Мария Соловьева – Инара (страница 18)
Амир быстро установил под дверью несколько мини-зарядов и утянул Дану за рукав из переулка. Глухо бахнуло, потом еще два раза. Руины Алмарана откликнулись ленивым эхом. Амир заглянул в проулок, чертыхнулся и поставил еще два заряда. Снова тихие взрывы, снова равнодушное эхо.
Потом они раскидали остатки камней и замерли перед освобожденной, но всё так же закрытой дверью. Амир достал сканер и тщательно настроил его сначала на близкое расстояние, потом на дальнее. Прибор показывал еще одну дверь, а за ней тоннель, уходящий в толщу скалы.
– Неужели никто за двести лет не поинтересовался, что там? – задумчиво бурчал он, меняя настройки сканера.
– Мы спрашивали еще на первом курсе, – ответила Дана, – нам ответили, что её несколько раз пытались вскрыть еще давно, когда только задумали музей. Никаких особенных приборов, типа как у тебя в руках, тогда не было. Чтобы узнать, что за этой дверью, например, пустая комната или склад трупов, или даже что–то более ценное, нужно было больше, чем энтузиазм тогдашних копателей. Ты не забывай, что при жизни Фисара сюда вообще ни денег, ни сил не вкладывали. А потом, когда уже полноценный музей организовали, в нем столько всего было, что про эту дверь и забыли. Так, пугали подростков кровавыми легендами про несчастных влюбленных.
– Ясно… но ведь могли быть всякие черные копатели, которые ищут ценности, – пыхтел Амир, устанавливая новые мини-заряды по периметру двери, – неужели им тоже не интересно было?
– Это Нижний Алмаран. Тут и в самом расцвете-то были трущобы.
– Ладно, убедила. Отходим. Сейчас точно завалим её.
Когда развеялся дым и пыль, они вернулись и не сговариваясь выругались. Дверь стояла на месте.
Глава 18
Фисар
За несколько часов блуждания по верхнему Алмарану отряд Фисара увеличился на двадцать человек. Все они, в отличие от спасенных из нижних кварталов, знали Фисара лично, и его это не вдохновляло. Особенно целый и невредимый Тагир Тагаро, законный муж Инары и сын верховного городского судьи. Огромный, но мягкий и рыхлый, Тагир радостно душил в объятиях худосочного шурина и долго громко рассказывал, как всё было ужасно, хоть его никто не спрашивал:
– Сижу я у себя в голубой гостиной на новом диване, только-только изготовили, удобный такой, пью вино, слушаю последний концерт Раиры, печалюсь немного о судьбах мира, о своей любимой жене, об её вероломстве… ну всё как обычно. И тут вижу, за окном что-то яркое, не успел удивиться – как полетели стекла! И грохот. И сирена. Но она сразу замолчала. Мне только и хватило времени упасть на диван и подушкой прикрыть голову. Я почувствовал, как пол вздыбился, да с такой силой, что меня вместе с диваном перевернуло. А я всё подушку держу, пальцы ни за что бы не разомкнулись, такая судорога от страха. Вот и лежу на ковре, на мне диван, хорошо, что он ультрасовременный, легкий, мы куда-то валимся. Наверное, я орал, не помню, но горло саднит. Значит, орал. Потом упал, сверху еще что–то на диван упало, мне прямо тяжело дышать стало. Но ничего, диван-то углом, со спинкой, на мне как крыша. Так долго пролежал, очень долго. По нужде захотелось, но сдвинуть диван было тяжело. Я потом я услышал голоса и закричал. И вот, вы меня спасли. Ну и диван спас, конечно. Жаль, что всё так случилось, я бы тебе посоветовал мастера, у него и отец всегда заказывал мебель.
– Святое небо, ну что за инфантильный дурак… – прошептала немолодая женщина, подтянутая и элегантная, несмотря на грязный костюм и непричесанные волосы, – бедный судья, единственный сын болван.
– Да судье уже всё равно, госпожа Пажири, – таким же шепотом отозвался мужской голос у нее за спиной, – от его дома ничего не осталось. А вот нам придётся несладко, пока наладим хоть какое-то управление и вообще поймём, как жить дальше.
Фисар слышал всё это и тихо бесился. Ему не удалось всучить пилюлю каждому, найденному в верхнем городе. Привыкшие к власти, богатству и независимости, люди из высшего света алмаранского общества не торопились исполнять любой приказ юнца, который без армии и могущественного отца сейчас не представлял из себя ничего. Они иронично посматривали на тех, кто с восторгом ловил каждое слово Фисара, но благоразумно молчали.
Тагир Тагаро между тем пытался добавить подробностей в свой рассказ, но наконец заметил, что Фисар его не слушает.
– Брат мой, ведь ты всё равно мой брат, хоть Инара и бросила меня, – поменял тему Тагир, – а что теперь будет? Если ты ведешь всех куда-то, у тебя есть план?
Фисар натянуто улыбнулся. Он ждал этого и неистово надеялся, что к тому времени уже вернется Ковур Дисуро, у которого точно есть ответы на все вопросы. Но торговец не появлялся.
