней – с молодого поколения. Вы должны переписать учебники истории, сделав акцент на том, что норды и люди едины. И, пожалуй, мы бы сами хотели принять в этом участие, чтобы быть уверенными в содержании.

– Сами? – Эристхейл покачал головой. – Мы братские народы, но люди имеют право на независимость.

– И тем не менее мы не можем верить вам слепо, – согласился Аурелий. – Мы не собираемся диктовать во всём свою волю, но если вы настаиваете на сближении, то некоторые решения должны приниматься совместно. Особенно если это касается культурного единения.

– Мне нужно обсудить это с членами Совета, – не стал спорить посол. – Возможно, мы могли бы отправить вам на рассмотрение уже готовый текст и учесть пожелания. Однако мы потеряем время на согласования. В таком случае нам требуется, чтобы Белая империя авансом выплатила Десятому королевству хотя бы часть запланированной финансовой поддержки, а остаток – после утверждения текста.

– Хорошо, – кивнул Аурелий. – Предварительно я готов оказать поддержку совету магов Десятого королевства. Возвращайтесь к нам с дополнительными сведениями, и мы обсудим нюансы.

* * *

– Добро пожаловать! – Этот голос, в котором сочетались солнечное тепло с яблоневой тенью, нежная уступчивость с искрящейся жизнерадостностью, заставил что-то дрогнуть и отозваться в душе Аурелия ещё до того, как он увидел её.