Мария Страхова – Озорной воронёнок Петька: шалости, вперёд! (страница 2)
– Поня-ятно… – протягивал Петька, кивая клювом. А сам подумал, что его бабушка великая фантазёрка. Вся в Петьку!
Дядя Гефест с пустыми крыльями никогда не прилетал. В этот раз он подарил Петьке игрушку, на которой написано: «Куку-Там».
– Ухты-ы! – Петька рассматривал её во все глаза, крутил так и сяк. Выглядела Куку-Там как плоское белое яйцо с овальным экраном. За экраном, словно герой мультфильма, прятался электронный кукушонок.
– Ку-ку, ты там? – веселился Петька, наблюдая за кукушонком во все глаза и подлетая от волнения на месте. Надо же – у него, воронёнка, теперь есть свой кукушонок!
– Вот на эту кнопку если нажать – покормишь его, на эту – гулять полетит. Понарошку, конечно. У нас все птенцы в такое играют. Кукушки придумали, они в Большом Лесу главные по игрушкам, – объяснял дядя Гефест.
– Ох уж эти кукушки, им бы только яйца раздавать, не настоящие, так игрушечные, – весело каркая, качал головой папа.
– Что ты, что ты! Это всё в прошлом, – замахал на него крыльями дядя Гефест, – у вас в лесополосах совсем ничего не знают про Большой Лес.
– Расскажи, расскажи! – подпрыгивал Петька.
– У наших кукушек свои большие детские сады! Там их кукушата разных возрастов все и растут, и кукушки-няни есть. Так-то!
Петька так заигрался с Куку-Тамом, что его взрослые еле-еле спать отправили. Из своей комнаты он слышал, как папа и мама весь вечер восхищённо каркали, слушая дядю Гефеста. Он тайком просунул клюв в щёлку двери и увидел, как дядя что-то тихо рассказывает. Какой-то секрет. Вот бы узнать какой!
***
Утром папа Рома усадил Петьку на кухне. Петька насторожился – отчитывать его пока не за что, день ведь только начался.
– Ты знаешь, Пётр, – начал папа, – что мы, ворОны, народ смышлёный.
– Знаю, – закивал клювом Петька. Себя он считал одним из самых смышлёных воронят – с острым, как иголки у ежа, умом. И вообще Петька был очень скромный.
– Так вот, – неспеша продолжал папа, наливая Петьке чай, – твой дядя Гефест такое придумал: мы построим Червячковую ферму в Большом Лесу. А на нашей здесь соседи помогать останутся – и им дело, и нам хорошо.
– А нам почему хорошо? – Петька ёрзал на стуле от волнения. Вот он секрет, о котором взрослые шептались вчера!
– Потому что мы пока в Большой Лес переселимся и будем новой фермой заниматься, – папа насыпал Петьке желейных червячков в чайное блюдце.
Петька сначала смотрел на извилистые фигурки – «Шлёп, шлёп» приземлялись они один на другого – потом посмотрел на папу… и как подскочит со стула, чуть не задев крылом кружку чая. Ведь когда спешишь – это ясное дело, никуда не смотришь.
– Кар-кар-ура!
Папа тоже развеселился. Ребёнок доволен – и родителям радостно!
– Дядя Гефест уверен, что там у меня много-много покупателей будет! А ещё его почта совсем устала наши посылки доставлять, – объяснял папа, пытаясь усадить Петьку обратно на стул.
Петька сразу представил, как стая ворон еле-еле машет крыльями над высокой травой, не в силах больше поднимать мешки с червячками и носить посылки из Малой Лесополосы в Большой Лес.
– Мы переезжаем! Кар-кар-урра! – Петька заплясал по кухне, разбудив маму. Он, конечно, очень любил Малую Лесополосу, но как же здорово путешествовать! Рассказы про Большой Лес всегда вызывали у него какой-то особенный птичий трепет. Невероятно интересно, наверное, живут птицы и звери Большого Леса. И он это скоро узнает!
Но не всё делалось так быстро, как хотелось Петькиной вороньей душе. Ведь когда чего-то очень ждёшь время ведёт себя особенно противно – тянется и тянется. Даже когда Петька в углу стоял после шалостей, время не вело себя так безобразно скучно.
– Ну когда уже, когда? – спрашивал Петька.
– Скоро, скоро, – отвечали мама с папой.
***
Наконец, через какое-то время, они с папой и дядей Гефестом полетели в Большой Лес «решить вопросы» – так сказали взрослые. Мама Катерина осталась приглядывать за Червячковой фермой.
Летели долго, но с остановками. Правда, редкими.
– Крылья ноют! – жаловался Петька, пролетая над синей гладью озера.
– Хвостик устал! – продолжал Петька, когда тень трёх ворон скользила над зелёными виноградниками.
– Лапки затекли! – не унимался Петька, рассматривая ряды сиреневых кустарников, которые бежали навстречу горизонту.
Это был край Душистых Полей лаванды, за которым жила Петькина бабушка Клара. Приятный цветочный аромат струился к небу и окружал всех воздушных путешественников.
