Мария Страхова – Озорной воронёнок Петька: шалости, вперёд! (страница 1)
Мария Страхова
Озорной воронёнок Петька: шалости, вперёд!
Глава 1. Петька живёт в Малой Лесополосе
Воронёнок Петька с мамой и папой живут в небольшом и уютном гнездоме. Воронья деревня называется Малая Лесополоса. Петя, мама и папа из семейства обычных чёрно-серых ворон. Но сами они необычные, как и мир вокруг них.
Папа Петьки построил вороний гнездом между надежных веток крепкого дуба. Папа умелец на все крылья. А чтобы доделать Петьке отдельную комнату он даже доски из соседней деревни заказывал – у бобров Средней Лесополосы Возле Речки. Эти плоскохвостые отлично разбираются в лучшей древесине.
Петька очень любит своих родителей и свой гнездом. Есть вообще мало вещей, которые Петька не любит. Например, сильные ветра и настоящих червяков. Причина Петькиной нелюбви ко вторым понятна. Противные они.
А что с ветрами не так? Настроение у них часто меняется! Плохое – несутся с полей, которые вокруг деревни, с ветками дерутся, засыпают землю сухими сучками. Все птицы и звери прячутся кто куда. Хорошее настроение у ветров – с листьями играют, с ветками уже по-дружески здороваются. Вот бы всегда хорошее было!
Ветра начинали шалить уже в начале осени. Раскидывают первую сухую листву и юркими вихрями пробираются в Малую Лесополосу. «У-у-у» – гудит ветер над крышей вороньего гнездома. «Кхря-кхря» – еле слышно поскрипывает крыша в ответ. А под крышей несколько комнат с зелеными занавесками на окнах и большая кухня.
– Не люблю я, когда у ветров плохое настроение, – бурчал, бывало, Петька, глядя на зеленые занавески на окнах из своей тёплой кроватки. Мама окна закрыла, но как ветер ругается с ветками очень хорошо слышно. Петька весь съежился и стал похож на шарик из перьев.
– Я тоже боялась, когда была маленькой, – ласково гладит по голове Петьку мама, – но потом поняла, что ветер скоро улетит. И перестала обращать на него внимание! А давай нарисуем как ветер злится, а потом… – мама задумалась.
– А потом, что он совсем-совсем добрым стал! – Петька, загоревшись новой идеей, выскочил из кроватки и помчался на кухню. На столе лежала бумага и его любимые цветные карандаши. Петька, отодвинув папин пирог, разложил бумагу и стал рисовать две рожицы ветра – злую и добрую. Добрую он раскрасил намного ярче.
Пока Петька рисует познакомимся с его родителями. Основная работа мамы Кати – воспитывать Петьку, а вот папа каждое утро улетает из гнездома – он работает на своей кондитерской ферме. Папа готовит сладких червячков: желейных, мармеладных, шоколадных и просто леденцы. Ферму так и назвали – «Червячковая». Лететь до неё недалеко – раз десять крыльями взмахнул и ты уже на месте, у большого деревянного дома рядом с двумя клёнами.
Петьку на ферму пускали редко и только под пристальным взглядом папы и мамы – кому-то одному за такой юлой как Петька не уследить. Петька клюв то к плите сунет, то возьмёт соломинку и давай её макать в разные виды сока. Потом и вовсе уронет в готовое желе.
А пахнет как на ферме! Шоколадом и орехами, фруктовыми соками, лимонно-апельсиновым мармеладом.
– Мой любимый запах – сладкой жизни! – повторял Петька, бывая на папиной ферме.
Надпись при входе такая: «Сладкие червячки на любой клюв». Её придумал Петька, когда папа только начал собирать ягоды и фрукты для угощений.
Придумывать Петька любит. Идеи частенько толпятся длинными очередями, как десятки гусениц, в его воронью голову. И нет Петьке от этих гусениц, то есть от идей, отбоя: «Топ-топ-топ» – новая пришла. Поэтому Петьку, не пройдёт и тихой недельки, находили разные приключения.
Воронёнок просто обожает папину работу – и интересно, и сытно. Покупателей много и сладостей много.
– Папа, а у тебя правда из Большого Леса заказывают червячков? – спрашивает Петька, дорисовывая яркое солнышко. Оно над добрым ветром вышло посмотреть на хорошую погоду и согреть всех птиц и зверей.
– Конечно! – гордо отзывается папа, посыпая пирог шоколадной стружкой. – Особенно нравятся всем детские наборы червячков – в маленьких разноцветных мешочках.
Петька посмотрел на рисунок и задумался. Он уже нарисовал рядом с добрым ветром себя на ветке. Надо кого-то из друзей дорисовать!
Петька грустно вздохнул. Со своими друзьями, другими птенцами, он играет редко. Всё потому, что в рабочие дни – это с понедельника по пятницу – всю малышню родители отправляют в Птичий детский сад. Его легко найти. В самой середине Малой Лесополосы между веток ютится много ярких разноцветных домиков.