– Друзья мои, братья и сестры! – Фисар взобрался на перевернутый искореженный электрокар и сразу почувствовал себя уверенней. – Я попробую сейчас пояснить, что случилось.
– А вы точно это знаете? – подал голос казначей Аваро, тот самый, что шептался недавно с госпожой Пажири.
– Я знаю немного больше вас, господин Аваро, – сдержанно откликнулся Фисар и продолжил: – Беспрецедентный теракт совершила группа «Братья Свободы», вы наверняка что-то слышали о них. В столице такой же ужас, как и здесь. Уничтожен джибларский Оттар и несколько мелких поселений. Террористы не знают границ и народов. Они сошли с ума, решив, что только смерть даёт полную свободу, и что они сотворят благое дело, уничтожив всех. Но их план провалился! – голос Фисаоа окреп и стал торжественым. – Мы выжили. Пусть нас мало, но мы избранные. Слухи о том, что моя сестра, Инара Даури, причастна к этому теракту, не подтверждены. Также я не знаю, где мой отец, пока тело не найдено будем считать его живым.
– Откуда вам известно про столицу, связи ведь нет? – спросила госпожа Пажири.
– Во время гибели Алмарана я находился в поезде, его тоже взорвали, но у меня был специальный вагон со спасательной капсулой. Я выбрался на берег, встретил всем вам известного торговца Дисуро, и мы первым делом поспешили на розыски выживших. Я видел столб дыма над Нирасаром через дальновизор. Точно также я видел дым над Джибларскими горами, именно в том месте, где расположен Оттар.
– И что вы собираетесь теперь делать? – поинтересовался Аваро.
– Поднять голову на зло террористам и выжить. Построить новый мир! – Фисар гордо расправил плечи.
– Как? – иронично уточнил Аваро. – Чьими руками? Вы лично хоть что-то умеете?
– Научусь всему необходимому. И вас научу. Я умею ухаживать за животными, например. Я не боюсь грязи. Смогу забить, освежевать и разделать тушку. И рыбу. Вы ведь понимаете, что нам придётся первое время питаться натуральной пищей?
– Святое небо, натуральные продукты… – раздавлено прошептала госпожа Пажири, – мы не сможем. Мы умрём.
– Наш брат дело говорит! Утрём нос террористам! Пусть они у себя в аду ещё раз сдохнут от того, что мы выжили! – сурово крикнул кто-то из нижних, отведавших таблетку верности.
– Благодарю тебя, брат мой! – Фисар приложил руку к сердцу и одобрительно посмотрел на крикуна.
– Хорошо, но конкретно, вот прямо сейчас что нам делать? Куда идти? Кругом только мертвецы, – не унимался Аваро.
– У нас уговор о встрече с другим поисковым отрядом на вокзале. Там удобнее выйти из города, а ещё неподалеку казармы, возможно на складах остались припасы. Можем, конечно, поискать здесь, – Фисар обвел рукой развалины когда-то роскошной улицы, – но насколько я знаю верхние районы, тут в домах еду не держат. Только вино. У вас есть другое предложение, уважаемый?
Казначей Аваро настороженно разглядывал тех, кто пришёл с Фисаром из нижних кварталов, словно подозревал неладное. Он явно не хотел подчиняться, но был в меньшинстве.
– Если были бы, я бы у вас не спрашивал, – хмуро ответил он и отвернулся.
– Я внимательно выслушаю любого, как только у вас будет что мне предложить, – холодно улыбнулся Фисар и вдруг чуть не захлопал в ладоши. С высоты электрокара он увидел знакомую коренастую фигуру, выходящую из-за угла.
С Ковуром Дисуро пришли еще четверо, причём все раненые. Один, самый грязный, отличался затравленным взглядом и держался обособленно. Его рука была подвязана темно-синим в бурых пятнах платком.
– Гляди-ка, джибл! – раздался удивленный возглас.
– Он-то что здесь делает?
– Может, это они всё подстроили? Мы же наверняка не знаем, действительно сгорел этот их Оттар, или брат наш ошибся? – подхватили в толпе.
– Даже не думайте плохо в ту сторону! – шикнул Фисар, спрыгнул с электрокара и с искренней улыбкой сделал пару шагов навстречу торговцу, – Ну наконец-то! Я за вас переживал.
– И вам здравствовать, господин Дауро, и вам, господа, – Ковур поклонился толпе. – Очень рад, что вас стало больше.
Потом он присмотрелся и спросил Фисара:
– Раненых вообще нет?
– Нет, здесь только здоровые полноценные граждане нового мира.
– И вообще не было раненых за целые сутки? – прищурился торговец.
– Были, а как же! – высказался самый активный из нижних, – мы им помогли. Чтоб не мучались. Ведь у нас ни лекарств, ни лишней еды.
Люди, пришедшие с торговцем, переглянулись.
Ковур Дисуро взял Фисара под локоть и отвёл в сторону.
– Вы что творите?! – зашипел он. – Для вас важен каждый человек! Если не набрать хотя бы тысячи, можете распрощаться с мечтами о новой жизни во главе нового народа.