Мария Соник – Строптивая ведьма для владыки (страница 2)

Первое, что я увидела, — камень. Серый, грубый, древний камень, из которого были высечены стены, пол и, кажется, даже воздух здесь был каменным. Высоченные своды терялись где-то в темноте, которую не могли разогнать даже десятки свечей, стоящих повсюду. Это был не подвал и не бункер. Это был зал. Самый настоящий средневековый замковый зал, только вместо рыцарей и факелов — сплошная оккультная лавка старьевщика.

Вдоль стен, как солдаты на параде, выстроились дубовые шкафы. Древние, потемневшие до черноты, с резными ручками в виде змеиных голов. На полках теснились богатства: банки с мутными жидкостями, в которых плавало нечто, напоминающее глаза или заспиртованных лягушек; пучки трав, свисающие вниз сухими лапками; кристаллы, размером с мой кулак, пульсирующие тусклым светом; и книги. Огромные, пыльные фолианты в кожаных переплетах, которые, судя по виду, могли либо сделать тебя всесильной, либо сожрать тебя, пока ты читаешь.

В центре этого бедлама, на каменном полу, гордо возвышался котел. Настоящий, чугунный, на массивной треноге. Под ним плясал огонь, а внутри что-то булькало и плевалось зеленой слюной. Пар от этого варева пах так, словно здесь сожгли аптеку, а потом добавили туда пряностей с базара в Стамбуле.

Над котлом склонились три фигуры в черных плащах. Те самые, чьи голоса я слышала. Капюшоны скрывали лица, но было видно, как они сосредоточены. Одна методично мешала зелье длинной деревянной ложкой, делая это с таким видом, будто варит суп для роты солдат. Вторая водила руками над поверхностью котла, что-то шепча — от ее пальцев в пар уходили едва заметные серебристые искры. Третья, сгорбившись, записывала результат в книгу, то и дело макая перо в чернильницу, привязанную к поясу.

Их голоса, приглушенные шипением зелья, долетали до меня обрывками.

— Эликсир готов. Осталась малость — добавить каплю ее крови, когда очнется. Чтобы закрепить привязку, — сказала та, что мешала.

— А если не очнется? — резонно спросила вторая, не отрывая рук от котла.

— Значит, ошибка в расчетах. Тогда ищем новый объект. Но ресурсов на повторный переход у нас не так много, — отрезала третья, скрипя пером.

У меня внутри все похолодело. Новый объект? Это я сейчас объект? Кровь? Каплю?! Да вы с ума сошли, тетеньки! Я судорожно сглотнула, пытаясь унять дрожь, и тут мой взгляд, мечущийся по комнате в поисках выхода, наткнулся на кое-что еще.

В стороне, метрах в пяти от меня, стоял еще один каменный стол. Такой же длинный, холодный, с выбитыми по краям странными символами. На нем, вытянувшись струной, лежала девушка. Белое лицо, закрытые глаза, дорогой брючный костюм, волосы аккуратно уложены. Я моргнула. Потом еще раз.

ЭТО ЖЕ Я!

Это было мое тело! То самое, в котором я еще пару часов назад наслаждалась запахом мокрых листьев и мечтала о чае! Оно лежало неподвижно, и только легкое, едва заметное движение груди говорило о том, что оно еще живо.

А потом я посмотрела на свои руки.

Руки, которыми я сейчас опиралась о холодный камень, были другими. Тонкие, бледные, с длинными, словно точеными пальцами. На запястье висел тяжелый серебряный браслет, покрытый рунами, которые слабо мерцали в полумраке. Я поднесла руку к лицу. Моя? Нет. Чужая. Чужая, идеальная, с перламутровым блеском на коже, будто я только что вышла из спа-салона.

— А-а-а-а! — вырвалось у меня, но я тут же зажала рот ладонью. Поздно.

Все три фигуры разом повернулись ко мне. Ложка замерла над котлом, шепот прекратился, перо выпало из рук. Тишина повисла в зале, нарушаемая только шипением зелья.

Одна из них, та, что была ближе, медленно сняла капюшон. Под ним оказалось лицо… красивое. Даже очень. Острые скулы, пухлые губы, глаза такого яркого, изумрудного цвета, что в них можно было утонуть. И волосы. Зеленые. Ярко-зеленые, как молодая трава, длинные, струящиеся до пояса. Она улыбнулась, и от этой улыбки у меня по спине пробежал табун мурашек.

— Добро пожаловать, ведьмочка, — мурлыкнула она, голос у нее оказался низким и тягучим, как мед. — Ритуал удался. Ты теперь в нашем мире.

Ведьмочка? Я? Я, которая в последний раз держала в руках магическую книгу, когда читала «Гарри Поттера» в двенадцать лет? Я уставилась на нее, чувствуя, как в голове медленно закипает паника.

— Где я?! Что происходит?! — закричала я, голос сорвался на визг. — Это ваши шутки? Это розыгрыш? Скрытая камера? Где КВН?!

Зеленоволосая переглянулась с подругами, которые тоже скинули капюшоны. Вторая оказалась рыжей, с россыпью веснушек на носу и глазами цвета карамели. Третья — высокая, бледная, с седыми волосами, заплетенными в сотни косичек, и фиолетовыми глазами без зрачков. Жуть.