Наконец, они очутились у окраины Большого Леса, перед огромной мастерской между двух высоких сосен. На деревянном здании красовалась вывеска с крупными буквами: «ДЯТЛОСТРОЙ. НИ ДНЯ БЕЗ СТУКА».
– Дядя Гефест, а мы зачем сюда прилетели? – у Петьки каждое пёрышко взъерошилось от любопытства.
– Это дятлы – они по всему лесу строят гнездома. Такие мастера, всё умеют! – закивал клювом дядя Гефест.
– Сейчас закажем нам новый гнездом, надо же нам где-то жить в Большом Лесу. Самим строить некогда, – объяснял папа.
Они залетели внутрь просторного кабинета и деловитый дятел в красном берете поздоровался заученной фразой: «Добро пожаловать! Строим гнездома для любого крыла!» – отчеканил дятел.
Петька оглядывался вокруг, разинув клюв. Туда-сюда летали занятые дятлы, до него доносились обрывки разговоров: «Сова с десятого дуба ещё этаж хочет сделать» или «Зайцу Василию надо завтра крышу починить». Но в основном все слова тонули в дружном стуке и треске, который раздавался с мастерской за главным кабинетом дятлов.
Петьке очень захотелось посмотреть, как именно зайцу Василию крышу будут чинить! Он сразу представил, что у зайца над головой крыша, на которой стучат дятлы, а уши зайца торчат сверху, словно две антенны.
Несколько стен у дятлов были увешаны молоточками и молотками, отвёртками и пилами, и другими нужными инструментами.
Другая стена оказалась настолько пёстрой, что от неё рябило в глазах. Однажды Петька видел в небе стайку попугаев. Обычно эти яркие птички над их лесополосой не летали, но в тот раз, видимо, заблудились.
– Это дальние путешественники, – объяснила мама, – надо им удачи пожелать!
Мама покаркала им вслед ровно тринадцать раз – известная примета для верного везения в их лесополосе. Вдруг попугаи, которые летели группой на птичий конкурс красоты, после маминого карканья как закричали и припустили! «Наверное, удача на них сразу так подействовала» – решил Петька.
– Слышишь? Что кричат? – пыталась тогда разобрать мама. – Кажется, «Победа»!
– Не-ет! «Еда»! Проголодались бедняги в дороге! – Петька вытянул шею и тоже слушал.
Попугаи испуганно вопили «Беда! Беда!». Тогда Петька не знал, что на родине попугаев существовала страшилка про тринадцать «Кар» – они считали, что это вовсе не к удаче. Оказывается, у птиц из разных лесов, джунглей, гор и других мест есть свои традиции.
В общем, когда разноцветное облако попугаев потеряло строй и в суматохе поспешило прочь, у воронёнка так же в глазах краски смешались.
Петька подлетел поближе и каркнул от удивления. На стене было множество перьев, покрашенных в разные оттенки.
– Это примеры цветов для стен домов, – важно заявил Петьке дятел, который встречал их у дверей. Тот самый, в пышном берете. А может вовсе и не тот. Петька засомневался, разглядывая теперь уже дятла от кончиков когтей до берета – эти птицы в «Дятлострое» все были такие важные, что одного важного от другого трудно было отличить. Слишком важность была похожей.
Вслед за гнездомом «красные береты» предложили сделать мебель. Затем выкрасить пол и стены. У Петькиного папы тоже в глазах стало рябить, но только от такого большого количества предложений – он всё хотел заказать! Но дядя Гефест возмутился и каркал, что иволги, например, красят дешевле.
– Ладно-ладно, – махнул крылом самый главный и самый важный дятел, – мы меньше монет возьмём как с новосёлов. Знаем мы, как иволги красят – как курица лапой! А у нас в «Дятлострое» поползни работают – никто из птиц так быстро вверх-вниз не бегает! Покрасят и пятнышка не пропустят!
– К тому же, иволгам дай волю – все дома в жёлтый перекрасят под свои перья! Потом птицы своё жильё с другими путают! – вмешался ещё один дятел.
***
Гнездом был готов через несколько недель. Мама усердно собирала все свои украшения в дорогу, гоняясь несколько дней за двумя соседками-сороками. Они брали носить её серьги и ожерелья. Так украшения мамы Катерины полюбились им, что сороки не желали с ними расставаться. Мама прилетела за своим добром, а соседки начали совершенно случайно улетать от мамы и прятаться за ветками. Наверное, тоже совершенно случайно.
Украшения вернулись к маме только, когда она очень сильно убедила каждую сороку отдать её вещи. У одной даже случайно выдернула перо из хвоста. Получилось, что самое длинное и красивое. Всё произошло в пылу погони.
– Ну вот, мама, а меня ругала за такое. Можно дятлам подарить, – прокаркал Петька, рассеянно глядя на перо, – они их собирают.
Мама Катерина с тех пор решила не отдавать свои вещи тем подругам, которые не очень надёжные птицы.
Глава 3. Как Петька полетел в школу и быстро из неё вылетел
Пока мама и папа хлопали крыльями на новой Червячковой ферме, то Петьку надо было куда-то девать. Решили его деть в первый класс Совиной школы. Школа совсем рядом и возраст у Петьки уже как раз подходящий.