Петьку сначала взяли в группу воронят, а потом попросили забрать. Особенно просила воспитательница Петькиной группы Каркария Карловна. Петька в саду, конечно, и до этого дисциплину портил как мог – шкодничал, не жалея ни себя, ни своей фантазии. Но после одного случая Каркарию Карловну даже сладкими червячками нельзя было уворонИть. Это Петькино придуманное слово – значит: уговорить не злиться так сильно.
А дело было так. Как-то раз Каркария Карловна начала икать. Икота мучила безжалостно не только воспитательницу, но и всех воронят в группе. «Ик, ик, ик!» – слушали все птенцы. Икала Каркария Карловна час, два, полдня – уже совсем утомила своей икотой воспитанников. И тут Петька подумал: кто, если не он, должен всем помочь.
– Герой я вообще или как? – спросил у самого себя Петька.
«Или как» Петька быть не хотел. Поэтому Воронёнок на цыпочках, мелкими шажочками, подкрался сзади к Каркарии Карловне. И тут он неожиданно для самого себя и хвоста воспитательницы вырвал у неё два пера!
Петька где-то слышал, что он испуга птица сразу икать перестаёт. Он хотел просто ущипнуть. Легонько так. За совсем маленькое пёрышко. Но ухватились случайно два – самых длинных.
Воспитательница, конечно, очень испугалась такого Петькиного лечения. Она так громко закаркала от боли, а потом часто заклацала клювом от возмущения. Да так, что икота от неё сбежала подальше – в другую лесополосу, где таких докторов Петек нет.
– Ага, испугалась! – победоносно завопил весёлый Петька. Он, конечно, к икоте обращался. А Каркария Карловна почему-то решила, что к ней.
– Кар-кар-ура! Икота прошла! – закаркал Петька. Закаркали на радостях и другие воронята из группы. Только Каркария Карловна почему-то не радовалась.
Петька потом летел домой, осторожно оглядываясь – вдруг икота не насовсем убежала, а вот-вот и на него нападёт. Может она притаилась в густой листве? Или подглядывает за ним из какого-нибудь пустого гнездома?
Но дома он про икоту и думать забыл. А всё благодаря маме. Она сначала так долго и строго каркала на воронёнка, что Петька навсегда уяснил – с чужими перьями лучше не связываться.
– Вредитель! Ишь ты, парикмахер нашёлся! Ты зачем такое вытворил?! – мама даже махала крыльями от волнения.
– Интуиция подсказала, – грустно каркнул Петька, опустив клюв и ковыряя коготком лапки щель между досками в полу. Когда мама так злилась, её никак уже не уворонить – только признаваться нужно. Петька тяжело вздохнул и посмотрел в окно. Тёмно-синие краски ночи уже густо раскрашивали небо.
– А ну-ка давай сюда свою интуицию – сейчас я ей расскажу, как можно подсказывать, а как – нельзя! – продолжала мама.
– Жизнь героя полна несправедливости, – грустно бормотал Петька. Ни благодарности тебе, а сплошные упрёки! – Но Петька был уверен, что добрые дела надо делать не ради благодарности, а ради хороших изменений.
Потом мама успокоилась, грустно каркнула и осталась с Петькой дома. Папе пришлось просить ворона-соседа помогать на ферме вместо мамы, да ещё платить – одну большую золотую монету в месяц. Папе бы мамина помощь очень пригодилась, у неё был зоркий глаз для сортировки тонких червячков – для пернатых худеющих дам.
А для малоежек у Петькиного папы были мешочки с желейно-ягодными червячками – назывались «Не взлетишь!». Малоежки – это такие птенцы, которые едят мало каши. Ведь лёгких птенчиков сильный полевой ветер обратно в поля запросто унесёт. Потом спрашивают у него: «Куда птенца дел?». Ветер в ответ смеётся, гудит, листья трепет. А потом, не ответив, снова в поле умчится. Спроса с него нет, ветер же! Смотрят – а лёгкий птенчик болтается, как воздушный шарик, на самой верхушке самого высокого дерева. Ну ветер, ну проказник!
Петька, правда, сам такого не видел, но ему многие рассказывали. В основном взрослые. Петька свою кашу всегда доедал.
Глава 2. Дядя Гефест и встреча с дятлами в Большом Лесу
Как-то утром к вороньей семье прилетел гость. «Тук-тук!». Петька первый к дверям подлетел: «Кто там?».
Оказалось, это старший брат Петькиного папы – дядя Гефест. Он живёт в Большом Лесу и всегда по самый клюв в делах-заботах. Дядя Гефест работает начальником почты, и с виду он точно вылитый начальник. Большой, с ровной осанкой, строгим взглядом, в очках-полумесяцах. Но первое впечатление не всегда правдивое. Петька твёрдо уверен – у каждой взрослой птицы тоже озорная интуиция где-то в перьях спрятана.
– Папа, а почему тебя зовут Рома, маму – Катерина, а дядюшку так интересно, по-инностраннически – Гефест? – как-то раз любопытничал Петька, помогая папе завязывать разноцветные мешочки с червячками.
– Видишь ли, Пётр, когда твой дядя Гефест вылупился, – объяснял папа, – то наша с ним мама Клара, твоя бабушка, читала историю Древнезаморских ворон. Там и были такие имена.