— Какая забавная, — хмыкнула рыжая. — Действительно, свежая душа. Ничего не знает о нашем мире.

— Тем лучше, — отрезала фиолетовоглазая. — Меньше придется переучивать. Итак, дитя, слушай сюда и запоминай.

Зеленоволосая шагнула ко мне, грациозно покачивая бедрами. Она была высокой, а я в этом новом теле — мелкой. Пришлось задирать голову.

— Теперь ты — ведьма Элиара. Наша сестра по ковену. Она погибла при неудачном эксперименте, а нам срочно нужна ведьма при дворе владыки. Очень срочно, — она выделила последние слова. — Поэтому мы выдернули первую попавшуюся душу из соседнего мира и вселили в ее тело.

— А мое? — я ткнула пальцем в сторону стола, где лежала моя старая «тушка». — А это что?!

— А это теперь вместилище для души нашей сестры Элиары, — пожала плечами рыжая, будто речь шла о перестановке мебели. — Если, конечно, она вообще сможет в него войти. Слишком уж оно… обычное. Не магическое.

Я села на столе, игнорируя слабость в ногах. Голова шла кругом.

— То есть вы хотите сказать, — медленно, чеканя каждое слово, начала я, — что я теперь застряла в теле какой-то мертвой ведьмы, а мое собственное тело валяется на столешнице, как кусок мяса, и вы собираетесь заселить туда душу вашей подружки, которая, видимо, сейчас болтается где-то в астрале?

Зеленоволосая одобрительно кивнула.

— Ты быстро схватываешь. Мне это нравится.

— ДА ВЫ С УМА СОШЛИ! — заорала я, вскакивая на ноги. Ноги в этом теле оказались длинными, и я чуть не рухнула обратно, но удержалась, вцепившись в край стола. — Я требую, чтобы меня вернули обратно! Немедленно! Это похищение! Насилие! Я буду жаловаться! В ООН! В Greenpeace! Путину!

Женщины переглянулись. Фиолетовоглазая вздохнула с таким видом, будто ей надоел капризный ребенок.

— Обратного пути нет, — отрезала она. — Портал одноразовый. Ты здесь, и это навсегда. Смирись.

— НЕТ! — я топнула ногой. — Я не смирюсь! Я не ведьма! Я бухгалтер! Вернее, менеджер! Я умею только работать в Excel и делать кофе! Какая из меня ведьма?!

Рыжая хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— Excel? Это какое-то боевое заклинание?

Я зарычала от бессилия. Но не успела я придумать новый план побега (а в голову лезло только разбить окно, но окон тут не было), как зеленоволосая вскинула руки. Ее глаза полыхнули изумрудным пламенем, и воздух в центре комнаты начал искриться.

— Время вышло, ведьма Элиара. Владыка ждет. Он не любит, когда опаздывают, — провозгласила она.

Синие молнии, шипя и потрескивая, заплясали в воздухе, сплетаясь в овальный проем. За ним я увидела что-то неясное, мутное, похожее на поверхность воды, если смотреть на нее изнутри. Пахло озоном и грозой. Меня чуть не стошнило от страха. Я попятилась назад.

— Нет! Стойте! Я не пойду! Я никуда не пойду! Верните меня домой, идиотки! Слышите?! — заорала я что есть мочи.

Но зеленоволосая, не обращая внимания на мои крики, схватила меня за руку. Ее пальцы сомкнулись на моем запястье железной хваткой. Я дернулась, пытаясь вырваться, но силы были неравны. Рыжая подтолкнула меня сзади.

— Удачи, сестричка! — крикнула она. — Не опозорь ковен!

— НЕЕЕЕТ!

Я споткнулась о край порога, влетела в этот сияющий водоворот, и мир вокруг взорвался. Меня крутило, вертело, швыряло из стороны в сторону, в ушах свистел ветер, в глазах мелькали разноцветные искры. А потом все кончилось так же резко, как и началось. Я вылетела из портала, как пробка из бутылки шампанского, и со всего маху врезалась во что-то твердое и горячее.

Удар был знатный. Я отскочила от этого «чего-то», как резиновый мячик, пролетела метр и приземлилась на пятую точку, больно приложившись копчиком об пол. Каменный, между прочим.

— Ай! — взвыла я, потирая ушибленный локоть. — Да что ж такое! Они там все с ума посходили?!

— Осторожнее, ведьмочка, — раздался прямо надо мной низкий, насмешливый голос. Такой голос мог бы принадлежать или очень самоуверенному диктору на радио, или тому, кто привык, что все вокруг его боятся. — Или ты всегда так эффектно врываешься в королевские залы? Через портал и на пятой точке? Новый метод, надо будет запомнить.

Я замерла. Медленно, очень медленно подняла голову. И забыла, как дышать.

Передо мной стоял ОН.

Высокий. Очень высокий. С длинными, волнистыми, платиновыми волосами, которые свободно спадали на широкие плечи. Одет он был в расшитую золотом мантию, под которой угадывалась фигура атлета, а не худосочного библиотекаря. Но главное — глаза. Ярко-синие, как бездонное летнее небо, они смотрели на меня сверху вниз с таким выражением… иронии, смешанной с откровенным интересом. На красивых, четко очерченных губах играла легкая, хищная усмешка.